- Горячая тетушка, вот так! – приговаривал он, все убыстряясь. Паста действовала. И как я ни противилась, внутри начала зарождаться огненная волна.

- Нееееет! – сорвалось с губ. – Нет! – я вцепилась в траву, выдирая ее с корнем и изо всех сил стараясь удержаться и не дать постыдному наслаждению взять вверх.

- Не противься, тетушка!

- Н-не-на-ви-жу! – я взвыла, покоряясь ему, и забилась в болезненном, никогда ранее не изведанном удовольствии.

- Сколько угодно! – он рассмеялся, вышел, вновь резко вошел и застонал, изливаясь в меня. Потом откинулся на спину, заправил обмякший член в брюки и сказал, глядя в мои глаза, – а теперь слушай, тетушка. За удовольствие надо платить!- О чем ты? – прошептала я, с трудом приподнявшись и отодвинувшись в сторону.

- О твоем статусе, - он усмехнулся, закинув руки за голову – явно чувствуя себя хозяином положения, - матери Покорителя миров.

- Если я расскажу сыну о том, что ты сделал, Деметрий сотрет тебя в порошок! – мстительный шепот сорвался с моих губ, но Тайтэн беззаботно расхохотался.

- А что он сделает, если я разошлю видео о нашем жарком перепихоне по всей Империи?

- Видео о том, где ты изнасиловал меня?!

- Что ты, милая тетушка! Как бы я осмелился – твой милый мальчик, копия твоей первой любви? Умелый монтаж представит историю совсем в другом виде! Учитывая то, что тот поцелуй, где ты прижала меня к стене и терлась всем, чем смогла, мы пустим прологом к этой истории!

- Мерзавец! – мне оставалось лишь глотать слезы от унижения и беспомощности.

- Может быть. – Он сел и равнодушно пожал плечами. – Но это останется нашей маленькой грязной тайной, если… - негодяй многозначительно замолчал.

- Говори, как есть! – рявкнула я.

- Тебе лучше не орать на меня, - глаза племянника полыхнули, - или придется поучить тебя послушанию.

Я вздрогнула и промолчала, пытаясь запахнуть порванное платье.

- Мы жили тихо-мирно, - продолжил он. – Но с появлением этой девки, с А-34, на которой мой милый братец решил жениться, все изменилось.

- Для вас она не опасна.

- Тетя, - протянул мужчина, - ты же умная женщина, понимаешь, что как только у него появится наследник, Деметрий сделает все для укрепления его положения. Меня он просто устранит как угрозу. Мои шпионы докладывают, что такие разговоры уже ведутся в его ближнем кругу.

- Шпионы?

- А ты думала, я в лаборатории духи создаю? – он расхохотался. – Что ж, видимо, мне удалось всех убедить, что я безвреден! Как бы то ни было, не он сам, так девка эта ради своего выродка сживет меня со свету. Поэтому нужно нанести удар первыми. И для этой почетной роли мы выбрали тебя – ты единственная сможешь подобраться близко и усыпить его бдительность.

- Погоди! – потрясенно прошептала я. – Так это ты пытался отравить Касикандриэру?

- Поторопились, ты права, - племянник кивнул. – Хотя сработано было отлично! Мы лишь добавили в маркамзан яд, который должен был сработать через определенное время, разогревшись от тепла тела. Шили платье в перчатках, прикасаться к нему голыми руками никому не позволено по их обычаям – идеально! Помешала случайность.

- Сестра принцессы.

- Маленькой мерзавкой я еще займусь, - Тайтэн встал. – Когда подрастет. С ней я не буду нежным, как сегодня с тобой, тетя! – его улыбка заставила меня вздрогнуть. – И если ты хочешь, чтобы твой любимый мальчик и дальше оставался ласковым, то найдешь способ добавлять это в еду или питье Деметрия – ровно десять дней. Затем у него будет инсульт – по симптомам. А традиционное лечение приведет к обширному кровоизлиянию и все будет кончено. – Он достал из кармана пузырек и кинул в мой подол. – Думаю, моральных метаний не будет, ты ненавидишь сына столь же сильно, как и его отца.

Тебя я теперь тоже ненавижу!

- Вставай, тетушка, - Тайтэн протянул мне руку, но я ее проигнорировала и поднялась сама. – Придется торопиться – свадьба уже скоро. Иди ко мне, пожалею! – он попытался притянуть меня к себе, но я ускользнула в сторону и, шатаясь, пошла к дому, сопровождаемая его смехом.

Но и там не было покоя. В холле стояла Ирия и эта предсказательница, кахара. Пришлось спрятаться за колонной и надеяться, что сестра не увидит меня в таком плачевном состоянии – в разорванном грязном платье, с подтеками крови на ногах.

- Ты хорошо сыграла, я довольна! – раздался ее звонкий голос. – Держи. – Я осторожно выглянула и заметила, как она протягивает старухе мешочек – видимо, с вознаграждением за разыгранный спектакль.

- Я сказала правду, госпожа. - Предсказательница отвела ее руку в сторону. - Договор был об обмане. За правду плату не возьму.

- Как хочешь. – Ирия растерянно посмотрела вслед ей, ковыляющей прочь, и пожала плечами.

Когда тварь поднялась по лестнице, я вернулась в свои покои. Теперь можно дать выход эмоциям. Но слезы не шли – ненависть, жгучий яд, что наполнила меня до краев, выжгла их. Я отомщу всем. Одному за другим. И буду наслаждаться каждым мгновением!!!

 Саяна

Сво-бо-да! Неужели правда? Одна-одинешенька! Все во мне дрожало, пока я бежала по темному колумбийскому городку, захлебываясь от смеха и счастья и распугивая редких прохожих. Вот что значит – попой чувствовать правильность совершенного поступка! Не знаю, любила ли Алекса раньше, но если и любила, то сейчас во мне не осталось и следа того чувства! И пусть весь мир считает меня амнезийной свиньей, хочу быть как можно дальше от мужа!

На вокзале меня ждали целых четыре автобуса, что отправлялись, как в сказке, на все четыре стороны света. Купив билеты на каждый – это запутает Орлова, я села на лавочку, разложила их перед собой. Направление – к озеру, но для начала нужно замести следы – буду петлять, как заяц под ЛСД. Закрываем глаза, кладем руку на билеты. Я подпрыгнула, когда на втором слева кусочке бумаги ладонь словно в огонь окунули. Ай! Пальцы сжали гладкий холодный прямоугольник. Ну, и куда же едем?

Так, вот он – глаза остановились на автобусе черно-оранжевого цвета. И отправление как раз скоро – люди уже суетятся вокруг, закидывают тюки и корзины на крышу. Внутри мне ударил в нос «аромат» кожзама, пота, рвоты, мокрой шерсти и смеси десятков туалетных вод. Уххх! Непереносимое амбре! Даже глаза заслезились! Ничего, не принцесса, выдержу. Или умру, пытаясь!

- Простите, это мое сидение, - я положила руку на плечо женщины, расположившейся у окна.

- Тебе места мало, что ли? – процедила она, прижав к объемной груди младенца.

Ясно, номера на билетах для красоты рисуют, по ее мнению. Но прогонять мать с дитем? Нет уж, у меня слишком хорошее настроение для этого. Я пожала плечами и огляделась. Через два ряда сидений зазывно улыбался во все два зуба дедок, рядом поглощал бутерброд подросток, косящийся на мою попу. Ехать всю ночь, уж лучше соседство недружелюбной колумбийки с малышом. Я села рядом с ней и тут же услышала недовольное шипение:

- Осторожнее!

- Простите.

- Улыбается еще! – ребенок захныкал и на меня обрушился новый шквал упреков.

Промолчав, я не стала уточнять, что ее отпрыска разбудило злобное бурчание собственной матери, воткнула наушники в уши и включила случайный выбор.

Ты мое наваждение,

Мой идол, моя религия,

Мое смущение, моя исповедь,

Единственное, что мне нужно этой ночью.

Ты – мое наваждение,

Вопрос и ответ,

Ты, ты, ты,

Мой идол, ты.

Приди ко мне этой ночью…

Сердце тоскливо заныло. С чем она была связана для меня, эта песня, в прошлом, от которого остались лишь тени, шорохи, как в темном лесу, да неясные вспышки воспоминаний, неуловимые, как лунный свет? Что я сейчас такое? Пустая оболочка – пустышка, ведь именно воспоминания всех мастей делают человека тем, кто он есть, тем, кем он себя осознает. А я даже не человек.

И пусть! Я упрямо мотнула головой и сосредоточилась на хорошем. Зато никто теперь не указывает мне, что делать, не решает за моей спиной! И нет необходимости сходить с ума со скуки и ужаса – от перспективы всегда так жить!