– Нам нужно открывать бал. – Сказал Хан, глядя на Орлова напряженным взглядом.

– Тогда у нас проблема. – Процедил тот.

– Меня кто-нибудь просветит? – вздохнула я.

– Бал открывает Глава Совета – танцем со своей спутницей. – Пояснил Данила.

– Кто девушку ужинает, тот ее и танцует. – Вырвалось у меня.

– Нас двое, ты одна. – Алекс развел руками.

– Это МЖМ называется. – Не удержалась мисс Хайд.

– Тебе придется выбирать.

– А вы монетку бросьте. – Язвительно предложила мисс Хайд.

– У меня есть. – Пробормотал Орлов, шаря по карманам.

Я смерила его красноречивым взглядом.

– Понял, шутка не удалась.

– У нас только один вариант, мальчики.

– Какой? – Охотники с надеждой посмотрели на меня.

– Откроем бал втроем.

Возражения посыпались как из рога изобилия.

– Это невозможно!

– А как же традиция?

– Все подумают, что мы и в жизни МЖМ!

– Ты же со мной встречаешься, Орлов-то тут причем?

– Саяна, Хан тебе не нужен, сама знаешь!

– Танцуйте друг с другом тогда! – огрызнулась я, отойдя от них. Успокоительное в виде ледяного шампанского скользнуло в желудок.

– Что они на этот раз не поделили? – усмехаясь, спросил Ковач, кивнув на ругающихся Глав Совета.

– Нико, – я с любопытством посмотрела на него, – ты танцевать умеешь?..

Свет притушили. Разговоры стихли. Взмах дирижерской палочки – и по залу поплыли звуки вальса. И мы с Ковачем.

Он не просто умел танцевать, мужчина порхал над паркетом, безупречно ведя меня за собой. Как и в бою, благодаря музыке мой наставник словно переродился из несуразного богомола в потрясающе красивого, мощного и гибкого леопарда. Я не заметила, как пролетели те божественные минуты, что мы кружились в вальсе. До слез было жаль, когда последние нотки растворились в полнейшей тишине.

– Это ты еще с Драганом не танцевала. – Галантно поцеловав мою руку, промурлыкал Ковач мне на ухо.

В тишине раздались аплодисменты – сначала одиночные, они крепли по мере того, как остальные присоединялись к женщине в нежно-розовом платье. Та самая дерзкая мадам, что цеплялась ко мне на Совете Охотников с лекцией об орехотворках.

– У нее реально больше яиц, чем у всех остальных в зале! – восхищенно прошептала я, присев в реверансе в ответ на аплодисменты.

– Саяна!!! – раздалось сзади раздраженное шипение на два голоса. – Ты с ума сошла?!

– Чем вы недовольны? – мисс Хайд невинно улыбнулась, повернувшись к Охотникам. – Вас избавили от дип-скандала, а вы еще и ругаетесь?

– Открывать бал танцем с санклитом? – Орлов сжал кулаки, глядя на Ковача.

– Может, тебе еще спасибо сказать, что это был не глава клана Лилианы? – подключился Хан.– Есть же правила!

– Традиции!

– Вы что, не знаете меня? – мисс Хайд отступила на шаг. – Рамки, условности – не по мне. Если есть возможность нарушить церемониал, покрытый плесенью, я его нарушу непременно и буду весьма рада это сделать!

– Да, тебя может вытерпеть только Драган! – прошипел Алекс и, резко развернувшись на каблуках, ушел.

Что стало с милым, нежным и нерешительным Мистером Сейчас, похожим на Хью Джекмана? Неужели это я превратила его в… Как ни больно признавать – в сына Гаспара.

– Орлов прав. Только Драган может стерпеть все твои закидоны! – бросил Данила, тоже быстро отойдя от меня.

Вот такая парабола моя жизнь – только что порхала, а теперь больно приземлилась на задницу. На глаза набежали слезы.

– Саяна, они просто придурки. – Прошептал Спиро. – Два дебила – это сила!

– Просто они люди. – Подключился Ковач. – Большинство санклитов перестает заморачиваться человеческими условностями после первой сотни лет. А эти твои Охотники до старости проживут под ярмом «что подумают окружающие».

– Спасибо, мальчики. – Я улыбнулась сквозь слезы. – Люблю вас, мои хорошие! Давайте найдем дамскую комнату, чтобы госпожа с закидонами смогла привести себя в порядок.

Мы поднялись на второй этаж, прошли мимо огромных дверей архива и только в конце коридора обнаружили заветную дверь с «девочкой» на табличке. Я с облегчением нырнула в весьма благоустроенную уборную – даже с мягкой мебелью, закрылась в кабинке и достала зеркальце и салфетки. Из отражения на меня глянули полные боли глаза. Ну, уж нет, такого удовольствия я вам, Охотники, не доставлю! Моих слез достоин только один мужчина – и он не человек! Все остальные – летите на йух!!!

– Нет, ну правда! – донесся до моих ушей девичий голосок. – Чего в ней такого? Обычная женщина!

– Она красивая. – Возразила вторая.

– Не смеши! Смотря, на чей вкус! Решительно не понимаю, чего они все в ней нашли! И Драган этот, и наши!

– Все просто, девочки, – сообщила мисс Хайд, выйдя из кабинки. – Я же ведьма! И бабушка моя тоже ведьма! – прости, Лизавета! – Есть ритуал простой, в полнолуние делается, – я подошла к ним вплотную. – Всего один раз в жизни. Потом все мужики к вашим ногам падают, без разбору! – Охотницы замерли в предвкушении. – Но есть нюанс – нужна человеческая жертва, иначе никак! Лучше всего – младенец!

Отшатнувшись от меня, девицы шустро застучали каблучками к выходу. Оглушительный раскат смеха наполнил туалет. Хохоча, из кабинки вышла та самая женщина, что первой начала хлопать нам с Ковачем.

– Саяна, вы неподражаемы! – качая головой, она начала мыть руки. – Что вы так на меня смотрите?

– Пытаюсь понять, кого ваш костюм символизирует. – С невинным видом ответила я. – Свинью под дубом вековым?

– А ваш – вселенское зло? – не осталась в долгу дама.

– Уели! – мисс Хайд расхохоталась.

– Поверьте, у меня нет никакого желания быть вашим врагом.

– То же самое могу сказать о вас.

– Вот и чудесно! – женщина расцвела. – Значит, будем дружить. Я, кстати, Маша.

– Очень приятно!

– А на этих козявок не обращайте внимания, завидуют просто! И еще, – она понизила голос и прошептала, – ваш вальс с этим санклитом был лучшим, что я видела на этих треклятых балах! Такой импозантный мужчина!

– Да, Ковач он такой, – я тоже перешла на шепот. – И совершенно свободен, кстати!

– Да вы что! – она взяла меня под локоток, и мы вышли из дамской комнаты.

В коридоре мялись Главы Совета. Проигнорировав их, мисс Хайд увлекла Машу, стреляющую глазками в Ковача, обратно в зал. Но едва мы успели дойти до дверей архива, сзади разразилась ссора. Я обернулась.

– Мне не пришлось выпрашивать ее кровь, чтобы любила! – презрительно бросил Орлов.

– Верно, любила – прошедшее время! – не остался в долгу уязвленный Хан. – Саяна променяла тебя на Драгана!

– Она и тебя променяет на Драгана, увидишь!

– Но сейчас-то она со мной, а не с тобой!

– Это можно исправить! – Алекс метнулся к Даниле, сорвав с пояса кинжал и прижав его к горлу Хана. Так клинок был настоящим!

– Немедленно прекрати! – рявкнула мисс Хайд, бросившись к ним.

– Зачем? Если перережу глотку этому ублюдку, он…

– Алекс! – перебила я, в ужасе глядя на него. – Опомнись! – обострившиеся черты лица и злость в его глазах до боли напомнили Гаспара. Пусть всего на мгновение, но все же отделаться от ощущения, что рядом со мной оказался Паук, не удавалось. – Убери кинжал. – Я завела руку за лезвие и сдвинула ладонь так, чтобы она оказалась между клинком и шеей Данилы. Потекла кровь, но боль не чувствовалась.

– Господи! – взвизгнула Маша.

– Тихо. – Нико прижал ее к себе, другой рукой удерживая Спиро.

– Саяна… – опомнившись, Орлов в ужасе посмотрел на стекающую по смокингу Данилы и капающую на пол рубиновую жидкость. – Прости меня!

– Возьми. – Ковач протянул мне платок.

– Что с тобой происходит, Алекс? – замотав ладонь, я заглянула в его бегающие безумные глаза. – Это моя вина? Тогда злись и нападай на меня, это будет справедливо! Не срывай злость на тех, кто ни в чем не виноват, не надо!