Ян тоже смотрел на нее, свою драконицу, самую красивую и желанную девушку на свете, не в силах отвести взгляд. Ее тело, изгибаясь в такт музыке, рождало в крови бурю желания. Взвинченный до предела разум метался, отзываясь в такт бешено стучащей в висках крови. Мужской инстинкт требовал схватить ее в охапку, утащить подальше от всех и любить до самого утра, когда в теле не останется сил даже шевелиться.

   Мысль проскользнула в мозге, обожгла, привела в чувство. Он глянул по сторонам и понял, что в точности такие же желания обуревают и остальных зрителей. Кроме, разве что, зеленоглазого драконодемона. Даниар, вроде бы. Но это сейчас вообще не важно.

   Обеспокоенный взгляд Яна вновь остановился на танцующей Асатаре. Прикрыв глаза, она и сама попала под магию танца. Руки прищипнули ткань подола и потянули его наверх, под чувственные движения бедер оголяя тонкие лодыжки. Демоны радостно зарычали.

   - Нет, ну уж этому точно не бывать! – бросил парень и скользнул к ней.

   В один прыжок взобрался на стойку. По пути подхватил плащ, накинул его ей на плечи и прижал к себе.

   - Эй, пошел прочь! – заволновались зрители, раздосадованные тем, что представление кончилось.

   - Приходите завтра, будет новый танец, - бессовестно разбрасываясь этой ложью во все стороны, Ян увлек Асу за собой к двери.

   - Так нечестно, верни деваху! – неслось вслед. – Пусть еще попой покрутит! Хоть с мальца!

   Толпа потянулась вслед за околдовавшей их танцовщицей, «требуя продолжения банкета».

   - Все завтра, завтра будет! – бормоча, парень вытолкал принцессу на улицу.

   - У-у-у-уби-и-и-или-и-и! – истошный женский вопль выплеснулся на улицу вместе с толпой.

   Демонов моментально всосало обратно.

  - Жди тут, я сейчас, - шепнул Ян Асатаре и снова нырнул в таверну.

   Местные работницы, «дивицы», как их метко кто-то прозвал за горизонтальные умения, стояли полукругом вокруг Фафниры, лежащей на полу. Из груди демоницы торчал кинжал.

   С вязью королевского дома драконов.

   - Приплыли, юный Драган, - мрачно глянув на Яна, шепнул Даниар. – Где наша будущая королева?

   - Во дворе, - он глянул в открытую дверь, где под светом фонаря только что стояла Асатара. – Была.

   Они оба тут же выскочили на улицу.

   Но от девушки остался лишь плащ, лежащий в луже около стены.

   Принцесса исчезла.

   Тати быстро шагала вперед, комкая пальцами записку, полученную от Эриннии. Следом за королевой шел отряд, бряцая оружием, но она не слышала этого, поглощенная мыслями о Тане. Лишь бы только с ним все было хорошо, остальное совершенно не важно!

   На горизонте появились странные голубоватые отблески, и вскоре они вступили на равнину с огромными, белеющими в розовой дымке скелетами, земля под которыми испускала мертвенно-голубое свечение, что стелилось над ней подобно утреннему туману.

   Кладбище Владык неба, драконов. Здесь всегда царил сумрак, даже под светлой луной Адалии. Отчаяние и тоска заползали в душу, чудились какие-то крики, в душу лилось отчаяние, приправленное тоской. Но королева горного народа не обращала на это внимания, ей хватало своей боли. Она быстро шагала по равнине.

Глава 18.1 Война

   Тати оглянулась и злорадно усмехнулась. Лаэр всегда ратовал за то, чтобы войско горного народа находилось в постоянной готовности. Проводил бесконечные учения, не давая никому застаиваться и зарастать жирком. Сейчас королева была ему как никогда благодарна.

   Ее взгляд пробежался по коренастым воинам в латах. Глаза бойцов горели жаждой крови. Неподалеку роняли слюну на землю огромные, до пяти метров в холке, специально натасканные псы. Еще отец Тати, Гефест, приказал вывести эту породу, когда весь народ из-за Люцифера скрывался в горах. Теперь злющие красноглазые псы, способные перекусить пополам лошадь, оказались как нельзя кстати.

   Айки ответят за то, что превратили любимого мужчину Тати в монстра! Они заплатят за это жизнью!

   - Труби наступление! – бросила она горнисту, и воздух над равниной разрезал резкий клич трубы.

   Горные взревели и бросились в атаку. Навстречу им с криком, от которого заложило уши, понеслись айки. Первыми в болотных людей врезались гигантские псы. Они просто хватали аек пастью и разрывали их в клочья, подбрасывая в воздух, как кукол. А потом, выплюнув остатки, накидывались на следующую жертву.

   Болотный народ разбился на группы и, лихо орудуя тяжелыми сетями, стреноживал этих зверюг, повалив с ног. Но Тати отдала новый приказ. Ее бойцы подбежали к стене, собранной из щитов, и выдернули копья, которые не давали ей рассыпаться. Гулкая дрожь прошла по поверхности, заставив выкованные из лавы пластинки тонко зазвенеть. Под эту удивительную музыку щиты зашевелились, и все сооружение рассыпалось, выпустив на свободу огромных земляных колобков-големов.

   Те из аек, что помнили битву с Люцифером, тут же бросились врассыпную, увидев эти шары, закованные в броню из щитов, которая делала их похожими на громадные кругляши шоколада с налипшими квадратиками золоченой фольги.

   Но големы быстро покатились к обрыву и начали падать с него, набирая скорость – чтобы врезаться со всей силы в противника, заполонившего равнину. Догоняя аек, они прокатывались по ним, сминая тела, смачно хрустящие под их безжалостными железными боками.

   Однако сети пригодились и тут – шары застревали в них, подпрыгивая, будто стараясь вырваться из цепких пут на свободу, а потом замирали, словно покорившиеся объезженные жеребцы.

   Стремясь удержать хрупкое превосходство, горные волной хлынули с нагорья на равнину, идя напролом, сражаясь со всей яростью и ненавистью, которую разожгло в их сердцах сражение. Под таким мощным напором айки дрогнули и начали медленно отступать, но в этот момент со скального массива, подковой опоясывающего равнину, понеслось цунами еще одного участника битвы. 

   И горный, и болотный народ, не ожидавшие удара со стороны, пропустили несколько драгоценных секунд, которых как раз хватило, чтобы их задавили массой, не оставляя шансов отбиться, напавшие в удобный момент люди, обитавшие в Красной долине.

   В кои-то веки они, обычно занятые вечной грызней друг с другом и жившие на особинку, без крайней нужды не знаясь ни с кем в Адалии, объединились, узрев возможность одним ударом разделаться сразу с двумя врагами.

   - Ох, как хорошо получилось-то! – довольно хихикая, Эринния захлопала в ладоши, глядя на «представление» с самого высокого холма. – Молодечики! Все сделали, как бабушке надобно, касатики! Вот расцеловала бы! Лепота!

     Позади ведьмы заскрипел песок. Она прищурилась, не оборачиваясь. И так понятно, кто явился. Усмехнулась. Сынок пожаловал, Сар. Сердобольный шибко. Еще один минус в его копилку. Правят жестокие, которые знают, как мир устроен – не ты, так тебя. А прочие, сопли на кулак мотающие, в рабах ходить обречены!

   - Чего надобно тебе? – спросила, когда парень встал рядом.

   - Умолять вас пришел, матушка, - его голос задрожал. – Сделайте что-нибудь, вы же можете! Иначе они поубивают друг друга!

   - Тебе какая с того печаль? Пусть убивают, - пожала плечами, глядя на поле боя.

   - Они как с ума посходили! Спасите их!

   - Ты погляди на людей, вот они молодцы! Приперлись вовремя! И ведь как ни поверни, все одно они в выигрыше, обоих врагов разом прихлопнут! Хотя умнее было подождать, когда победитель между айками и горными определится, и на того наброситься, пока ослабленный. Вот самое оно было бы! Но не утерпели, видать, людишки, кровушка взыграла!

   - Что вы такое говорите, матушка?

   - Так, сын, помогу я твоей печали, но при одном условии, - старуха посмотрела на него.

   - Все, что прикажете, готов выполнить! – горячо выдохнул он.

   Разноцветные глаза загорелись надеждой.