– Боюсь тогда даже спрашивать, что он сказал санклитам и ангелам! – я отвела его руку от моего лица.

– Саяна! – голос Горана заставил вздрогнуть даже стены. – Что здесь?.. – он замолчал, споткнувшись взглядом об обнаженного Абигора, на котором все еще была надета сбруя, делая его похожим на стриптизера, и потом выдал, – у тебя, стало быть, здесь свидание?

– Ага, с жеребцом. Сам же видишь. – Ответила я, скрестив руки на груди. – Да все просто. Абигор – оборотень, конь. И этот наглец счел за хорошую шутку подарить мне самого себя.

– Не помешаю? – протиснувшись на конюшню, осведомился Алеш.

– Нет, ты как раз вовремя, Алеша. – Мисс Хайд едва не захлебнулась смехом. – Теперь докажи, что у тебя тоже не было запланировано свидание с жеребцом, Драган!

– Саяна! – он стиснул зубы, но не выдержал и фыркнул от смеха.

– Вооот! – я с улыбкой прижалась к нему.

– Вертишь мной…

– Ага, и веревки вью!

– Какая женщина! – томно выдохнул Абигор. – Эти чувства, когда ты скакала на мне! Быть между твоих прекрасных ножек…

Я покраснела.

– Видит Господь, я тебя предупреждал! – кулак Горана врезался в лицо Архидьявола, и тот отлетел в угол.

– Папа! – взвился Алеш, бросившись к нему.

– Папа?! – хором выпалили мы с Драганом.

– Да, это мой сын. – Поднявшись, демон пожал плечами. – Что такого? Откуда ты взялся, кстати? – он взглянул на Алеша. Тот потупился.

– Мы его из конюшни Мархозия, э–э, позаимствовали. – Пояснила мисс Хайд.

– Опять жирному проигрался? – зацокал Абигор. – А ведь обещал не играть больше!

– Папа…

– Что я матери твоей скажу? Кто, кстати, твоя мать, напомни?

– Кадора.

– Рыжая такая?

– Нет, блондинка.

– Да? – демон наморщил лоб. – Не помню.

Снять бы это на видео! Я уткнулась лицом в грудь Горана, вздрагивая от смеха. А ведь если подумать, сходство–то есть – и у Абигора, и у Алеша зеленые раскосые глаза. Как и у блондина из моего гарема, кстати!

– Да не дай же Господь! – мисс Хайд отстранилась от уже миролюбиво улыбающегося супруга и воззрилась на демона. – Господин Архидьявол, а не подарили ли вы мне еще одного своего сыночка? Еще когда мы на Земле были?

– Да, а что?

– А то! Забирайте всех своих детей и проваливайте!

– Я правильно понял, любимая? – переспросил Горан.

– Ага! Именно так!

– Сам напросился! – Драган подскочил к Абигору и вновь отправил того в нокаут. Бедный Алеш, причитая, забегал вокруг.

– Демон! Настоящий демон, а не санклит! – причитая, Архидьявол похромал к выходу, опираясь на руку сына. – Помни, Ангел, ты нужна Люциферу. – Обернувшись у выхода, прошептал демон напоследок. – Он тебя не отпустит.

– Знаю.

– Но ты ведь поможешь Кающимся, когда придет время?

– Вряд ли.

– Почему?!

– Потому что так не каются, господин Абигор. – Я усмехнулась. – Есть геенна, всегда готовая вас принять с распростертыми объятиями. А сидеть в роскоши, покуривая наркоту и ожидая прощения – хитрожопство и наглость, а не раскаяние. Если сожалеешь о сделанном, исправь вред, больше так не поступай и смиренно прими наказание. Как–то так.

Ничего не ответив, демон ухромал.

– Я так и не понял, на чьей он вообще стороне? – пробормотал Горан, глядя ему вслед.

– Он сам этого не знает. Чего ты хочешь, Архидьявол же!

– Наверное.

– Вот и нет у меня больше гарема! – резюмировала мисс Хайд, притворно вздохнув.

– Злая вредина! – выдохнул супруг, прижав меня к себе. – Зато у тебя есть влюбленный по маковку санклит!

– А еще… – я осеклась. – Господи!!!

Он шел по нашему лагерю как по своему дворцу – спокойно, уверенно, не спеша. Когда наши глаза встретились, я вздрогнула всем телом. Откуда у меня такая реакция на него? Неужели всему виной кинжал, который сделал смертную Ангелом жизни? Я неожиданно рассвирепела, так сжав ладонь Драгана, что теперь вздрогнул он.

– И встал ангел господень на его пути. – Сорвалось с моих губ. – И сказал ангел слово. И слово это было матерное. – Мисс Хайд сделала шаг вперед.

– Саяна! – голос Горана остановил меня.

– Все будет хорошо. – Я утонула в его глазах, полных боли, ужаса, тревоги. – Но сейчас ты должен отпустить меня. И довериться.

– Как скажешь. – Выдавил из себя он.

– Спасибо, любимый. – Госпожа Ангел развернулась лицом к Люциферу, который небрежным движением руки раскидал охрану и Охотников, которые бросились на него.

Мужчина прочертил в воздухе полукруг, сотворив кольцо вокруг – чтобы никто больше не тревожил. Звуки ушли. Теперь я слышала лишь его зов. И пошла навстречу, повинуясь ему. Люцифер торжествующе улыбнулся. Мисс Хайд подавила смешок, глядя, как по его лицу расплывается самодовольство. Как же мужчины любят принимать желаемое за действительное! Даже такие древние и сильные.

– Иди ко мне! – властно прошептал он, когда я замерла в паре метров от него. Мне не составило труда сделать вид, что бедный Ангел сопротивляется. – Иди ко мне!!! – невидимая нить словно дернула меня на него, и я угодила прямиком в его объятия.

– Говорил же, ты моя! – мужчина завладел моими губами и покосился на Горана. Он не был бы дьяволом, если бы не сделал этого. Но и я не была бы собой, если бы тоже не сделала кое–чего. Хватит мне бессвязных, отрывистых видений, сваленных в кучу. Обратимся к первоисточнику. Да и способ его добыть меня весьма радует!

Я крепко прижалась к Люциферу и, когда объект задрожал от радости и страсти, со всей дури тяпнула его, прокусив одновременно язык и губу. Он пытался оторвать меня от себя, но не тут–то было, я держала, как клещ. Его кровь наполнила мой рот. Мисс Хайд застонала. Да, вот он, первоисточник. Начнем – ныряем с головой!

Боже!!! Меня окатило горячей волной понимания. Это не ее воспоминания, Касикандриэры, это наши с ней воспоминания!!!

Она – это я!

Лишь секунда – но мне хватило. И он это понял.

– Вот такие мы, дворняжки, – мисс Хайд усмехнулась, провела пальцем по нижней губе и облизала кровь, – если надо, очень больно кусаемся! Шел бы ты, уколы от бешенства, что ли, в пузо поколол! А то заражу Светом!

– Кто ты против меня? – прошипел Люцифер.

– Свет против Тьмы. – Госпожа Ангел пожала плечами.

– Я могу раздавить тебя! – на самом дне его зрачков ядовитой лужей расползался страх.

– Ты сам в это не веришь. Потому что знаешь – я нужна тебе. Сколько столетий ты ждал, когда я вернусь, Люцифер? Терпеливо плел свою паутину, заманивал в нее Архангелов, людей и санклитов. И все с одной целью – чтобы я вернулась к тебе.

– Ты прожила сотни жизней. – Тихо прошептал он. – Каждая вдали от меня. Но я терпел, ждал. Теперь, когда ты бессмертна, ты вернулась ко мне, Касикандриэра. Навсегда!

– Ошибаешься.

– Бесполезно сопротивляться! Ты моя! Скоро все воспоминания вернутся к тебе и тогда…

– Я здесь для другого. – Какая двусмысленная фраза! И самое главное, верна она в обоих смыслах.

– Ось?

– Она самая. Как бы ты ни мешал мне, я сделаю то, что должна, или умру, пытаясь.

– С чего ты взяла, что я буду мешать? – он усмехнулся, мизинцем прочертил портал огнем, будто ногтем взрезал ткань бытия, искоса глянул на меня, проверяя реакцию. – Иди. Никто не будет тебе мешать.

– Да, впечатлил. – Призналась я. – Возьми с полочки пирожок, их там два, бери средний. Только баночку не задень.

– Какую? – он ошалело посмотрел на меня.

– С поджопниками, конечно же! Что? – теперь моя очередь усмехаться. – Касикандриэра была другой? Ну уж прости! Все же сотни жизней прошли! – Люцифер промолчал. – Сними защиту, со мной пойдет Горан. Или сниму сама – но будет больно.

– Хоть всех их бери с собой. – Мужчина пожал плечами и повел рукой, заставив стерильную сферу вновь наполниться звуками и запахами.