- Здравствуй, Аса. Я учу Пенти писать, она с недавних пор во дворце работает, ей требуется это умение, - он посмотрел в тетрадь, на листах которой демоница старательно выводила каракули. – А что ты хотела?  

- Попросить книгу о видениях, ведьмах и колдовстве, - пробормотала принцесса, хмурясь.  

Пенти? Та самая, для которой Ян просил учебник? Асатара почувствовала укол ревности в сердце. С чего бы это? Разозлилась сама на себя. Вот еще! Что за детство в попе заиграло, как говорит Арс?   

 - Здравствуйте, Ваше Величество, - демоница грациозно встала со стула и не хуже, чем девушки из благородных семей, живущих при дворце, отвесила поклон.  

А она весьма красива, вынуждена была признать Аса. Белокожая, волосы пышные, каштановые, хоть и собраны в простой пучок, все равно обрамляют голову короной и подчеркивают красивый овал лица и ореховые глаза. Досадливо поведя плечом, будто отгоняя непрошенную мысль, принцесса перевела взгляд на Сайна.  

- Можно мне книгу?  

- Да, конечно, - наставник прошел вдоль длинных стеллажей до потолка, из-за которых его кабинет больше напоминал библиотеку. – Точно, вот, - снял с полки толстый том и отдал девушке. – А что случилось?   

- Благодарю. – Прижала книгу к себе. – Ничего не случилось, просто решила восполнить некоторые пробелы.  

- Очень надеюсь, что так, - посмеиваясь, мужчина кивнул. – Но на всякий случай, если вдруг вами овладеет искус какие-то из заклинаний попробовать претворить в жизнь, просьба тренироваться не на мне.   -

 Договорились, - Аса улыбнулась ему и вышла в коридор.  

Прямо по пути в свои покои раскрыв пухлый том с желтыми страницами, она углубилась в чтение – очень надеясь, что там найдется ответ на то, что же именно показали ей видения в избушке Эриннии.

- Ужо? Ну ты шустрый! – ведьма приоткрыла калитку, пропуская Даниара, который подталкивал вперед рыжего мужчину со связанными руками и кляпом во рту.   

- Куда его?  

- Тащи во двор, за сараечку, - распорядилась бабка и поковыляла следом. – Так, пожди чуток, - раскидала посохом сноп сена и указала на квадрат из досок. – Пособи бабушке, силач.  

Даниар наклонился, поддел его рукой и отодвинул в сторону. В лицо дохнуло затхлостью черное нутро ямы.   

- Пихай туды его. Не развязывай тока! – велела Эринния.  

Тан, любовник Тати, шлепнулся на дно ведьмовского схрона. Драконодемон молча посмотрел на старуху.  

   - Да не обману, не боись, - она достала из-за пазухи пузырек и отдала ему. – Помногу не пей сразу, живот скрутит и…  

Не слушая ее, Даниар быстрыми шагами направился к лошади, оставленной у рощицы.   

- Экий нетерпеливый! – ведьма покачала головой, глядя ему вслед.   

Когда глухие шлепки копыт стихли, она достала из-за пазухи тряпицу, развернула и подставила ладонь пауку.  

- Ступай, сделай, что велено, - сказала ему и, усадив его на посох, опустила тот в яму.  

Тан, лежащий на боку, замычал, предчувствуя неладное. Косясь на паука, он задвигался, начав отползать, пока не уперся спиной в стену ямы. Паук запрыгнул на него, пробежался по телу и остановился на том месте, где порванная рубаха свисала лоскутом, обнажая бок с кровоподтеком. Помедлив, он вскинул вверх лапки и вонзил жвало в плоть.   

Тан взвыл и изо всех сил попытался скинуть с себя восьмилапого. Но тот нырнул под ткань и продолжил кусать, заставляя демона исходить криком.  

- Молодец, малыш, - когда паук вернулся обратно к Эриннии, она почесала ему спинку, понадкусывал пирожок? - старуха удовлетворенно кивнула, глядя, как по телу пленника начинает медленно расползаться чернота. – Славный монстрик будет, славный! Самое оно!  

   Под светом темной луны дворец Люцифера казался еще более мрачным. Даниар соскочил с коня, достал из сидельной сумки загодя приготовленный факел, запалил его и зашагал к уродливой махине. Много лет прошло, но он помнил этот дворец иным – во всем блеске золотой с черным отделки, воздушными огромными залами с гулким эхом от шагов, витражными окнами, которые наполняли пространство разноцветным светом.

   Здесь прошло его детство – рядом со строгой Архидьяволицей Барбелло, заменившей ему мать. Она признавала только беспрекословное подчинение, поэтому как бы драконодемон ни напрягал память, не смог бы припомнить какие-то шалости. Учеба, боевые тренировки – едва ли не раньше, чем научился ходить, а потом помощь Барбелло – такой были его юные годы.

   Демоница служила лично Люциферу, боготворила его – если вообще можно так выразиться относительно этих двух, как ни крути, а все же неординарных личностей. И требовала, чтобы и приемный сын исполнял его приказы без промедления и в точном соответствии, при необходимости будучи готовым расстаться с жизнью.  

      - Слухи плохие ходят, - сказал Арс, любуясь обнаженной супругой, выходящей из купальни.

   - Да мало ли, о чем народ шепчется. – Ответила мужу Макила, тая под его взглядом, полным желания.

   - Они не шепчутся, они на площади об этом глотки дерут. – Он притянул ее к себе.

   - Поорут и успокоятся. Вопрос, с чьей подачи они это все затеяли. Как думаешь, не Тати ли подсуетилась?

   - Слабовата она для таких па.

   - А Эринния?

   - Мысли мои читаешь, любимая. У нее и мотив, и возможность имеются.

   - Всегда говорила, что эту бабку надо…

   - Что? Тюрьма ее не удержит, да и стара эта древность для темниц, нас же заклеймят мучителями, посмей мы ее посадить.

   - Твоя правда. – Макила вздохнула. - Да и все-таки она мать Сара, как ни странно.

   - Знать бы, что задумала эта карга!

   - Что там за шум? – женщина нахмурилась.

   - Это мое сердце стучит, - промурлыкал Арс, поглаживая ее спину.

   - И еще истерит голосом Тати?

   - Точно нет, - пробормотал мужчина. – И в самом деле, кого там черти принесли?

   - Королева горного народа просит вашей аудиенции, господа регенты, - доложил прислужник из-за двери.

   - Весьма громко просит, - уточнила Макила.

   - Что-то стряслось, - Арс вздохнул, с сожалением отстраняясь от обнаженной супруги.

   - Мы со всем справимся, - она улыбнулась ему. – Не переживай.

  А вот Тати очень даже переживала. Взвинченная до состояния, когда уже не отдаешь себе отчета в том, что говоришь, она тут же набросилась на регентов, едва они вошли в зал, по которому она металась, как разъяренная хищница.   

- Это ваших рук дело?! – прорычала женщина в их лица. - Признавайтесь! Вы мне такой подарочек подсуропили под годовщину моего воцарения на престоле горного народа?  

- И тебе добрый день, - съехидничал Арс. – Может, перестанешь буйствовать и спокойно объяснишь, в чем обвиняешь?  

- Не собираюсь успокаиваться! – еще сильнее разозлилась женщина.

– Где мой Тан?!  

- Макила, ты не брала случайно ее Тана? – регент покосился на жену. – Нет? Вот и я нет. Вопрос исчерпан? Значит, мы с женой можем вернуться к нашим приятным занятиям.   

- Подожди, - супруга сжала его руку. – Тати, что произошло?  

- Он пропал! Была драка, его увели… - голос королевы задрожал. – С постоялого двора… Где он?! – она не выдержала и разрыдалась.  

- Может, проигрался, и кто-то явился за долгом? – Макила налила стакан воды и протянула ей.  

- Он не играет. И не пьет почти. В заведения сомнительные тоже не ходит.  

- Ну, все жены не все знают о своих супругах, - напомнил Арс.  

- Да? Как любопытно! – бровь его собственной жены изогнулась.  

- Я… гипотетически рассуждаю, - пробормотал он. – И вообще, в первую очередь наведались бы вы, Тати, к своим старейшинам. Уж если кто и точил зуб на вашего любовника, то это они!