Только в рамках нашей олимпиады студенческие команды придумали улучшение для скафандров, позволяющее космонавтам лучше двигаться. Кроме того, ребята придумали способ как защититься от радиации в космосе.

Проекты в номинации искусственного интеллекта предлагали потрясающие идеи для удалённой работы. Запихнуть бы такие возможности в наш «Аргус», мы бы получили универсального помощника. С таким можно смело и на околоземную орбиту, и на Марс лететь.

Наконец, настала наша очередь выходить на сцену за заслуженной наградой. На экране появилась презентация разработанного нашей командой проекта, а вручать приз вышел лично министр образования.

— Ребята, сложно было работать? — поинтересовался ведущий церемонии.

— Да, были определённые сложности, но мы справились, — признался Артём.

— Кто помогал, вдохновлял?

Я взял слово, потому как идея речи сформировалась давно, ещё в Ворошиловграде, и друзья меня поддержали:

— Мы хотим поблагодарить человека, без которого мы бы никогда не добились победы в этой олимпиаде. Это Валерий Дмитриевич Быков. Человек, который догадался собрать команду в том составе, в котором вы видите её сейчас, подал идею для участия и поддерживал нас на пути к победе. Можно сказать, это пятый член нашей команды, который всегда был рядом и помогал советом или делом. Думаю, будет справедливо, если он поднимется на эту сцену и разделит радость от нашей победы.

— Давайте поддержим научного руководителя ребят, истинного наставника, который всегда готов прийти на помощь! — произнёс ведущий и пригласил на сцену нашего куратора.

Под аплодисменты улыбающийся Быков поднялся на сцену.

— Спасибо за тёплые слова и признание, — произнёс куратор, когда ему вручили микрофон. — Прежде всего, стоит поблагодарить Ворошиловградскую академию за возможности вести не только образовательную, но и научную деятельность. Ну, и сами ребята большие молодцы. Заслужили!

В качестве призов мы получили грамоты, бесплатную путёвку для стажировки в «Ростехе», которая для меня стала уже второй и массу справочного материала. Также, каждый член команды получил приглашение в Союз молодых учёных России. Эта организация объядиняет всех молодых людей, кто интересуется наукой, делает свой вклад и позволяет работать в единой системе.

— Зачем только нам этот «Ростех», — задумчиво произнёс Артём, покрутив в руках серификат с приглашением.

— Как это? — удивился Быков. — А вы думаете, вас сразу примут в Центр подготовки? Держите карман шире! Мало того, что там большая конкуренция, так ещё и подготовка специальная требуется.

— Расскажите! — попросил я, нащупав интересную тему. А ну, если я что-то упустил, и после академии окажется, что меня не возьмут в космонавты?

— Чтобы взяли в космонавты, нужен профессиональный опыт — не менее трёх лет работы в отрасли космонавтики. Кроме того, потребуются профессиональные навыки. Лётную подготовку в стенах академии мы вам обеспечим, но не будет лишней лёгководолазная подготовка и практика прыжков с парашютом. Я бы сказал, что это не бонус, а обязательный минимум, который должен быть у претендента в профессиональные космонавты, поэтому зря вы так холодно относитесь к перспективе работы в «Ростехе». Можно сказать, это стартовая ступень вашей ракеты, без которой не оторваться от земли.

А вот и то, чего я опасался. Будь ты хоть сто раз лучшим студентом на потоке, выигрывай олимпиады и покоряй небо, в космонавты тебе не пробиться без опыта и дополнительных навыков. И если с навыками вопрос решаемый, то опыт… В общем, покорение космоса придётся отложить ещё на несколько лет.

— Валерий Дмитриевич, а где у нас можно летом попрыгать с парашютом и научиться нырять?

— Ну, понырять получится разве что в прорубь на Крещение. В академии пока не реализовали такую подготовку, хоть и планируется в будущем подготовить материально-техническую базу и найти специалистов. А вот с парашютами всё куда проще. Поговори с Рязанцевым, у него есть связи с ребятами из аэроклуба, которые занимаются прыжками с парашютом в частном порядке. Можно попрыгать с инструктором, а можно пройти профессиональную подготовку.

Для себя я твёрдо решил, что должен пройти этот этап до окончания академии, а потому уже в понедельник отправился искать Рязанцева и договариваться о прыжках с парашютом. Может, за предстоящие летние каникулы удастся решить этот вопрос? Толку затягивать решение этой проблемы? Неизвестно что будет в следующем году, а на пятом курсе диплом, там уже не до прыжков с парашютом.

— Классическая программа длится полгода минимум, — разочаровал меня Лев Михайлович. — Прыгать будешь с круглым парашютом и увеличивать высоту от восьмисот метров до двух километров. Вот как с полсотни раз прыгнешь, тогда можно говорить о том, чтобы переходить на парашют «крыло».

— Там тоже пятьдесят раз прыгать?

— Нет, достаточно будет десять-пятнадцать прыжков.

— И это растянется на полгода?

— Это уж смотря как часто ты будешь посещать аэроклуб и прыгать. Но если собрался заниматься этим сейчас, будь готов к тому, что займёт всё лето, ещё и на следующее останется.

— Дела…

— Нет, конечно, можешь пройти подготовку по системе АФФ, а если по-нашему — ускоренного свободного падения, — оживился Рязанцев, будто вспомнил запасной вариант. — Дня за четыре управишься.

— Это как? Там почти год прыгать, а тут всего четыре дня?

— Прыгаешь с инструкторами и сразу с «крылом». Там тебе и позу помогут правильную занять, и проследят, чтобы ты не свалился в беспорядочное падение, и не забыл парашют раскрыть. Восемь уровней мастерства, минимум восемь прыжков, но рассчитывай сразу на двенадцать, потому как если будешь косячить, придётся перепрыгивать.

— И толку от такой подготовки?

— А толк в том, что ты не будешь болтаться в воздухе, как птичий помёт, а сразу сделаешь всё правильно. От этого и скорость обучения меняется.

— И в какую сумму обойдётся такое удовольствие? — поинтересовался я, желая прикинуть собственные возможности.

— Минимум восемьдесят тысяч, но если учесть затраты на справку, обследование, инструктаж, повторные прыжки и аренду экипировки, я бы готовил не меньше сотни.

Ничего себе! Это ведь президентская стипендия за пять месяцев! Конечно, я особо старался не транжирить деньги, и две трети суммы у меня уже есть, но всё равно такие затраты больно ударят по карману. А ведь я ещё планировал вытащить Дашу летом на море, а там двадцатью тысячами не обойдёшься. Ладно, отложу идею с обучением на конец лета. Тем более что в июне всё равно предстоит почти месяц производственной практики.

— Да, и ещё один небольшой совет тебе дам: проработай навыки свободного падения в аэродинамической трубе, прежде чем учиться прыгать с парашютом. Не сам, а с инструктором, который поможет правильно занять позицию и укажет на ошибки. Даже двадцать минут тебе хватит, чтобы в спокойной обстановке получить нужные навыки.

— Это ведь ещё деньги.

— Да, за двадцать минут в аэротрубе ты отдашь шесть-семь тысяч, но оно того стоит. Меньше придётся перепрыгивать с парашютом и пытаться научиться с нуля в экстремальной ситуации, когда нужно действовать быстро.

— Спасибо, Лев Михайлович. Принял к сведению!

Мы планировали отпраздновать нашу победу всей компанией, но началась зачётная неделя, а там уже и сессия на носу, поэтому пришлось отложить это приятное дело до более подходящего момента.

Сессия не вызвала проблем. За первую неделю сессии я закрыл все зачёты и сдал три экзамена из четырёх. Результаты вызывали удовлетворение. Я получил традиционные три четвёрки и сохранил первую строчку в рейтинге, хоть и позволил Оле приблизиться на целых семь баллов. Оставалась только сдать экзамен по деталям машин, который читал Капустин.

Экзамен проходил среди недели, а заходить приходилось по пять человек в алфавитном порядке. Когда выходит один студент, заходит следующий. При таком раскладе в аудитории всегда находится тот, кто отвечает и четыре человека, которые готовятся. Учитывая мою фамилию, мне выпало входить предпоследним, перед Шевцовой.