Лилиана вгляделась в мои глаза и расхохоталась:
- Умница моя! Не волнуйся, будет, как ты задумала!
Я открыла глаза.
- Ты так улыбалась, любимая! – Горан прижал меня к себе.
- Потому что Лилиана мне разрешила кое-что с тобой сделать.
- Что же?
- Для этого, Драган, тебе придется сначала на мне жениться.
- Ты имеешь в виду?..
- Да, санклитский обряд соединения крови.
- Но тогда ведь… - Он побледнел.
- Именно – что будет с одним, будет и с другим.
- Родная, но тебя нельзя убить. А после этого обряда моя смерть повлечет твою! Ты станешь уязвима!
- Ты обещал сделать все, что я захочу.
- И сделаю. Но ты уверена?
- Ты доверяешь мне?
- Больше, чем самому себе!
- Тогда дай мне руку.
- Весь твой, любимая.
Я сжала его ладонь, сплетя наши пальца в замок, и занесла над кинжалом, который вставила острием вверх в руки Лилианы. Обоюдоострое острие одной стороной разрезало плоть Горана, другой – мою. Кровь стекла в углубление между ладонями Лилианы, забурлила, маленькие красные змейки обвили наши с Драганом запястья и поползли по тыльной стороне рук.
Помню, как больно это было, когда заключала брак с Киллианом – насильный, с нелюбимым, с маньяком, для того, чтобы потом убить его. А с Гораном это принесло наслаждение!
Когда мы разжали руки, на запястьях и тыльной стороне кисти осталась удивительно красивая мандала.
- Так, а теперь скажу главное. – Я улыбнулась.
- Кто бы сомневался! – он с улыбкой покачал головой.
- Что будет с одним, будет и с другим. Таково условие, помнишь?
- Помню.
- Ты санклит, я Ангел.
- Только не говори, что стала санклитом!
- Не буду. Потому что… Ты стал Ангелом, Горан!
Эх, да ради такого выражения лица готова это еще раз провернуть!
- Убить тебя теперь могу только я, это так, прими к сведению и веди себя хорошо!
- Невозможная моя! – потрясенно выдохнул он, прижав меня к себе.
- Кстати, в качестве бонуса – если один будет чувствовать сильную боль, второй разделит ее с ним.
- Понял, буду очень осторожен отныне.
- Музыка для моих ушей! Но посмотрим, как ты запоешь, когда я рожать буду! О да, а ты думал! – я расхохоталась. – Хотя мне безумно жаль, конечно, что я не увижу через пару этак тысяч лет, как седой Горан Драган подслеповато шарит по тумбочке в поисках вставной челюсти!
- Вредина! – он подхватил меня на руки. – Все, полетели домой, твой супруг жаждет провести с обожаемой женой первую брачную ночь!
Эпилог
- Вот ты злыдень! – я расхохоталась, увидев малышей под елкой, рядом с упакованными подарками.
Арсений прицепил детям на спинки красивые золотистые крылья и снимал их на сотовый. Довольная подарком ребятня улыбалась во весь рот, демонстрируя недавно выросшие зубки.
- Горан, смотри, что творит дядя Сеня!
- Им нравится, - супруг включил гирлянду, которую крепил на стену, и обнял меня.
- Четыре ангела в семье, - я покачала головой.
В этот момент яркая вспышка осветила гостиную, украшенную к Новому году. Сначала показалось, что полыхнула гирлянда, но когда все погрузилось в темноту, мы поняли, что это было – потому что под елкой вовсю сияли Крылья Гораны - настоящие, а не игрушечные.
- Дочка! – я присела рядом с ней на корточки. – Моя сильная крошка!
Саян, сидящий рядом, тоже «замигал», пытаясь повторить за сестрой. Она сжала его ручку, и Крылья малыша загорелись ровно и ярко.
- Понял, Новый год мы будем встречать при свечах, - Горан погладил детей по волосам.
- Думаю, мы жить при свечах теперь будем, - откликнулась я, - пока они в сознательный возраст не войдут и не научатся контролировать свою силу.
- Ух ты, как у вас тут интересно! – Катрина ворвалась в комнату и замера в дверях, с восхищением глядя на племянников. – Кто хочет глинтвейна? А потом можно…
- Я себя Новым Орлеаном чувствую, - пожаловался Драган, - это не женщина, а ураган Катрина!
- Она наверстывает упущенное за многие годы. – Я вспомнила, как мы делали эликсир для нее и пытались понять, как заставить его вскипеть, если нельзя ставить на огонь – таково было условие, указанное в манускриптах, что нашел Аспид, наш дракончик. А потом я вспомнила камни доньи Эухении, которая в Колумбии варит суп калапурка, заставляя его кипеть из-за раскаленных в печи вулканических камней.
Теперь Катрина жила с нами и переворачивала дом с ног на голову. Но смотреть на нее, веселую, полную жизни, было таким счастьем, что я плевала на постоянный шум. Мы все живы, здоровы, любим друг друга. Что еще надо?
Я вышла на улицу. С неба падали крупные снежинки. Снег в Стамбуле! И госпожа Ангел тут вовсе не причем! Додж Демон на подъездной дорожке скоро станет сугробом. Я переставила его в гараж и погладила холодный бок. Он так помог мне, когда неслась к Горану в Хорватии! Колеса и внутренности пришлось менять. Но теперь он как новый.
- Я ревновать буду, - пробурчал супруг, обняв меня.
- Сколько пожелаешь. Скоро приедут гости, кстати. Пойдем в комнату, хочу отдать тебе подарок.
- Ты сама лучший подарок! – проворковал супруг, когда мы вошли в спальню.
- Это само собой! – я пустила по телу искорку, и в комнате стало светло. – Итак, подарок. Кстати, их два.
- Избалуешь ведь!
- И то верно. Но получишь ты эти подарки нескоро.
- Почему?
- Потому что они будут готовы только через 8 месяцев! – моя ладонь легла на живот.
- Саяна!!! – Горан опустился передо мной на колени. – Мы беременны?!
- Ну, пусть будет мы!
- И опять двойня?
- Ага. Мальчик и девочка, я чувствую.
- Спасибо, родная! – он осторожно прижался ко мне. – За что мне такое счастье, а?..
- За все страдания, испытанные в прошлых жизнях. - Прошептала я, потянув его наверх.
- Ведь все время умудрялся тебя потерять! И потом жил в аду.
- О, хорошо, что напомнил!
- Только не говори, что нам придется туда вернуться! - простонал мужчина.
- Тогда придется молчать. Прости, но надо. Им нужна наша помощь.
- С чем?
- С передачей власти – это основное. Ведь демоНкратия у них кончилась. Мне не дает покоя спрятанное кахарами яйцо, которое носила Алатара. Этот дракончик – наследник. Надо его найти.
- Найдем, - хрипло прошептал муж, подхватив меня на руки и уложив на кровать. – Но чуть позже, хорошо?
- Даже не знаю, - я растаяла от нежности в сильных объятиях моего Ангела.
- Значит, придется убедить! – он сверкнул шальной ухмылкой.
- Вызов? – промурлыкала госпожа Драган. – Обожаю вызовы!
- А я всей душой обожаю тебя, Саяна!
- И я тебя!
Счастье – это так просто! Золотой свет разгорелся и внутри, и снаружи, сливая нас в неподвластную никому и ничему Древнюю душу.
Елена Амеличева
Танец огня
В ту ночь бушевала песчаная буря. Сонная повитуха суетилась вокруг женщины, лежащей на тонкой циновке, недобрым словом поминая младенца, которому приспичило появиться на свет. Крики роженицы вторили завываниям бурана, он яростно трепал стенки шатра, сплетенного из перевитых нитей лкесы – растения, в поисках которого Странники кочевали по пустыне.
- Того и гляди унесет нас всех, - косясь на стенки, надутые упругим парусом, причитала старуха. – Экая ты, выбрала ведь времечко разрешиться от бремени, как нарочно подгадала! Сдует весь наш стан, прямо в Пандемониум улетим! Вот уж Люцифер-то, проклятый, удивится, когда прямиком в его дворец упадем с неба!
- Да я, что ли, виновата? – простонала женщина, тяжело дыша.
Немолодая уже, она не в первый раз приводила в мир младенца. Все девочки, крупные, ладные, выросли в хороших работниц. А этот, последыш, с самого начала беременности чудил – живот болел, целыми днями изводила рвота, а теперь вот еще и попкой вперед идет, непутный, в довершение всех бед!
- Тужься давай, чего разлеглась? Не девка, сама все знаешь. – Повитуха глянула под тряпку, что прикрывала низ раздутого живота. – Тужься, говорю, не ленись!
