— Благодарю за уделённое время, — разочарованно произнёс мужчина и потерял ко мне всякий интерес. Судя по всему, он не смог найти ничего, за что можно было бы зацепиться.

Немного позже, когда поехал на выходные домой, я встретился с Фоминым, который теперь был свободной птицей.

— Как бабуля пережила новость о твоём отчислении? — спросил я у Рыжего, когда мы встретились в городе.

— Я пока ничего не говорил. Не надо ей волноваться лишний раз. Сказал, что приехал в увольнительную на пару дней.

— А что через неделю скажешь? Не будешь же ты вечно в увольнении.

— Так я через пару дней уезжаю. Работу себе нашёл на сезон — фотографом на море. Не занятие, а мечта.

— А ты фотографировать умеешь?

— Есть опыт, — уклончиво ответил Макс. — Зато представь: ходишь по пляжу, фотографируешь девчонок, если им нравится, продаешь фотки и получаешь денежку. Нет — всё равно ты в выигрыше.

— Ты как всегда только о девчонках и думаешь, — ухмыльнулся я.

— Я о чём ещё думать? Не о космосе ведь! — заржал парень, подкалывая меня.

— Оно того стоило, Макс? — спросил я совершенно серьёзно.

— Да знаешь, Мих, тяжело сказать, — ответил Рыжий и сплюнул себе под ноги. — С одной стороны, стать пилотом было моей мечтой. С другой стороны, это было делом принципа. Я поступил так, как не хватило бы смелости поступить никому другому. А ещё стал легендой в Ворошиловграде.

Фомин рассмеялся, но в его глазах я не увидел радости.

— А потом куда? Уже решил чем будешь заниматься?

— Попробую в авиационное училище штурманов пойти. Вон, в Ейск, к примеру. Сменю обстановку, попробую начать с чистого листа. Тем более, там полгода курорт и куча приезжих девчонок. Лето, море, жара, курортные романы… Сам понимаешь. Не жизнь, а сказка.

— Макс, ты неисправим! — ухмыльнулся я и покачал головой. — Думаешь, тебя допустят до полётов после того, что ты сотворил?

— А что я сотворил, Мих? Аварии не произошло, ущерба никому не причинил. То, что кто-то там испугался, это их проблемы. По факту ничего страшного не произошло. Максимум, в чём меня можно обвинить, так это создание опасной ситуации и риска для жизни граждан.

— Макс, ты разве не понял? Тебя выперли из академии с волчьим билетом. Запись в личном деле имеется, и поступить куда-то будет непросто.

— Ты же меня знаешь! — ухмыльнулся Фомин. — Если я что-то надумал, то непременно этого добьюсь.

С новой недели учёба в академии началась с новой силой. Приближалась сессия, а потому приходилось собрать силы в кулак, чтобы успеть сдать всё к сроку. Полёты пока были под запретом, поэтому у нас было чуть больше свободного времени на подготовку.

Зато Заваров использовал освободившееся время по полной программе и на зачётной неделе провёл сдачу нормативов по легко-водолазной подготовке.

Получить зачёт оказалось не так-то просто, как казалось на первый взгляд. Заваров устроил из этого события настоящее представление, а нам приходилось отдуваться. И главное — особо не поспоришь, потому как чёткого определения что должно входить в лёгко-водолазную подготовку для нашей академии, а что используется для военных или сил специального назначения, нет. Этим и пользовался наш инструктор, выбирая задания из своего опыта.

Для прохождения зачёта мы разбились на тройки. Если кому не хватало напарника, приглашали студентов из второй группы. Сама оценки легко-водолазной подготовки проводилась в несколько этапов. Первым этапом стало надевание водолазного снаряжения.

Казалось бы, что тут сложного? Напялил на себя костюм, надел оборудование, и готов. Но на деле у этой подготовки была масса тонкостей и хитростей, которые мы изучали почти два месяца. Самое главное, что нужно понимать — кислородный ребризер ИДА-71, подходящий как для спасательных работ, так и для выполнения боевых задач под водой, ни за что не надеть самому. Именно поэтому в каждой команде было три человека: два участника команды надевали костюм на третьем.

Беда была в том, что побыть куклой для надевания костюма предстояло каждому из членов команды, а это значит, что процедура должна быть пройдена, как минимум, трижды. В первый раз куклой для надевания предстояло быть мне.

— Начали! — скомандовал Заваров, а я в первую же секунду подтянулся на плечах Ткачёва и Золотова, и обеими ногами запрыгнул в костюм. Парни засуетились, помогая мне надеть костюм до конца, а Леонид Викторович использовал это время для небольшой лекции, потому как за нашим прохождением испытания наблюдали две группы.

— Быстрое надевание костюма крайне важно в условиях, когда требуется срочная помощь водолаза. Например, если в реку перевернулся автобус, и внутри до сих пор остаются живые люди. Нужно как можно скорее надеть скафандр и попытаться спасти хоть кого-то. Я уже не говорю о военных целях, когда скорость имеет немаловажный, а иногда даже решающий фактор!

— А в чём это проявляется? — не выдержал кто-то из ребят со второй группы.

— Знать нужно, Королёв! — пожурил студента Леонид Викторович.

— Так ведь мы учились использовать технику, а не выяснять чем она хороша для военных.

— ИДА-71 является аппаратом, лишённым демаскирующих признаков: он не выделяет воздушных пузырей, которые враг может заметить на поверхности воды и не производит лишних звуков. Например, звуков редуктора.

Ребята справились с нормативом, а затем мы поменялись местами. Всё, что я понял из этапа надевания костюма — позирую я хуже, чем работаю над подготовкой водолаза. Каждый раз Заваров со своими подручными проверял качество подготовки водолаза и пытался отыскать изъяны в герметичности костюма. Я испытал непередаваемое удовольствие, когда он беспомощно развёл руками, показывая, что в нашем случае не к чему прицепиться.

На втором этапе нам пришлось пройти эстафету, облачёнными в костюмы.

— На задержке дыхания погружаетесь под воду и плывёте под водой до конца бассейна! — скомандовал Леонид Викторович. — Затем выныриваете и проплываете по воде. При этом вы не должны задевать препятствия, которые расставили на вашем пути мои ассистенты. Этим упражнением мы проверяем не только ваше умение плавать под водой и на воде, но также аккуратность и умение работать под водой. В будущем это вам не раз пригодится.

На этом наши мучения не закончились. Пришлось потренироваться в преодолении всей длины бассейна под водой на одном аппарате. Суть испытания заключалась в том, чтобы один участник дыхал с помощью аппарата первую часть пути, затем на краю бассейна мы поменялись, и обратно с аппаратом плыл уже второй.

— Буксировка контейнера под водой! — заявил Заваров, когда мы справились с очередным этапом испытаний.

Я потерял счёт количеству раз, которые я за этот день проплыл через весь бассейн из одного его конца в другой. К концу испытаний я был выжат, как лимон.

— Поздравляю с получением квалификации водолаза! — произнёс Заваров, пожимая мне руку. — Серификат со своей фамилией заберёшь завтра на кафедре. Мы их все подпишем и зарегистрируем.

Я только кивнул и поспешил убраться подальше, чтобы присесть и спокойно отдышаться. Мне уже совершенно не нравилась перспектива работать над модулями МКС под водой, а ведь всё это ждёт нас впереди.

— Вот вы где! А я вас по всей академии ищу! — воскликнул Быков, который тяжело дышал и был весь красный от напряжения. — Там приехал человек из «Роскосмоса» с лекцией, нужно срочно собирать аудиторию, а студентов, как назло, никого нет. Давайте быстренько в двести вторую! Через пятнадцать минут начало лекции.

— А по какому поводу хоть собрание? — поинтересовался я. Может, будут принимать заявки от желающих поступать в Центр подготовки космонавтов? Тогда рановато, ведь мы только третий курс. Были бы выпускниками, я бы ещё понял. Тогда какой смысл в лекции?

— Узнаете, раньше времени не буду рассказывать, — отмахнулся Быков. — Чудинов, Золотов, собирайте всех и бегом в главный корпус, а мне некогда. Сейчас ещё пробегусь на стадион, может, там ещё первый курс подхвачу, пока они по домам не разбрелись.