– Между прочим, перед тобой не просто блондинка, а «опенок»!  – сделав, как он сказал, похвасталась я.

– Тогда нет необходимости напоминать, что погружаться тебе можно только на 18 метров. – Глаза мужа, колдующего над баллонами с воздухом, заискрились от смеха.

– Мы с Аскером опускались на 25! – не удержалась мисс Хайд.

– Он пожалеет о том, что разрешил такое новичку, когда мы встретимся! – пообещал Драган.

– Размечтался! – я прикусила свой слишком длинный язык и соскользнула с серфа в воду.

– Погружаться будем медленно, хорошо?

– Давай уже начнем?

Вскоре толща воды сомкнулась над головой. Солнечные лучи мощными прядями пронзали светло-голубое желе и растворялись в темноте глубины. Именно туда мы с Гораном и начали опускаться.

Сначала все было просто и даже приятно – ощущение, словно находишься в невесомости, но ровно до тех пор, пока продувание ушей не перестало помогать. Все-таки когда Драган настаивал на медленном спуске, стоило прислушаться. Но мы же умные, лучше всех знаем, как надо.

Когда я замерла, пытаясь свыкнуться с болью, распирающей голову изнутри, Горан показал кулак с поднятым вверх большим пальцем – знак экстренного всплытия, но мисс Хайд отрицательно покачала головой и тут же сморщилась – кровь в сосудах запульсировала так, словно пыталась достучаться до моих мозгов. Драган настойчиво повторил знак с поднятым пальцем, в ответ получил поднятый средний и, судя по всему, выругался.

Будь у меня хвост – вильнула бы и уплыла, ей-богу! И ведь умом понимала, что он просто беспокоится за меня, но натянутые струной нервы и вопящие вибрисы выключили благоразумие и предоставили возможность солировать моему непростому характеру. Свет вокруг тем временем постепенно рассеивался. Темнеющая вода стискивала ледяными объятиями, заставляя жалеть об отсутствии гидрокостюма.

Как-то я поддалась на уговоры Глеба и нырнула на Крещение в иордань. Ощущения становились примерно такими же с той лишь разницей, что сейчас все происходило постепенно – это радовало, но не имелось возможности пулей вылететь на поверхность, с трудом сдерживая желание высказаться так, что тебя в той же проруби и утопят истовые верующие.

Ударившись в воспоминания, я даже не увидела мощный водоворот, что поднялся снизу, ударил наотмашь, оторвав меня от Драгана, и закрутил, заставив потерять всякое представление о том, где верх, где низ. Пришлось закрыть глаза, расслабиться и позволить воде обращаться со мной как с носком в стиральной машине.

Когда «стирка» закончилась, ощущение невесомости осталось. Тень, проскользнувшую рядом, я заметила боковым зрением, но рассмотреть смогла, только когда она зависла прямо напротив. Зрение сбоило, и сначала мне привиделась темно-серая огромная шляпа. Но эта «шляпа» имела хвост! Как же туго сегодня соображает Ангел! Это же скат! Причем, тот самый, что смотрел в мою душу, когда Фил вез нас с Гораном с острова.

«Привет, – мысленно прошептала я. – А ты подрос, малыш! Поможешь, старый друг?»

Подводная птица взмахнула крыльями и медленно поплыла в сторону. Мне ничего не оставалось, кроме как двинуться за ней. Вокруг было так мало света, что я почти теряла ската из виду, стоило ему отдалиться на пару метров. Сколько мы играли в «догонялки», не знаю. В мою дурную голову даже не пришла мысль проверить, сколько воздуха у меня осталось. Неожиданно проводник пропал, но едва я успела испугаться, как талию что-то обвило.

Горан! Я обернулась, чтобы улыбнуться мужу. Но это был не он, а ужасная, огромных размеров помесь дракона и осьминога. Темно-серая голова с девятиэтажку с жаберными щелями вместо ушей переходила в мощную, как у жирафа, шею. Исполинское тело скрадывала тьма морских глубин. И отовсюду, из каждой складки на коже, тянулись мощные щупальца. Прямо напротив меня располагался желтый глаз с вертикальным зрачком. Мне даже не удалось испугаться – в голове зазвучал голос.

«Ты искала меня». «Да». «Зачем?» «Хочу поговорить». «О чем?» «Об Архангеле Михаиле».Глаз вспыхнул ненавистью. Пасть разверзлась и мощный рык сотряс морские глубины. Щупальца толщиной с ногу слона скрутили мое тело, заставив закричать от боли. И в этот момент я увидела быстро плывущего к нам Горана.

Разум лихорадочно заметался в поисках выхода, но все решилось само собой – сходящий с ума супруг попросту не смог доплыть до меня, его остановили какие-то прозрачные стены вокруг нас с этим Архангелом-мутантом. Облегченно прикрыв глаза на секунду, я вновь посмотрела на Аквариуса, полыхающего гневом.

«Михаил – наш общий враг. Знаю, как он поступил с тобой. Сейчас этот подонок что-то затевает. И если у него получится, ударит по всем. Помоги мне остановить его, умоляю! Если знаешь, как победить Архистратига, расскажи!»

Но драконоосьминог, не удостоив меня ответом, медленно развернулся и быстро поплыл прочь, лишь длинные щупальца колыхались вдоль тела. И что, это все?! То есть я прилетела сюда лишь для того, чтобы быть посланной на… ?! Ага, щаз!!!

Ладони сжались в кулаки. По телу пробежала уже привычная искорка. Не думая, что делаю, на эмоциях, я полыхнула одновременно – и яростью, и Светом. Ударная волна ушла вперед и вдарила Аквариуса прямо по…

Не знаю, насколько верно это утверждение в отношении его физиологии, но похоже, удар пришелся аккурат по мягкому месту. И, по-видимому, он был весьма чувствительным, потому что Архангел вздрогнул всем своим огромным туловищем и резко вильнул хвостом. Получив всем телом мощную затрещину, я вновь закрутилась в водовороте, потеряв представление, где верх, а где низ.

Когда «болтанка» прекратилась, стало очевидно, что мой наглый демарш таки привлек его внимание. Развернувшись, чудище подплыло ко мне. От полыхающего вокруг Света – теперь уже в защитных целях – было светло, словно до поверхности рукой подать. Впрочем, его глаза тоже освещали все вокруг.

С опаской поглядывая на клыки в оскаленной пасти драконоосьминога, я представила, как он изрыгает пламя, которому и вода не помеха, и смирилась с тем, что мне придется стать первым жареным Ангелом в мире. Но Архангела мой Свет, похоже, озадачил. Разглядывая неведомую зверушку, приплывшую в его подводные чертоги, он помедлил, а потом самые тонкие щупальца резко сорвали с меня маску и баллон с воздухом. Мисс Хайд возмущенно закричала, но этот протестующий писк вряд ли был принят во внимание морским экспериментатором.

Беспомощно наблюдая, как моя экипировка медленно погружается в темную толщу воды под нами, я думала о том, что сейчас испытывает Драган. Его боль лилась мне в душу, как всегда, сбивая все преграды на пути. Но вскоре стало не до того. В схватку вступил инстинкт самосохранения.

Недостаток кислорода заставил мозг наполниться ужасом. Я забилась всем телом, пытаясь вырваться из сильных щупалец Архангела, наблюдавшего за мной, но безуспешно. Подступающее удушье скрутило все внутри болью, которая пару секунд была даже приятной, а потом начала кислотой прожигать внутренности. Запрокинув голову, я лихорадочно начала хватать воду ртом, и горько-соленая жидкость хлынула в легкие.

Люди живучие. Ангелы тем более. Но пришлось сдаться. Я замерла, прекратив сопротивляться. Тело несколько раз дернулось в остатках конвульсий. И… Я начала дышать водой! Легко и спокойно, будто всегда умела, но только сейчас вспомнила.

Зрачок Аквариуса резко увеличился в размерах, заняв почти весь глаз, а потом резко сузился, став тоньше волосинки. Щупальца соскользнули с моей талии. Посмотрев на меня, он вновь поплыл прочь. В этот раз госпоже Ангелу было не до пинков Светом по его заднице. Сил хватило лишь на то, чтобы мысленно завопить вслед:

«Так ты поможешь?!» Очень хотелось добавить «червяк долбанный!», но удалось удержаться. «Приду», – прозвучало в ответ. «Когда?!» – не отставала я. Мы, женщины, любим конкретику. Мужские расплывчатые формулировки нас не устраивают. «Жди», – отрезал Архангел и исчез в никуда также, как и появился из ниоткуда.