– Смотри! – прокричал мерзавец, ткнув пальцем в пустыню.

Я повернула голову. Над равниной закручивалось торнадо – алое, мощное, то самое, что являлось мне в кошмарах. Засасывая тела, которыми было усеяно поле боя, смерч рвал их на части, урча от восторга. Под хохот Люцифера оно стремительно двинулось на нас. И вскоре я поняла, почему – взрыв превратил портал, что пытался открыть Сэмуэль, в огромную дыру в пространстве, которая жадно засасывала этот мир в себя.

Налетев на нее, торнадо расширил ее в несколько раз. И началось инферно – прорыв адского мира в человеческий. Все смешалось, будто работала чудовищная мясорубка. Не в силах поверить глазам, я смотрела, как проливаются реки крови, как со всех сторон к ней ползет вечно голодный ольбб, а по его поверхности в мир людей черной волной льются пауки, дрожащие в предвкушении небывалого пира.

Но именно в этот момент, парализованная ужасом, я почувствовала растущую внутри Силу. Она поднималась из неизведанных глубин, ломая все барьеры. Остановить ее не смогло бы ничто во всех мирах. А сила дается для чего–то, как когда–то сказал Архангел Сэмуэль.

– Ты проиграла, Ангел! – рявкнул Люцифер. – Я победил! – но даже отсюда, издалека, я увидела, как в его взгляде лужицей шкодливого щенка расплывается ужас. Он понял – еще в тот момент то, что до меня дошло гораздо позже.

– Иди к черту! – прокричала в ответ госпожа Ангел.

Я вытащила Гефестиону из ножен и с воплем, в который вложила все – и мольбу к Господу, и отчаянную надежду, и Силу, что уже переполняла душу – воткнула ее в камень у себя под ногами. Она вошла в него по самую гарду – ту самую, в виде крыльев. Я рухнула следом за ней на колени, все еще сжимая рукоять, словно опасаясь, что меч полезет обратно.

Судорога скрутила тело, пришлось изогнуться со стоном, чтобы хоть как–то вдохнуть. Мои кости и плоть изначально принадлежали смертной, они все же не были рассчитаны на прокачку той энергии, пульсацию которой я ощущала каждым атомом.

Вряд ли это было красиво – по перекошенному от боли лицу текли слезы и сопли, а также кровь из прокушенных губ и языка. Но меня волновало другое – картинка перед глазами предательски быстро выцветала, прозрачно намекая на то, что исполнить предначертанное госпоже Ангел банально не хватит силенок.

Я всхлипнула от обиды, и в этот момент талию обвило обожаемое стальное кольцо.

– Я с тобой, родная! – прошептал он – моя сила, константа, защита и безусловная поддержка в этом океане безумия. – И всегда буду!

Его любовь наполнила меня, забурлила внутри, дала силы выстоять и выполнить предначертанное. А также принесла знание: вот что значит Ангел Жизни – это не я, это мы вместе.

Взрыв был ослепительно прекрасным!

5.Дубль два

– Вы же не думали, что я буду отсиживаться в пучине морской? – Гидеон–Аквариус усмехнулся, и в глазах на секунду промелькнула вертикальная игла зрачка. – Что ж, начнем! – Архангел влился в бой, играючи, с хрустом, как панцири крабов, вскрывая мечом латы демонов.

Ошарашенная, я встретилась глазами с Гораном.

– Ты тоже это помнишь? – срывающимся голосом прошептал он, подойдя ко мне. – Горану? Торнадо, инферно, пауков, кровь?..

– А–га. – Мисс Хайд кивнула для убедительности. Плачущая дочь на руках Люцифера – этого никогда не забыть!

– Как мы?..

– Это важно? – я поцеловала его и улыбнулась. – Нам дан шанс все исправить, Горан. Начнем?

– Приказывайте, госпожа!

Оседлав одного из боевых псов Гефеста, мы вернулись в лагерь и успели к шатру с детьми как раз в тот момент, когда к нему подбирались предатели Аурики с одной стороны, и санклиты Ковача – с другой.

– Никого не убивать! – рявкнула я, подойдя к Нико, который только что выхватил кинжал. – А тебе придется очень постараться, дабы убедить меня, что ты не заслужил увольнения!

– Сеня, бери малышей и следуй за нами. – Мы с Гораном вышли в центр нагорья и переглянулись. Это то место, где произошло то, что… Вернее, то, чего еще не было. И не будет!

– Что ты задумала, Светлая? – Сэмуэль нахмурился.

– Исполнить волю Господа. – Госпожа Ангел вытащила из ножен Гефестиону и обмотала вокруг рукояти цепочку с крестиком Георгия, что так долго носила у сердца, чувствуя его защиту и поддержку. – Благослови, Архистратиг.

– Господь с тобой, Светлая. – Прошептал Архангел.

Мои глаза обратились к Горану.

– Я тоже с тобой, любимая. – Прошептал Драган и, нежно улыбнувшись, добавил, – и всегда буду!

Меч вошел в камень по самую гарду. Встав перед ним на колени, опоясанная по талии стальным кольцом, я закрыла глаза и отдалась пульсации той силы, что поднялась из неведомых глубин души и хлынула в этот древний мир. Он вздрогнул, пробуждаясь от долгого сна, и прислушался – к себе и ко мне.

– Помоги, пожалуйста, – прошептала госпожа Ангел. – А потом я помогу тебе.

Силы уравновесились, наполнив меня и Горана – то есть Ангела Жизни, посредника, тихим счастьем. Теперь осталось только одно – замкнуть Круг. Я закрыла глаза и позвала Его, попросила помочь исполнить волю Его.

Камень под нами дрогнул, нагорье ухнуло вниз, всей своей массой уходя сквозь пласты песка до тех пор, пока не встало на одну плоскость с равниной. От Гефестионы зигзагом побежала трещина. Увеличиваясь на глазах, она неслась вперед, пока не уткнулась в ноги Люцифера.

– Прекрати, проклятый Ангел! – проревел он, отступая к своей армии, что уже пятилась, в ужасе глядя на огненные языки геенны, жадно облизывающие края разлома.

– Все претензии – к Господу! – прокричала в ответ мисс Хайд, встав. Язычок огня на запястье зачесался. Посмотрев на него, я перевела взгляд на лаву, которая начала вылезать на землю, как сдуревшее тесто из кастрюли. Алые языки тянулись друг к другу, сливаясь, и...

– Геенцы! – ахнул Гефест, глядя на лаву, что вытягивалась в высоту и приобретала очертания ярко–оранжевых человеческих фигур. – Ты освободила Армию возмездия, Светлая! – он посмотрел на меня и склонил голову. – Их неупокоенные души так долго ждали этого момента! – мужчина стиснул меня в благодарственных объятиях, и если бы не вмешался Горан, я бы получила не один перелом.

Сотни, тысячи геенцев тем временем двинулись на демонов, которым некуда было деваться – глубокий разлом уже обежал всю равнину, отрезав ее от остального мира, и теперь армия Люцифера напоминала зайцев на льдине.

Но это было лишь начало. Ломая землю, как скорлупки, из геенны на поверхность вылезло кое–что еще – огромное и рычащее. Роняя капельки лавы на демонов, оно взмыло вверх.

– Владыка неба! – теперь пришла очередь Заи ахать. Впрочем, скоро она замерла, как и все мы – потому что сотни драконов взлетали вверх прямо из недр геенны, оглушающим рыком заставляя сотрясаться небеса.

– Вот это авиа–поддержка! – одобрила госпожа Ангел, когда Владыки начали поливать демонов огнем. – Вам бы… – я осеклась, увидев Данилу, Алекса и Спиро, что рухнули, словно из них мгновенно вылетела душа.

Упав рядом с ними на колени, мисс Хайд поняла, что сравнение было точным: белая субстанция, выйдя из тел Охотников и санклита, полетела вверх, по пути превращаясь в мощных драконов – белого, красного и серого. Проводив их глазами, я пощупала у мужчин пульс – тишина. Но мертвыми вибриссы их не ощущали.

– Что происходит, Сэм? – госпожа Ангел уставилась на Архангела. – Да скажи хоть что–нибудь!

– Что–нибудь. – Пробормотал он.

– Я тебе сейчас нимб оторву! – сквозь нервный смешок рявкнула госпожа Ангел. – Нашел время острить! Что с ними такое, говори!

– Все просто, – вмешался Эльзар, – в одной из прошлых жизней эти люди были драконами. Их души услышали Зов и устремились на бой.

«Она Зовущая», – вспомнились мне слова Даниара. Он говорил о Горане, но кровь дочери во мне, видимо, поэтому мне удалось призвать духов Владык. Впрочем, не это сейчас важно.