- Вот она! – истошно завопила бывшая королева. – Ловите, держите мерзавку! Ее вина во всем! Всю семью извела! Кахары говорили, что погубит, погубит всех эта дрянь! Ловите, или сгинете, все сгинете!

Толпа загудела и разделилась на две части, отхлынув от меня, словно волны. Я оказалась в центре бушующего человеческого моря, в кольце кричащих людей с искаженными злобой лицами. Изрыгая проклятия, они двинулись на меня, тряся кулаками и призывая гнев Богини на мою голову. Но даже не это было самым страшным.

Громкие крики родных разорвали мое сердце в клочья. Повернув голову, я увидела объятые огнем фигуры, которые бились в агонии.

- Это твоя вина, - раздался над ухом вкрадчивый голос. – Ты во всем виновата, моя Касик! – руки Деметрия стиснули талию, выдавив из меня весь воздух. – Смотри внимательно и запоминай – до конца жизни ты будешь видеть это в кошмарах! Не смей закрывать глаза! Смотри!

Мой крик слился с воплями родных, которые превратились в факелы, и… Я проснулась. Потолок. Одежда вся мокрая. Протяжный выдох. Сон. Всего лишь сон, слава Богине! Несколько минут прошли в полной тишине под звук дыхания. Когда оно выровнялось, нос уловил знакомый запах. Я повернула голову. На подушке лежал большой белый цветок – тот самый, что Кассия использует при бессоннице. А вот и еще один, и еще, и еще! Да я буквально завалена сонными цветами!

- Гаян!.. – сорвалось с губ. Он обложил меня ими, чтобы спала подольше, видимо! Но из-за кошмара я половину пороняла на пол – вон сколько их вокруг кровати валяется, и проснулась из-за этого! Мерзавец!

Последние события, что вспомнились так резко, что меня подкинуло на постели, замелькали перед глазами. Лия с безучастным взглядом – она даже плакать не могла уже, лишь лежала под одеялом, свернувшись клубком. Гаян, доложивший о прилете Деметрия. Этот монстр с бокалом вина – словно крови – в руке. Ненависть, что поднялась внутри, затмив все доводы рассудка, и заставила высказать ему прямо в лицо все, что накопилось на душе. Помню, как он начал расстегивать крючки на платье, чтобы, вероятно, изнасиловать и меня тоже. Я оттолкнула его, потом Гаян сжал мою талию, в нос ударил резкий запах. Он усыпил меня, ублюдок! Но зачем?

Я встала с кровати. Все кружилось. На столике у окна стоял графин с водой и стаканы. Наполнив один, я подошла к окну и ахнула – это же не территория дворца! На горизонте горы! Как давно он меня тут держит? Я понюхала воду – вдруг этот гад и туда что-то подлил – и вздрогнула, услышав мужской голос.

- Можешь пить без опасений.

- Как ты посмел такое сотворить?! – полыхнув, я выплеснула воду ему в лицо.

- А что мне нужно было делать? – он усмехнулся. – Позволить этому гаду изнасиловать тебя на моих глазах? Смотреть, как Деметрий убивает тебя? Рвет в клочья твою душу? Придумывает для жены все более и более изощренные пытки? Уничтожает тебя?!

- Деметрий все равно станет моим мужем. – Тихо ответила я. – Мне не уйти от судьбы. Жизни моих родных зависят от этого. Иначе мерзавец… - договорить удалось с трудом, - сожжет их живьем!

- Риэра, - кажется, мужчине слова тоже давались нелегко, - он это уже сделал.

- Нет! – ахнула я. Перед глазами встали бьющиеся в агонии факелы – семь больших и один маленький. – Гаян! Это же был всего лишь сон! Скажи, что ты шутишь! Или… зачем ты так со мной? Как можешь такое говорить?! Гаян, умоляю! Да не молчи же, ублюдок!!! – я бросилась на него с кулаками.

- Прости, любимая. Прошла неделя с казни. – Он прижал меня к себе. – Уже ничего не изменишь, это произошло. Я не мог по-другому. Деметрий уничтожил бы твою душу. Ты стала бы Аяной!

Я кричала и вырывалась, но Гаян не отпускал, лишь обнимал все крепче и крепче. Истерика подчинила меня полностью, заставила потерять разум. Мной завладела боль – такая сильная и всепоглощающая, что не осталось сил ни на что иное, кроме как выть в голос и проклинать – и сероглазого, и себя. Я стала причиной смерти всей своей семьи – отца, матери, Кассия и четырех сестер – включая самую маленькую и неуклюжую малышку. Деметрий сжег их заживо. Теперь пришла моя очередь окунуться в пламя.

- Все будет хорошо. – Что-то холодное касается лба. – Держись, Ри. Я всегда буду рядом.

Глаза открываются с трудом. Цветные пятна постепенно складываются в лицо Лии. Она здесь? Жива! Хотя бы она жива. Слезы уже не текут. Кончились? Разве так бывает? Как же больно! Во рту вкус крови.

- Ри! – всполошилась Лия. – Что же ты делаешь?! Не надо!

- Что?

- Ты уже все губы себе искусала! Остановись!

Вот откуда кровь. А боли нет. Я словно мертвая. Но мертвая лишь телом. Душа продолжает полыхать, объятая пламенем. Моя вина. Во всем моя вина. Мать была права. Лучше бы она придушила меня в детстве!

- Ри, да что же это такое! Очнись уже!

Голова резко мотнулась в сторону, заставив меня прищелкнуть зубами. Перед глазами заскакали цветные пятна. Я посмотрела на Лию.

- Прости, - девушка виновато улыбнулась. – Просто уже не знала, что делать.

Она вкатила мне затрещину!

- Можешь даже убить, такая дрянь, как я, это заслужила.

- Ты ни в чем не виновата! – загорячилась Лия. – И у Гаяна тоже никаких вариантов не было! Он спасал тебя от этого выродка!

- За это мои родные умерли в страшных муках.

- Ри, это уже не изменишь. – Она сжала мою ладонь. – Но нужно оставить в прошлом…

- Как?! – перебила я, полыхнув злостью. – Закрываю глаза и вижу… - горло сдавил спазм, и договорить не удалось. Тело затрясло.

Лия обняла меня и прижимала к себе, пока дрожь не унялась.

- Как ты здесь очутилась? – прошептала я ей на ухо.

- Почувствовала, наверное, что с тобой беда стряслась. Пришла к гостиной – с ножом. Так что если бы не сероглазый, прирезала бы этого выродка! И потом в отместку его люди всю планету бы… - Она помолчала. – Охранники сказали, что Деметрий тебя убил, а Гаян повез твое тело топить. Я успела, догнала карету. Ему пришлось мне все рассказать и взять с собой. Вот так. Ты же не прогонишь? – она отстранилась, чтобы заглянуть в мое лицо. – Ри, я очень виновата перед тобой, очень! Но я ничего ему важного не рассказывала, клянусь! И про вашу любовь с сероглазым не полсловечком не обмолвилась!

- Нет никакой любви. И быть не может.

- Я всегда буду тебя любить! – голос Гаяна заставил вздрогнуть. – Знаю, ты меня ненавидишь, заслужил, понимаю. Но моих чувств к тебе это не изменит.

- Все изменит Деметрий, когда найдет нас. – Мне хотелось причинить ему боль. Удалось. – Нас обоих он будет убивать долго и мучительно.

- Не говори так!

- Сам знаешь, это правда.

- Я увезу тебя отсюда, - зашептал Гаян, сев на кровать. – Надо лишь немного подождать. В день побега я отправил шаттл на автопилоте в космос. Он самоуничтожился, когда ушел из зоны видимости Резолюта. Деметрий считает, что мы сбежали на нем и не ищет здесь. Когда все успокоится, мы покинем планету. Я увезу тебя так далеко, что он никогда не отыщет!

Я смотрела на него и молча слушала, все отчетливее понимая, что должна сделать. Но для этого нужно усыпить бдительность Гаяна и Лии.

Саяна

Маленький овощной рынок около дороги очаровал меня. А может, я просто не хотела думать о том, от чего всего несколько часов назад сбежала. Похоже, Ангел привыкла опрометью бросаться прочь, едва увидев, что на горизонте маячат проблемы. Злясь на себя, я прошла между ящиками с фруктами, что стояли под простым навесом. Чего здесь только не было! И манго, похожие на мечи для регби или огромные недозревшие ягоды кофе, и бананы, и яблоки, и груши, и виноград, и всяческая экзотика. Я покосилась на драгонфрут, хихикнула из-за названия и наткнулась взглядом на половинки арбуза, что стройными рядками лежали на досках, благоухая так, что мне едва удалось не захлебнуться слюной.

Когда Ангел в последний раз ела? Что-то никак вспомнить не могу. Неужели суп доньи Эухении, кипящий из-за накаленных вулканических камней, был единственной нормальной трапезой за все это время? Ведь потом имела место быть лишь чашечка кофе на голодный желудок утром! Тогда понятно, почему я готова с урчанием вгрызаться в арбузы!