— Прошу заметить, что у нападавших при себе было оружие, которое они использовали в ходе конфликта! — обратил я внимание полицейских. С виду они явно не горели желанием фиксировать инцидент и вообще планировали спустить ситуацию на тормозах, но в последний момент старший принял иное решение:

— Семёныч, давай их в участок! Там разберёмся что к чему.

Уже в участке нас допросили по одному. Во время беседы я вёл себя совершенно спокойно и отмечал, что нападавшими двигало чувство мести, а само нападение было инициировано со стороны. Не забыл и ещё раз напомнить об оружии. Следователь записывал мои показания с неохотой, но отказать не мог.

— Всё это нужно подтвердить, только где взять свидетелей? Ваши подруги заинтересованные лица, их показания не годятся. Нужны записи с камер наблюдения, а их нет. Слепая зона!

Ага, как же! Прямо перед выходом из дворца культуры у вас слепая зона? Что же тогда снимают ваши камеры, и есть ли они вообще? Ещё скажите, что вы по горячим следам запросили записи и уже успели изучить их. Разумеется, никто этого не делал, и тут возникает вопрос — почему? Я больше поверю, что эти записи скоро исчезнут, и тогда следствие зайдёт в тупик.

В коридоре послышался шум, а вскоре я смог различить торопливые шаги, которые приближались к кабинету и знакомый голос:

— Я имею право присутствовать при допросе, потому как это студент моей группы, и я за него отвечаю!

В кабинет ввалился Быков, а следом за ним спокойно вошёл мужчина в строгом деловом костюме, которого я раньше никогда не видел.

— Михаил, с этого момента твои права будет защищать официальный адвокат нашей академии. Он будет присутствовать при допросе, а затем ты расскажешь ему все случившееся ещё раз.

— Вы лучше замолвите словечко за дружка Меркулова с факультета Рязанцева. Вот ему помощь адвоката точно понадобится, потому как он участвовал в вооружённом нападении на нас с Русланом, и у него могут быть серьёзные неприятности.

— Час от часу не легче! — выругался куратор и плюхнулся на стул.

В участке мы проторчали ещё часа два. Честно говоря, я вообще думал, что нас оставят до утра, но нас отпустили около одиннадцати вечера под личную ответственность куратора.

— А что нам хоть предъявляют? — поинтересовался Руслан, когда мы вышли из участка.

— Хулиганство, нанесение лёгких телесных повреждений и причинение вреда здоровью. В общем, ничего хорошего! Нам бы уйти от хулиганства до мелкого хулиганства, чтобы отделаться административным штрафом, но это уже работа нашего адвоката. Кроме того, многое зависит от того, будете ли вы писать заявление, и станут ли делать это ваши противники.

— Ну, эти точно вряд ли решатся, — пробормотал Руслан. — Им бы вообще помалкивать, потому как они зачинщики.

— А ты вот докажи теперь! — осадил его Быков. — Народу было вокруг полно, а свидетелей нет, записей с камер тоже не нашли. Как доказать вашу невиновность?

Быков поехал с нами до академии и проследил за тем, что мы вернёмся в общежитие. Посовещавшись, мы решили, что Павлова сегодня будет ночевать у меня. Лёха всё равно уже уехал домой, так что одна кровать в нашей комнате пустовала.

Конечно же, коменда была не в восторге от такого положения и даже просьба Быкова на неё не особо повлияла.

— Валерий Дмитриевич, существует чёткий пропускной режим для общежития, и я не могу его нарушать. Да, я знаю, что в некоторых общежитиях вузов можно договориться с комендантом, но смею вас заверить, что это не тот случай. Я дорожу своей работой и выполняю её безупречно. В мою смену такого не произойдёт.

— Простите, но мы не собирались нарушать пропускной режим, — вмешалась Даша. — Мы рассчитывали спокойно вернуться в общежитие к условленному сроку, но на нас напали какие-то психи с молотками в руках. Это какой-то кошмар! Потом полиция, разбирательства, допрос в участке… Мы просто ужасно замёрзли, устали и хотим отдохнуть.

Когда мы пересказали свою историю, Светлана Ивановна сжалилась и сделала для нас исключение. Я всегда знал, что она замечательная женщина!

— Но в комнату к парням я тебя всё равно не пущу.

— Даш, давай ко мне! — предложила Федосеева. — У меня комната на третьем этаже. Все мои соседки разъехались по домам, поэтому никто не помешает.

На том и порешили. Быков умчался домой, а мы поднялись к себе. Добравшись до своей комнаты, я переоделся в удобную домашнюю одежду. Костюм оказался испорчен. Да, можно немного подшить и выстирать, но на торжественную церемонию его уже вряд ли наденешь. Я аккуратно повесил его в шкаф, решив забрать его домой и сдать в химчистку.

Несмотря на смертельную усталость, мне не спалось. Мы с Русланом выбрались на кухню и переписывались с девчонками. Через пару минут из спальни выполз сонный Артём и с удивлением узнал о случившемся после их с Кирой отъезда.

— Да, ситуация паршивая! Вам бы записи с камер получить, но что-то мне подсказывает, что эти парни хоть и полные придурки, но перестраховались и не полезли в драку прямо под наблюдением.

— Вот нам бы и узнать есть запись или нет, — ответил я. — Может, с парковки что-то засняли, или с противоположной стороны улицы…

— Есть у меня человечек, работает в администрации… — начал Абрамов.

— Чего ж ты раньше не говорил? — вмиг просиял Руслан. — Дело в шляпе, господа хорошие!

— Ну, у неё не то, чтобы высокая должность… — замялся парень.

— Давай детали! Кто? Начальник какого-нибудь департамента? Управления?

— Ну, в общем, она специалист второй категории. Там что-то с коммунальными службами связано, вот Оксанка там и занимается на подхвате.

Если смотреть внимательно на лицо Руслана, было заметно как улыбка медленно сползает с его лица, а глаза теряют торжественный блеск.

— Приехали! — едва слышно произнёс Силантьев, опустил голову и обхватил её руками. — Да, не так я планировал отпраздновать Новый год!

— Ладно, не дрейфь! Завтра попробую решить вопрос, — успокоил парень. — Давайте спать. Всё равно сидением на кухне вы делу не поможете.

Минут через пятнадцать к нам в комнату ввалилась Светлана Ивановна и проверила, что всё в порядке. А ещё через пару минут ко мне спустилась Даша.

— Там коменда заходила, — произнесла девушка. — Мы с Олей решили, что она спать пойдёт. В общем, я захотела сегодня поспать у тебя. Конечно, если ты не возражаешь.

— Разумеется, нет. Проходи!

Я слышал, что через пару минут, после того, как за нами закрылась дверь, пришёл кто-то ещё. Но гостей встречал уже Руслан. Не удивлюсь, если это была Оля. Даша устроилась в моих объятиях и моментально уснула, а я продержался ещё минуты две и задремал под мерное спокойное дыхание девушки.

До последнего боялся, что Светлане Ивановне захочется ещё раз проверить нас, но коменда не лютовала, а утром нас разбудила не она, а Быков. Валерий Дмитриевич явился в общежитие собственной персоной.

— В общем, нашли мы записи! — произнёс куратор и запустил на смартфоне ролик, явно снятый на регистратор автомобиля. Конечно, было слышно только комментарии водителя и его пассажира в стиле: «Ничего себе они дают!» и «У них что, оружие?». Но даже записи было достаточно, чтобы доказать нашу невиновность.

— Наш адвокат сказал, что с вас будут сняты все обвинения, — произнёс куратор. — Можете спокойно ехать домой и праздновать Новый год. Только во время праздника я попрошу вас вести себя максимально осторожно. Дайте и мне отдохнуть, а то я с вами поседею раньше времени и уйду на пенсию.

— А что будет с теми? — поинтересовался Руслан, когда Быков убрал телефон и собирался уходить.

— С ними разберутся. Косовский, который учится в нашей академии, будет отчислен. Академия не хочет связываться с такими личностями и готовить офицеров, которые проходят по таким серьёзным статьям. Думаю, для них всё закончится крупным штрафом или исправительными работами, но это уже не ваша забота. С наступающим!

Только когда куратор вышел из комнаты, Рус подскочил и заорал что есть сил: «Победа!»