Но придумывать не пришлось – не менее офигевший от ситуации, чем метис, Горан оторвал его от меня, рыча, и отшвырнул в сторону. Я планировала возмутиться, но увидев, как Моа сносит один за другим стеллажи с коллекцией Мархозия, вовремя закрыла рот.

Уж не знаю, понял ли санклит, поднявший соперника и вновь отправивший того крушить все вокруг, что это именно то, что нужно госпоже Ангел, или подействовала ярость Драганов, важен был только результат. А именно: забыв про меня напрочь, Экзарх бегал вокруг Горана с Моа кругами, причитая и ругаясь.

– Молодцы, мальчики, – прошептала я и, отдав власть вибриссам, пошла вдоль высоченных стеллажей, чутко отслеживая изменения в ощущениях.

Приятное вначале покалывание на кончиках пальцев сменилось на такую боль, словно их опустили в кислоту. В аду и эти ощущения были сильнее и яростнее. Так, уже близко. Мисс Хайд остановилась на секунду. Да, направо, прямо, нет, чуть сдать назад, налево. Здесь.

Я открыла глаза и осмотрелась. Потом повела рукой в воздухе, хихикнув сама на себя – со стороны выгляжу как опытная ведьма, наверное. Черт, он наверху. Ни лестницы, ни стремянки. Как достать? Может…

– Что вы тут делаете?! – визгливый голос Мархозия заставил меня подпрыгнуть.

– Любуюсь. – Я обернулась.

Ясное дело, он мне ни капельки не верит. Что делать? Надо было сначала камень достать. Тогда сейчас ударила бы Светом, нашла приговор Глеба и мы «сделали бы ноги». Все равно, без свитка и камня не уйду!

Вспышка Крыльев была такой мощной, что я уронила все стеллажи до единого. Архидьявола сбило с ног и протащило, как огромный шар для боулинга, брошенный великаном, по полу до стены. Когда он врезался в нее, по черному камню зигзагами прорезались трещины. Довольно шустро добежав до золотого потолка, они зазмеились по нему во все стороны. Кажется, скоро хранилищу придет конец.

– Саяна, все хорошо? – Горан подбежал ко мне.

– Не мешай. Где же ты? – я выставила вперед дрожащие руки, пытаясь уловить след приговора Глеба, который Светом зашвырнуло неизвестно куда. Надо было думать, прежде чем делать! Глупый Ангел! В аду и моя тупость усугубилась!

Часть потолка с грохотом обрушилась, расколов и перевернув несколько чаш–светильников с огнем. Пламя довольно зашипело, добравшись до тех свитков, что вывалились из коробов. Надо спешить! Я побежала «по следу», Драган последовал за мной. Вскоре к нам присоединился и Моа. Мы втроем неслись по хранилищу, как в кино, лавируя между обломками потолка, что продолжал рушиться.

– Родная, надо уходить! – уронив меня, чтобы уберечь от рухнувшей каменной глыбы, крикнул Горан.

– Пока не найду, не уйду! – рявкнула я, оттолкнув его.

Так, успокоиться и сосредоточиться, забыв о конце света вокруг. Помогите же мне, кто бы вы ни были, умоляю! Направо – ничего, прямо – пусто, налево… Да! Пальцы взорвались болью, но я рассмеялась. Каменная пыль лезла в рот и нос, взрывала легкие надсадным кашлем, но Ангел ползла вперед. Пока под изрезанной осколками ладонью не хрустнула бумага. Из глаз от боли посыпались искры. Пусть это будет он, пожалуйста!

Пляшущие сатанинский танец руки развернули свиток. Буквы приговора вились по темно–желтой поверхности полыхающим огнем. Каждая из них впивалась в душу раскаленным звездопадом. Это он! Спасибо! Зарыдав от облегчения, мисс Хайд осторожно скатала его рулончиком и… Куда же тебя деть? А вариантов нет. В карман не залезет. Хохоча сквозь слезы, я сунула свиток в трусики и, посмотрев на Горана и Моа, выдохнула:

– Уходим!

Остатки зала сложились домиком, когда мы выбежали наружу. Меня кто–то и в самом деле оберегает! Облако пыли накрыло нас удушливой волной, заставив выкашлять остатки легких.

– А теперь – камень! – когда пыль осела, сказала я, глядя на перепачканные лица моих мальчиков с тоскливыми глазами. – Никто и не обещал, что будет легко!

Где же ты, симург? У нас очень мало времени! Вот она, слава Господу! Выпрыгнула из завесы огня, спружинив, как хищная кошка. Идем. Вернее, бежим!

– Из всех помещений ты выбрала самое охраняемое, да? – пытаясь отдышаться, пробормотала я, с укором глядя на симурга, что направилась прямо к личным покоям Мархозия. Что ж, будем импровизировать, как всегда. – Чего стоим, мальчики? – закричала мисс Хайд, подбежав к охранникам. – Там вашего шефа завалило, спасать надо!

– А вы кто? – прищурившись, поинтересовался один из демонов. Не мой день сегодня!

– Я – его жена! – госпожа Ангел ткнула пальцем в Горана. – А он – тот, кто надерет ваши задницы!

– Даже не знаю, благодарить тебя или… – начал муж.

– Потом решишь. – Перебила я. – Фас, любимый!

– Невозможное существо! – он расхохотался и бросился на охрану. Мы с Моа помогли.

– Где же ты, где, звездочка моя? – исковеркав песню, пропела мисс Хайд, зайдя в покои Экзарха.

О, а я думала, ложе Люцифера было огромным! Куда там! Кровать Мархозия определенно самая большая из всех, что мне приходилось видеть! Так, сосредоточиваемся, не до мебели сейчас. Хотя… Учитывая, что симург запрыгнула на постель и замерла, не зря меня, значит, на ней переклинило.

– Родная? – Горан подошел ко мне. – Еще помощь нужна?

– Ага. Нужно кое–что сделать. Участвовать будут трое: ты, я и кровать.

– Мне нравится ход твоих мыслей!

– А, нет, четверо – я про Моа забыла.

– Вредина!

– Так, мальчики, надо этот траходром как–то сдвинуть. И побыстрее.

Кряхтя и ругаясь, мы все же справились. И что дальше? Попробуем так – я провела рукой над полом в центре, рассчитывая на ангельские опции, и не ошиблась. Щелчок и потайная дверь открылась.

– Так, Моа, беги к нашим, пусть быстро уходят. Встретимся в отеле. Идем, любимый. – Мы спустились вниз, поплутали, нашли очередное запущенное помещение и в качестве бонуса получили очередной камень – голубой. На этот раз быстро получилось. Не сглазить бы.

– Возвращаемся? – спросил Горан, когда я отправила самоцвет в карман.

– Туда нельзя, – с подачи вибрисс ответила госпожа Ангел. – Там нас уже ждут. Надо найти другой выход.

– Надо, значит, найдем.

Темные тоннели вывели нас к двери. Оттеснив меня и не слушая возражений, супруг вышел первым. Я последовала за ним. Что это? Похоже на вырытую в земле яму. Госпожа Ангел усилила сияние. Ступеньки. По ощущениям – бесконечные. Ох уж эти лестницы – с ними все так же, как с жизнью – вниз без проблем, а вверх придется попотеть. Хватит ныть. Стиснула зубы и вперед!

Все? Я застонала. Хочется поцеловать эту распрекрасную последнюю ступеньку. Где мы? Подвал? Сейчас узнаем. Горан открыл очередную дверь. Коридор. Пусто. Мы быстро дошли до поворота и…

– Интересно, их трое или считать за одного? – пробормотала мисс Хайд, глядя на пса–цербера. Все три его головы скалили зубы, а из глоток вырывалось предостерегающее рычание, похожее на ворчание грома подползающей грозы.

– Ударь Крыльями и бежим туда. – Прошептал Драган, кивнув на ответвление коридора.

– Давай попробуем. – Ежась под взглядом шестерых глаз, прошептала я.

Свет полыхнул, заставив цербера заскулить. Но едва мы добежали до очередной лестницы, как сзади послышался лай на три голоса. С одной стороны, я порадовалась, что не убила зверюгу, с другой перспектива быть покусанной тремя челюстями оптимизма не добавляла.

– Сюда! – я провела рукой и открыла дверь. Мы едва успели нырнуть внутрь и захлопнуть ее. Через пару секунд цербер, захлебываясь рычанием, начал царапать ее. Хлипкое препятствие между нами и разъяренным животным вздрагивало и жалобно скрипело. Долго оно не выдержит.

– Кажется, это башня. – Сказал Горан, посмотрев вверх.

– Все равно без вариантов. – Мисс Хайд пожала плечами и начала уставшими ногами пересчитывать ступеньки.