Воронка дернулась, словно раздумывая, потом все же подползла к нему и замерла над головой Падшего. Мне внезапно стало легче, словно тело перестали разрывать изнутри чудовищной болью. Как же приятно вдохнуть полной грудью, не ощущая, что на тебе стоит слон! Ахнув, я приподнялась на локтях, глядя на то, как Люцифер падает на колени, содрогаясь всем телом.

- Он спас меня! – сорвалось с губ. – Поглотил столько силы портала, сколько смог! Пожертвовал собой! – яркая вспышка боли рядом отвлекла меня. – Атапи! Горан, помоги встать.

Мой санклит поставил меня на ноги. Да, вот она, стоит на коленях, тоже запрокинув голову. Девушка помогла Падшему – взяла столько, сколько смогла, искупая свой грех.

- Держись! – я упала рядом с ней, попыталась помочь, но лимит был исчерпан – бушующая энергия переполняла меня саму.

- Атапи! – раздалось из темноты.

Мать сестер подбежала к нам, дрожащими руками обняла дочь.

- Мамочка, - почти беззвучно прошептала она, прижавшись к ней.

- Я с тобой, детка, с тобой, моя девочка. – Она обожгла меня ненавистью, закрыла глаза и начала медленно раскачиваться, бормоча заклинания.

- Что она делает? – спросил Горан, помогая мне подняться.

- Жертвует собой – во имя того, кого любит. – Тихо ответила я. – Как сделал Люцифер для меня. – Мои глаза нашли его. - Горан, дай нам проститься, пожалуйста. Я должна ему это.

- Как и я. – Он разжал руки.

- Ангел мой, - прошелестело из губ Падшего, когда рука сжала его ладонь.

Демонический облик развеялся. Грудь едва заметно вздымалась. Глаза тускнели. Но сквозь бледную кожу проступало сияние. Оно становилось все ярче, заставляя мое сердце учащеннее биться.

- Ты так смотришь…

- Как, Люцифер?

- Как смотрела Риэра.

- Потому что я сейчас вижу то же, что видела она – Архангела внутри тебя.

- Уже забыл, как это.

- Скоро вспомнишь.

- Прав-да? – слова давались ему все тяжелее.

- Обещаю. – По моим щекам потекли слезы. Я погладила его по щеке.

- Ты была… права. Любовь – важнее всего. - Он улыбнулся и закрыл глаза – навсегда.

Сияние разгорелось с такой силой, что мне пришлось зажмуриться. Когда же снова смогла видеть, вместо тела Люцифера рядом со мной кружились маленькие капельки света. Вначале темно-серые, они постепенно светлели, истончаясь до тех пор, пока не полыхнули чистейшим белым светом. Мгновение – и они рассеялись навсегда.

- Родная, - Горан сел рядом и обнял меня.

- Часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо. – Процитировала я Гете дрожащим от слез голосом и шепнула в небеса, - прощай навсегда, Люцифер.

Сар

Я пришел к Люциферу, чтобы отомстить за смерть Риэры. Хотел убить этого гада, но… Когда посмотрел в его потухшие глаза и почерневшее от горя лицо, не смог. Он сам себя наказал, хуже уже не сделать. Рука выронила кинжал, и я просто ушел.

У ворот меня догнал Мулцибер.

- Возьми, - он протянул мне желтый камешек. – Думаю, Риэра хотела бы, чтобы ты сохранил его. Она отдала жизнь за спасение Оси бытия, помни об этом, Сар.

Я сжал самоцвет ладонью и больше не расставался с ним. Мне казалось, что мама рядом, клянусь, иногда чувствовал, как ее теплая ладонь нежно гладит мои вихры – теперь всегда расчесанные, как ей нравилось. Она каждую ночь приходила во снах и говорила, что мы еще встретимся. Послушавшись ее, я нашел Цету и поселился у нее.

Люцифер и демоны продолжали сеять зло, раздирая мир, который так любила Риэра, на части. Отряды зачистки вылавливали и убивали драконов и полукровок с их кровью. Я видел, как пал могучий Дагон, он сражался до последнего. Его предсмертные хрипы мне никогда не забыть. Помешать демонам я не сумел. Когда пытался вступаться, меня просто отшвыривали прочь, но не убивали – подозреваю, Люцифер запретил.

А потом ушли Владыки воды. Сам не видел, но поговаривали, они все одновременно в облике силы взвились в небеса и просто исчезли. Все моря, реки и озера поднялись следом за ними и стали ледяным куполом, который навсегда закрыл небо. Отныне мир навсегда погрузился в сумрак и начал сохнуть, как сдобная деваха от безответной любви.

После смерти Риэры Люцифер стал другим. Никто не осмеливался заговаривать с ним, подходить близко. Он все время проводил в долине, стоял, закрыв глаза и шевеля пальцами вытянутых перед собой рук. Поговаривали, Падший ищет способ вернуть свою королеву. И что-то мне подсказывает, рано или поздно он его найдет.А пока для Риэры был построен сверкающий дворец, внутри в прозрачном гробу лежала она. Прекрасные одежды, уложенные кудри, белое лицо. Такая красивая и безмятежная. Я часто прокрадывался туда и сидел рядом. Хоть и взрослый уже, слезы лились по щекам. Она была рядом, я чувствовал. Меня обнимало что-то теплое, словно ее руки прижимали к себе. Но это была лишь призрачная тень, привязанная к телу, заклятиями Люцифера не подверженного тлену.

Когда меня нашла та, из утробы которой мне довелось вылезти – Эринния, мерзкая ведьма, я попросил только об одном. Она долго кочевряжилась, но потом все же уступила и дала желаемое. Найдя путь в храм Офель, опустившийся глубоко под землю, я выпил отвар, свернулся калачиком неподалеку от засохшего древа Богини и погрузился в сон на долгие столетия – пока не вернется моя настоящая мама – Риэра.

Стамбул, Турция, наши дни

Я лезла по скале все выше и выше. На небе затухали последние краски заката. Внизу рычала бурная река. Порывы ветра обрушивались на тело упругими тумаками, будто мечтали сбросить меня в ее ледяные объятия. Молодец, Саяна! Угораздило же так вляпаться!

Дальше придется подниматься по склону, поросшему травой. Рискованно, но если ухватиться за небольшой куст, можно будет забраться на каменный выступ, а оттуда и на самый верх.

Собрав остатки надежды, цепляясь всем, чем можно, я полезла вверх, как ящерица, понимая, что на вторую попытку не будет ни времени, ни сил. До выступа оставалось совсем ничего, рука потянулась к деревцу. Пальцы уже касались мелких листиков, еще пара сантиметров буквально, и… Вот она, ветка!

Но когда спасение было так близко, кустарник с противным громким чмоканьем выдернулся из земли и полетел мне в лицо, растопырив корни. Окаменев от ужаса, я вцепилась в траву, прекрасно понимая, что она меня уже не спасет.

Правая рука первой вырвала куст из дерна. Зная, что это бесполезно, я закричала во весь голос, что было сил, лихорадочно шаря впереди в надежде хоть за что-то уцепиться. Но левая рука повторила судьбу правой, и тело медленно заскользило вниз.

В голове вспыхнула одна-единственная мысль: «как быстро это будет?», но додумать ее я не успела. Кто-то крепко схватил меня чуть выше локтя и потянул вверх. Через мгновение я оказалась наверху, на земле.

Сначала яркий свет ослепил меня. Потом в поле зрения попал силуэт человека, окруженный крохотными иголочками сияния, которое делало его похожим на ангела.

Так вот ты какой, Ангел-хранитель!

Потом все мысли исчезли, потому что я увидела его глаза – глаза человека, который изменит всю мою жизнь.

Антун Драган

Человечий шепот доносился до меня раздражающим шорохом, лез в уши, грыз мозг. Вот поэтому слугам и запрещено входить в замок без моего приказа!

- Старик совсем из ума выжил. Чего ему вздумалось вдруг такое затевать?

- Тише ты!

- Да чего тише, он глухой уж, поди, старый пень!

С моих губ слетел смешок. Знали бы они, сколько мне на самом деле, умерли бы на месте от ужаса, ведь мой возраст исчисляется не годами, не десятилетиями – их уж давно перестал считать, а столетиями, которые одно за другим складываются в тысячелетия! Точную цифру знают, поди, только Охотники да Наблюдатели, гори они все в адском пламени!