Музыка не смолкала. Даже будучи далеко от Гербового зала, Клэр всё так же слышала помпезное звучание виолончели и скрипок. Не встречая никого на своём пути, она наконец добралась до заветного коридора. Прежде на его стенах висели портреты российских правителей. Помнится, она часами могла рассматривать портрет императора Александра III, на котором он был изображён в полный рост. Ей всегда казалось, что вот-вот Русский медведь сделает мощный шаг вперёд и выйдет из полотна в её мир, словно в сказке. Однако это ей суждено было отправиться в путешествие сквозь время. Сейчас на полутёмных стенах Клэр видела лишь небольшое количество картин, на которых были изображены Пётр I и его супруга Екатерина, а также несколько природных пейзажей. Картины, на которой она отчётливо увидела себя, также не было, но этот факт совсем её не удивил.

Впервые за долгое время Клэр наслаждалась своим одиночеством. Оно убаюкивало, позволяло вновь дышать свободно. Не слыша посторонних разговоров, которые зачастую были ей непонятны, и громко играющей музыки, она наконец выдохнула и смогла на время расслабиться. Ночная тишина слилась с её возбуждённым дыханием и стала единым целым. Только длинный мрачный коридор, уходящий в чёрную пустоту, слегка волновал её разум.

Багровая, устеленная на мраморном полу ковровая дорожка поглощала цокот её каблуков. Шаги были лёгкими, но грудь от чего-то по-прежнему холодела. Пройдя в центр коридора, она остановилась напротив одного из множества окон и, облокотившись на подоконник, принялась рассматривать внутренний дворик дворца. Простояв достаточно долго, в конце концов она заметила мужские силуэты внизу. С большим трудом у Клэр получилось разглядеть их лица. В одном из них она узнала своего Мишеля. Он о чём-то бурно беседовал с тем самым помощником императора Александра, который сопровождал его на балу. Сперва она очень весело восприняла эту слежку, отчасти ощутив себя шпионом. Но вскоре какая-то необъяснимая тоска начала овладевать ею. На мгновение в её голове возникла мысль, что этот бал ещё сыграет свою роль в её будущем.

Клэр снова задумалась о своём пребывании здесь. Сколько времени ей отведено?

«Это не сон, ведь здесь всё можно ощутить, потрогать и почувствовать. Но что же? Как объяснить это безумие? Что, если это лишь помутнение рассудка, и я просто сумасшедшая?» – думала она, проговаривая некоторые слова вслух. Кто знает, как долго она рассуждала на эту тему, если бы не услышала голос за своей спиной.

– Мадемуазель, вы, видимо, заблудились?

От неожиданности Клэр издала предательский писк, вздрогнула и в тот же миг обернулась на звук подкравшегося голоса. Она увидела перед собой молодого мужчину примерно такого же возраста, что и Мишель. Каштановые, коротко подстриженные волосы, слегка завитые, вытянутое привлекательное лицо, ямочки на впалых щеках и большие, но узкие губы, которые он нервно поджимал перед каждым новым словом. Он выглядел нервным, и весь его внешний вид, с накрахмаленным высоким воротником до самых ушей, заставил Клэр истерично усмехнуться. Почти сразу она пожалела об этом и молила бога, чтобы незнакомец этого не заметил.

– Что? О нет, я… эм, просто смотрю в окно, вот и всё.

– Поразительно! Не помню, чтобы государь разрешал кому-то из гостей разгуливать по дворцу. Вам, сударыня, понравилось бы, коль в вашем доме гости гуляли бы где вздумается? – Его милое и на первый взгляд приветливое лицо было точной противоположностью его словам, которые он по непонятной причине агрессивно обрушивал на Клэр.

– Думаю, что нет. Но… видите ли, я действительно тут впервые, и, к сожалению, никто меня об этом не предупреждал.

Его тёмные глаза уловили растерянность Клэр, поймали её и при каждом удобном случае старались вызвать дополнительный страх.

– Что ж, пожалуй, на сей раз я не буду докладывать императору о вашей бестактности. Как ваше имя?

– Я Клэр Данииловна…

– Француженка? – почти с отвращением уточнил он.

– Дальние родственники родом из Франции.

– Любопытно… Андре Коршунов, – громко представившись, он щёлкнул пару раз каблуком об пол, явно желая резким звуком ещё больше вывести Клэр из себя.

– Рада знакомству, – «нет, не рада» подумала она про себя.

Её неприкрытая лесть хорошо ощущалась, отчего Андре криво улыбнулся и, не моргая, лишний раз принялся угрожающе смотреть ей в глаза.

– Взаимно, Клэр Данииловна. Вам определённо уже не раз говорили за сегодняшний вечер, что вы превосходно выглядите.

– Говорили, благодарю вас, – смело ответила она, стараясь подальше отстраниться от назойливого незнакомца.

– Вы прибыли с семьёй?

– Нет, с женихом, – задумавшись на секунду, ответила Клэр, утешая себя мыслью, что это уже не ложь.

– В таком случае почему вы здесь одна? Или вы искали мимолётного уединения с кем-то другим?

Клэр опешила. От неожиданности она не сразу нашла что ответить.

– На что вы намекаете, сударь?! Если ваша цель – уязвить меня, то у вас это получилось.

Клэр окончательно взбесилась от его настойчивых слов и намёков. Не желая больше находиться в его обществе и осознавая, что её мирная идиллия нарушена, Клэр направилась в сторону двери.

– Не имел намерения вас оскорбить. Быть может, я просто влюбился с первого взгляда, Клэр, – его глаза ни на секунду не переставали впиваться в неё, словно в кусок мяса, отчего Клэр стала испытывать необъяснимое отвращение к самой себе.

Она не могла смириться с ролью загнанного зверя. Заметив, что Андре подходит к ней всё ближе, тем временем заговаривая её, Клэр, собравшись с силами, резко оттолкнула его от себя.

– Вы, видно, пьяны, если позволяете себе такое поведение! Не смейте ни на шаг больше ко мне подходить! – сказав это, Клэр стремительно направилась в Гербовый зал, чтобы найти Мишеля.

По пути к месту торжества её гнев постепенно утихал, и как только стал заметен яркий свет вдоль дверного прохода, раздражённость и агрессия вмиг сменились испугом.

Заканчивалась мазурка. Когда Клэр снова появилась в зале, ей показалось, что после её ухода мало что изменилось. Всё так же ликовали гости, всё так же танцевали и опустошали бокалы упивающиеся вечером пары. Клэр принялась выискивать среди всех этих людей Мишеля, который до сих пор где-то пропадал. Вращая головой в разные стороны, она заметила, как к ней подошли три непривлекательные женщины. Они отнюдь не были уродинами, просто их возможная красота скрывалась за обильным слоем пудры и множеством драгоценностей, которыми они украсили свои шеи и уши.

– Bonjour! Quelle belle soirée, n’est-ce pas? [165]

Клэр потупила взгляд, ничего не ответив незнакомым дамам.

– Мы всё спорили, приходилось ли нам раньше встречаться? – продолжили они уже по-русски, не обращая внимания на молчание Клэр.

– Не думаю, мадам. Я впервые выхожу в свет.

– Простите нас за любопытство, но кем вам приходится князь Равнин? – сдерживая хихиканье подруг, продолжила одна из них.

– Я, эм-м… Какое это имеет значение? Вы с ним знакомы?

– О, лично не была ему представлена, но моя племянница некоторое время находилась с ним в тёплых отношениях.

Клэр перевела холодный равнодушный взгляд на любопытную мадам и, стиснув зубы, осознала, что не желает знать ответ на свой вопрос. Эта женщина не поленилась подойти к Клэр только для того, чтобы сказать ей, что она входит в число многих дурочек, желающих оказаться рядом с Мишелем.

– Прошу извинить, меня ждут!

– Михаил Александрович более не желает находиться в вашем обществе? Поэтому ушёл с императором? – спросила другая незнакомка, набравшись смелости выйти из-за спины своей любопытной подруги.

– Какое право вы имеете задавать мне такие вопросы? Я вижу вас впервые! – бестактность дамочек всё сильнее расстраивала Клэр. С каждым разом, когда она собиралась уйти, на неё обрушивались всё новые и новые колкости.