– Симург! – выдохнула я с подачи вибрисс.

– Узнала? – он отстранился, улыбаясь. – Воспользовался служебным положением, чтобы поприветствовать тебя! И кое–что вернуть. – Гость протянул мне кольцо – ободок из золотых перевитых нитей с прямоугольным сияющим небесно–голубым бриллиантом, перехваченным посередине горизонтальной восьмеркой – символом бесконечности. – Это твое.

– Мое обручальное кольцо! – ахнула госпожа Ангел, взяв его с ладони симурга. То самое, что слетело с пальца в омуте. – Спасибо! – я надела его, с трудом сдержав слезы, и под недовольным взглядом мужа отвела мужчину в сторону. – Хочу тебя спросить кое о чем. Недавно в междумирье мне встретилась Катрина, сестра Горана…

– Знаю, о чем ты попросишь, – перебил симург, – но помочь не смогу. Эта девушка заточена туда, освободить ее не в моей власти – потому что я не хозяин, а слуга. – Он печально улыбнулся. – Междумирье властвует надо мной, а не наоборот. В какой–то степени я такой же пленник, как та девушка. Прости.– Жаль. – Мисс Хайд задумчиво погладила браслет Валентины на запястье. – Надеюсь, сумею найти способ.

– Откуда он у тебя? – тихо спросил мужчина, пристально глядя на серебряную вязь.

– Можно сказать, что это подарок матери моего названного брата. Очень долго объяснять. А что?

– Я подарил его любимой женщине. Когда она рассказала мне о том, что ждет от меня ребенка.

В моей голове пролетел ураган мыслей, губы сами по себе прошептали главное:

– Арсений – твой сын!.. – мужчина вздрогнул и посмотрел на меня. Не в силах больше говорить, я взяла его за руку и подвела к воркующему над колыбелью санклиту.

– Сеня, – голос резко охрип, пришлось откашляться. – Знакомься, это твой отец.

– Это ты так шутишь, большеглазая? – Арсений недоуменно посмотрел на меня. – Не догоняю чего–то.

– Братишка, мне не до шуток! – я нервно рассмеялась. – Это на самом деле твой папа. Он и Валентина любили друг друга.

– Но быть вместе нам не было дозволено. – Тихо прошептал симург, не замечая слез на своем лице.

– А… ага. – Санклит кивнул, ошеломленно глядя на отца. – Вы, вообще, кто? Демон?

– Все немного сложнее. – Мужчина улыбнулся. – Я посредник между мирами, проводник, но если судить с помощью земной терминологии, то да, демон.

– И кто тогда я? – Арсений захлопал глазами. – Полудемон, выходит?

– Полупроводник! – хихикнула госпожа Ангел. А ведь не зря мне его глаза хаски с первого дня знакомства казались демоническими! Ищейку Тая, вставшего рядом со мной, видимо, накрыло похожее озарение.

– Так и есть! – прошептал он. – Вот чувствовал же, что есть какой–то привкус в нем!

– Прости мое любопытство, но когда ты успел его попробовать? – из последних сил сдерживая смех, спросила я.

Подтянувшиеся полюбопытничать санклиты громыхнули смехом. Тай смущенно улыбнулся, покраснев.

– Получается, твой брат – демон. – Не упустил случая Драган.

– И что? – мисс Хайд воинственно вздернула нос. – Все равно люблю его!

– Я это к тому, что не зря всегда называл тебя демоницей! – черти в глазах супруга начали отплясывать бесовской танец.

– Ай, остроумный какой! Укушу!

– Очень на это надеюсь! – посмеиваясь, он притянул меня к себе. – Обожаю, когда ты кусаешься и царапаешься!

– Кстати, об этом, – задумчиво протянула я, глядя на необычных коричневых существ, которые приближались к нам. – Надеюсь, они не хотят закусить санклитами, ангелами и демонами. И полупроводниками.

– Что за?.. – брови развернувшегося к ним лицом Горана поползли вверх.

И было отчего.

При необходимости описать эту жуткую помесь верблюда, гусеницы и мамонта слова пришлось бы искать очень долго. Единственное, в чем имелась уверенность, так это в том, что адские существа имели ноги–лапы – по шесть штук, широкую спину и морду с двумя глазами на каждой стороне. Передвигались они, довольно шустро топая в нашу сторону, так что я предположила, что это аналог земных вьючных животных, и не ошиблась.Переговорив с «погонщиками» – вполне привычного нам человеческого вида, но с глазами как у демонят, симург объяснил, что они могут помочь перевезти багаж до ближайшего аналога постоялого двора, где можно поселиться. И обойдется это всего лишь в один маленький самоцвет – аналог местной валюты.

Так мы и сделали. Тем более, санклиты Аурики, пытавшиеся реанимировать наши дома на колесах, признали свое сокрушительное поражение и предположили, что в этом мире по какой–то причине не работает электричество. Безропотные зверюги, которых я нарекла слонопотамами, словно даже не почувствовали тяжесть багажа и безропотно двинулись в путь. Наотрез отказавшись отпускать госпожу Драган от себя, Горан усадил меня перед собой.

– Теперь хотя бы могу быть уверен, что не сбежишь. – Промурлыкал он, одной рукой стиснув мою талию, а другой сжав своеобразные поводья из гривы адских вьючных животных.

– Рано радуешься! – фыркнула мисс Хайд.

– Вот ведь вредина! – пробурчал муж, еще сильнее прижав меня к себе. – Бессердечная Кара Господа! Тебе совсем плевать, что у твоего санклита сердце разорвалось, когда дракон унес его любимую прочь? А когда он поднялся так высоко, что и не разглядеть было!..

– Прости. – В госпоже Драган все же проснулась совесть. – Я больше так не буду. Наверное.

– Жестокая моя! – прорычал супруг. – Но такая любимая!

Наш караван двинулся в путь. Сначала я с любопытством глазела по сторонам, но пейзаж преисподней был до того однообразным – лишь красноватая пустыня с серой дымкой на горизонте – что вскоре я под мерное покачивание попросту задремала, прижавшись спиной к груди Горана. Сон был чутким, дерганым и наполненным тенями, которые что–то шептали и летали вокруг, не давая ухватить себя за хвост.

Проснулась мисс Хайд от жажды – адская пустыня «высасывала» воду ничуть не хуже, чем земная Сахара. Во рту пересохло, сердце билось как у перепуганного зайца, губы обветрились. Постанывая от счастья, я жадно присосалась к бутылке с живительной влагой, что дал Драган. Глаза зацепились на скалу, что нехотя проглядывала из густой дымчатой завесы далеко впереди. Бежево–розоватая, как и все здесь, она была похожа на огромную песчаную стену с вырытыми в ней ласточкиными норками.

– Ты тоже это видишь, или у меня глюки? – спросила я у мужа.

– Вижу. – Подтвердил он. – Кажется, это и есть тот самый постоялый двор.

– Хорошо, а то уже всю задницу отсидела.

– Безобразие! Нельзя так издеваться над столь красивой попой!

– Как ты умудряешься всегда быть в игривом настроении? У меня песок скрипит на зубах, тело болит и хочется есть, а у тебя только одно на уме! – возмутилась столь вопиющей несправедливостью мисс Хайд.

– Ты же моя Кара Господа. Я навсегда обречен умирать от желания каждую секунду. Могу лишь благодарить небеса за то, что ты любишь меня, а не ненавидишь!

– Люблю. – Подтвердила госпожа Ангел. – И всегда буду любить. – Я улыбнулась, глядя на скалу–гостиницу, что довольно быстро приближалась. Уже были видны «припаркованные» по бокам большой лестницы повозки с впряженными в них такими же, как наши, слонопотамами.

Сколько же в этом строении этажей? Кажется, не меньше двух десятков! Похоже, основой для «отеля» послужила природная скала, в которой вырубили номера. А может, просто расширили уже имевшиеся природные полости. Подобное мне встречалось в Каппадокии и Греции.

Оставив санклитов разгружаться под бдительным взглядом покрикивающей в воспитательных целях Аурики, мы с Гораном выбрали номера. Вернее, попросту сняли целый этаж – похоже, уже начинаю привыкать к этому. Несколько самоцветов из черного мешочка на поясе Горана перекочевали в руки весьма довольного хозяина постоялого двора с бегающими плутоватыми глазками.

– Между прочим, госпожа Ангел тоже вполне платежеспособна. – Пробурчала уязвленная феминистка во мне.