Надо будет глянуть, как у нас с деньгами, и обсудить этот вопрос с торговцами и военными. Частая сеть дорог тут, наверно, и не нужна, север относительно мало заселён. Пусть подскажут, где необходимость постройки путей самая острая. Ну и погонять специалистов из Строительного управления тоже придётся, горы и болота и на севере никто не отменял.

Разделавшись с северо-западом, мы двинулись к югу, для чего сплавились по Великому каналу между холмов и невысоких, но крутых гор, похожих на горбы огромных верблюдов. Добросовестный Шэйрен, как оказалось, по совету своих учителей взял с собой пару землеописательных книжек, и теперь они с братом с пользой и удовольствием проводили время на палубе, отыскивая на страницах достопримечательности или просто местности и поселения, мимо которых проплывали, и читая их описания. Особенно их впечатлил горный храм, который мы посетили – он весь находился внутри нависающей скалы, и только передняя стена с воротами и колоннами была построена человеческими руками. А вот девчонки в однообразном плавании довольно быстро заскучали и принялись изобретать себе занятия, играя то в прятки, то в догонялки, мешая команде корабля и иногда заставляя меня слегка тревожиться: куда подевались, что опять затевают? И всё же я не отказала себе в удовольствии реализовать в конце плавания спонтанно пришедшую в голову идею: прогуляться по одному из городков инкогнито, словно простая мать с детьми. Все дети идею горячо поддержали, охрана наверняка прокляла судьбу, будучи вынужденной весь день скрытно таскаться за нами, но всё прошло как нельзя лучше. Конечно, за простых горожан мы не сошли, видно было, что дама богатая и дети у неё балованные, так что торговцы на рынке, и слуги в чайной кланялись и подобострастно спрашивали, что угодно госпоже и молодым господам. Но всё равно для детей это был уникальный опыт – просто пройтись по улице, купить снеди и игрушек у уличных торговцев, пообедать в чайной среди других таких же обедающих. Ну и поглазеть на обыденную жизнь. Особенно почему-то их увлёк вид прачек, стирающих бельё в реке. Ючжитар и Хиотар, временно объединившись, на два голоса забросали меня вопросами, что эти женщины делают, как, зачем и почему.

– Наша страна такая большая! – очарованно сказал мне Ючжитар, когда мы покинули Великий канал и двинулись дальше через перевал в горах Белых облаков.

И очень гористая, могла бы сказать я. Горы были видны постоянно, большие и маленькие, пологие и отвесные, когда совсем рядом, а когда неясными тенями на горизонте. Вот сплавимся вниз по Жемчужной реке, там, ближе к побережью, говорят, река течёт через равнину, и о горах можно будет на какое-то время забыть. А пока наши дороги постоянно петляли между скалами и обрывами, и в кое-какие крепости в стороне от дороги, по которой мы проезжали, и невозможно было б добраться в карете, только верхом.

Подуставшие от путешествия дети очень ждали сплава на восток, к морю, которого ещё ни разу не видели – это было последнее большое впечатление, которое им сулил наш вояж. Солнце пекло всё сильнее, воздух становился всё жарче, и я решила, что можно устроить им небольшой отдых во дворце у подножия горы Пурпурная Гроздь – уж не знаю, почему её так назвали, ничего напоминающего гроздь, тем более пурпурную, я не увидела. Зато у её подошвы было мелкое озеро, в котором можно всласть поплавать. Я же, пока ребята приходили в себя, решила не терять времени и съездить в округ Сачжэну, отделённый от остальной империи Небесными горами. Когда-то в этом округе, на границе с княжеством Цзяран, отбывал свою опалу Тайрен, но теперь я ехала туда не из ностальгических соображений. Пусть горные племена были для меня не таким источником беспокойства, как степняки или южные соседи, но всё же в обороне Северной империи этот округ был одним из ключевых.

И вот, когда моя карета в сопровождении слуг и эскорта катила по дороге в направлении ближайшего гарнизона, я получила привет от своих недоброжелателей.

– Ваше величество, – доложил мне с утра начальник охраны, – ваш слуга отправил вперёд несколько человек. Здесь дикие места, я опасаюсь неприятностей. Около моста через реку Лихэ они спугнули каких-то людей. Те сбежали в лес, здесь их трудно преследовать верхом. Дозорные смогли рассмотреть лишь то, что они были вооружены.

– И сколько их было?

– Около десятка.

– Маловато для засады…

– Это так, ваше величество, и всё же прошу у вашего величества разрешения провести более обстоятельную разведку, прежде чем мы двинемся вперёд.

Разведка оказалась не лишней: очень скоро мне донесли, что настил моста через реку был подпилен. Вес всадника он ещё мог выдержать, но карета наверняка б провалилась. И вот теперь, подъехав к реке и мосту, я оценила возможные последствия падения. Горная река и мост высотой так метров двадцать. Костей бы не собрали.

Конечно, можно счесть, что это просто местные разбойники караулили добычу, какую боги пошлют. Но мне в такие совпадения не верилось.

– Ваше величество, я думаю, что послать людей в гарнизон Енху выйдет быстрее, чем ждать, пока привезут дерево и работников из Вайнара.

– М? – я вынырнула из размышлений и посмотрела на начальника охраны. – А у нас есть возможность послать в Енху? Я думала, тут нет другой дороги.

– Ниже по течению долина расширяется, и там есть брод. Посланцу придётся сделать крюк, но даже с учётом этого дорога займёт лишь чуть больше часа. В то время как до Вайнара ехать не менее двух.

– Отлично, тогда пошлите. Или подождите…

Я снова посмотрела на белёсое небо, пыльный склон, несущуюся внизу реку. Начальник терпеливо ждал.

– Я сама поеду с посланцем. Давненько я не садилась верхом.

– Но, в-ваше величество… Вы же не можете… В одиночку…

– Зачем в одиночку? Пошлите со мной отряд. Сколько у нас человек охраны?

– Но, ваше величество, ваши служанки не умеют ездить верхом! Да и евнухи…

– Командующий Си, – вздохнула я, – час или два я без служанок и евнухов как-нибудь проживу. А в Енху наверняка найдутся женщины, способные мне услужить, пока свита меня не догонит.

– Но у вас нет платья для верховой езды! – выдал последний аргумент начальник.

– Тогда дайте мне мужской наряд. Полагаю, у вас найдётся кто-то достаточно рослый, имеющий чистую смену одежды?

Командующий Си хватанул ртом воздух, заставив меня искренне развеселиться. Должно быть, я заразилась духом невинного авантюризма у своих мальчишек. Они так искренне и восторженно переживали свои детские приключения в этом путешествии, что мне и самой захотелось слегка похулиганить. А сидеть и ждать на солнцепёке не было никакого желания.

Вот так и получилось, что я облачилась в мужской халат с узкими «рукавами лучника», удерживаемыми широкими кожаными наручами, подпоясалась широким кожаным поясом, и даже надела поверх лёгкий доспех и шлем, окончательно уподобивший меня моей же охране. Он изрядно утяжелил мою экипировку, зато командующий Си вздохнул с явным облегчением, как будто в случае какой-то неприятности нашитые на кожу пластины могли меня спасти. В остальном же мужское одеяние по ощущениям мало чем отличалось от женского – так, кой-какие особенности кроя, в плечах мне было широковато, и ещё я отвыкла носить подол лишь чуть ниже колен, да к тому же с разрезами. А штаны под подолом носили и мужчины, и женщины, разве что ткань по ощущениям была погрубее. Я даже не встревожилась, не натру ли я себе нежные места, чай ляжки у меня, в отличие от кавалеристов, не железные. Но не поворачивать же обратно.

Командующий с мрачным видом поручил меня заботам своего заместителя, и отряд в три десятка человек двинулся прочь от реки, чтобы несколько поворотов спустя свернуть на боковую тропу, ведущую к броду. Со стороны я, должно быть, ничем не отличалась от солдат своей охраны. Просто небольшой отряд едет за помощью.

Кой-какие основания у моих опасений были – я действительно отвыкла от длительных прогулок, и час с лишним езды бодрой рысью оказался довольно чувствительным для моей пятой точки и того, что рядом с ней. Но я не пожалела о своей авантюре. Жаркий, но чистый воздух, ветерок, пение птиц, и никакие занавески не закрывают виды вокруг. Полюбоваться было чем: теперь горы вокруг напоминали не верблюжьи горбы, а колонны. Неровные столбы возносились к небесам, деревья карабкались по ним на головокружительную высоту, и зелень свешивалась с вершин, образуя лёгкие пологи. Струи воды лились с вершин массивных скал, питая поток, и кони фыркали, переходя по колено разлившуюся, но всё ещё быструю реку, оставив ущелье с мостом по правую руку. Душа воспаряла ввысь, временно оставив позади все дела и заботы, и в ней невольно начинали звучать знакомые строки – Чжуэ Лоун не зря считался первым из ныне живущих поэтов: