– Думается, что Никите будет приятно пригласить вас на свидание. Верите, однажды я зашёл в палату, а он такие истории вам рассказывал!

– Иштван Андорович! – В негодовании вспыхнул молодой человек и вскочил на ноги.

Тот в шутку поднял руки, точно сдавался.

– Это правда? – спросила Клэр так тихо, чтобы её услышал только он.

Никита посмотрел на неё, всё ещё сидящую у разбитого стекла, и снова опустился рядом.

– Я действительно много времени проводил с вами. – Он кивнул с мальчишеской застенчивостью. – Мне хотелось вам чем-нибудь помочь. И да, я рассказывал много историй из своей жизни, о моих друзьях и увлечениях, но только потому, что есть теория, что некоторые люди, находясь в состоянии, схожем с вашим, слышат окружающий мир. Да и вы не были против, – вдруг добавил он, и в его прежде строгом взгляде неожиданно блеснуло веселье.

Клэр не могла больше сдерживать своих чувств. Расплакалась, как глупая девчонка, а после рассмеялась так громко, что всё горе, вся печаль и тоска растаяли на её лице, подобно весенней капели.

Никому из присутствующих в комнате не под силу было разгадать причину её внезапной радости и печали. Все глядели на Клэр как на умалишённую. И только он смотрел на неё с искренней нежностью, так, словно всё, что проживала сейчас она, было неотделимой частью его самого. Всегда.

КОНЕЦ

Спасибо моему близкому другу Вадиму Радченко, который не только сочинил три потрясающих стихотворения для этой истории, но и был первым, кто много лет назад прочёл отрывок из черновика и сказал: «Это интересно, пиши дальше!»

Благодарю всю свою семью за то, что были рядом. Особенно за то, что сидели с моей дочерью, когда я дописывала вторую часть. Надеюсь, когда-нибудь она захочет её прочесть, и мы расскажем ей об этих сложных, но таких прекрасных временах.

Огромное спасибо моему редактору Алине Литвиновой. Её внимание, вера и поддержка на протяжении всего этого пути были просто колоссальными. Никогда бы не поверила, что кто-то может с такой чуткостью и любовью относиться к моей истории.

Спасибо Ульяне Черкасовой, моей коллеге и подруге, которая всячески подбадривала и вдохновляла меня, когда этот роман ещё выходил в самиздате. Во многом именно её пример заставил меня не сдаться и продолжить идти к своей мечте.

И большое спасибо вам, читатели! За эмоции, творчество и отзывы, которыми вы со мной делитесь. Без вас ничего бы не получилось.

© Гладкая Ю.Б., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

– Ну, каково?! – Митя ласково провел ладонью по лаковой черной коробке, укрепленной на стене департамента Зеркального ведомства. Очень уж его радовало, что в Крещенск пришла связь.

Игнат Исаакович, импозантный маг в идеально скроенном сюртуке, пожевал мундштук любимой курительной трубки и взглянул на юношу, как бы раздумывая, что ответить. Вместо мага откликнулась Агриппина – единственная и потому главная Зеркальная ведьма города. Старуха отличалась какой-то особой вредностью и, на взгляд Мити, заскорузлостью мышления, отрицая все хоть сколько-то современное.

– Тьфу ты, дрянь какую притащил! – Бабка скривилась, словно и впрямь собиралась плюнуть.

– Почему дрянь? – обиделся Митя. – Это прогресс, шаг в будущее – телефон! Представляете, с его помощью можно общаться на расстоянии!

– И чем же, Митя, позвольте узнать, вас не устраивает Зеркальная связь, доступная магам?

– Ну вот же, Игнат Исаакович, вы сами на свой вопрос и ответили. Зеркальная связь только для магов, а это, – Митя снова погладил ящик, – для всех!

– На кой черт это всем? – не унималась старуха, кутаясь в пушистую, добротную шаль. Начало осени выдалось промозглым, и кирпичные стены здания департамента никак не могли впитать убогое солнце.

– Один момент! – Митя шмыгнул носом и, схватив рожок, рьяно закрутил ручку аппарата. Внутри коробки заскрежетало, затренькало, и издалека донесся бойкий девичий голосок.

– Алло, барышня! – заорал Митя в трубку, прижимая рожок с проводом к левому уху. – Соедините с вокзалом!

– Соединяю. – Голос донесся словно из бочки. Ведьма поджала губы.

Тем временем что-то щелкнуло, и короб грубо рявкнул:

– Вокзал на проводе!

– Во сколько прибудет пассажирский? – задорно спросил Митя.

– В шестнадцать ноль-ноль, – буркнула трубка, и тут же раздались заунывные гудки.

– Ну, слыхали?! – Митя светился от восторга. – Я тут, а вокзал там, а вот раз – и узнал о прибытии поезда.

Игнат снял пенсне, помассировал переносицу и устало произнес:

– Митя, поезд опоздает на два часа. Но ни одна барышня вам об этом не скажет, потому как не чувствует вариаций вероятности, а вы могли бы и потренироваться.

– Это пока не видит, – не сдавался стажер, – а потом люди научатся, смогут заглянуть в будущее, как мы!

Агриппина даже отшатнулась и, смерив Митю презрительным взглядом, поспешила удалиться, бормоча себе под нос:

– Научатся они, жди!

Невзирая на низкое небо и цепкие когти ледяного ветра, Митя прогуливался по Центральной улице Крещенска и улыбался. Он словно глядел сквозь время, представляя, как люди, спешащие сейчас мимо него по делам, пересаживаются на авто, отправляются в путешествия на цеппелинах и, как знать, может, даже используют Зеркальную энергию. Еще недавно обычный студент Горной академии Демидов Дмитрий Тихонович и не думал о магии. Закрытая каста, Зеркальщики, которые занимали важные должности во всем мире, следили за делами обычных людей, используя отражения. Колдовали с помощью зеркал и, по слухам, могли уловить последние слова умерших. Раз в год во всех учебных заведениях проводили проверку первокурсников, и, к удивлению Мити, перст судьбы указал на него. И теперь он стажировался в департаменте, стараясь представить, что наставник и старуха Агриппина всего лишь служащие в маленьком городке. Сам же студиозус все еще мечтал о том, как проложит тоннели в горах. И по рельсам помчатся быстроходные паровозы, красивее и лучше тех, что сейчас прибывают на вокзал, выдыхая облака сизого дыма. Дома же придумывал, как пустить по трубам кипящую воду, нагретую в котле, чтобы комната, которую он снимал у купчихи Меньшовой, не выстывала подобно леднику. Привычно шмыгнув носом, юный маг остановился напротив постоялого двора. Высокое трехэтажное здание с коваными ободками балконов и чудной лепниной возвышалось над городом царскими хоромами.

В теперешнем статусе Мите по карману стало уехать от купчихи и поселиться в здешних апартаментах, но он не спешил.

Что бы ни говорил Игнат Исаакович о великих возможностях Зеркальных магов, как бы ни хулила ведьма Агриппина людской род, втайне Митя и сам надеялся послужить на благо прогрессу, который вытащит всех из Средневековья в завтрашний день. Бабушка бы им очень гордилась, хотя и нынешнее положение позволяло ему принести пользу, чтоб ни одной семье не пришлось пережить такое горе, как пережили они.

– Митя! – Звонкий голос пронесся над улицей бубенцовым звоном. Маг, отвлеченный от своих мыслей, растерянно обернулся и тут же расплылся в улыбке. Варенька, дочка аптекаря, с которой они вот уже несколько лет общались по-соседски, спешила к нему, придерживая рукой шляпку. Непроизвольно Митя подумал, что такой же красавицей выросла бы его сестра, не пропади она по малолетству на ярмарке, да так, что и не сыскали. Разве что коса бы была не русая, а как смоль.

– А вы отчего же не на занятиях? – удивилась девушка.

– Каюсь, прогулял. – Митя театрально склонил голову перед собеседницей.

– Какой же вы все-таки забавный, Митенька! – рассмеялась Варя. – Другой бы на вашем месте слукавил, а вы вот так, по-честному.