Экзамен по физподготовке нам поставили на субботу, поэтому результаты экзамена по русскому языку, скорее всего я узнаю уже в академии. И всё равно, проснувшись утром на автобус, первым делом я направился к компьютеру и обновил сайт академии — тишина. Неужели объявят результаты только в понедельник? Я ведь с ума сойду от волнения! И как они допускают нас сдавать этот экзамен, если ещё неизвестны результаты? Может, кто-то не набрал минимальный балл? С этим вопросом я подошёл к Быкову, который даже в выходной день крутился в академии, как белка в колесе.

— Всё узнаете, не волнуйтесь! — заверил Быков. — Мы проверили первые теоретические блоки и убедились, что все получили хотя бы минимальный балл. Остальное пока проверяем. Возможно, сегодня после финального экзамена будут известны результаты.

Экзамен по физической подготовке должен был стать формальностью, но я волновался перед ним больше, чем перед остальными испытаниями. В памяти ещё не развеялся тот случай на турнике, когда у меня всё поплыло перед глазами. Нет, в этот раз нельзя допустить такую оплошность. До поступления остался последний шаг, и я должен справиться!

Сегодня с нами работал не один преподаватель, а целая комиссия из трёх человек.

— Слушайте внимательно! — мужчина сделал шаг вперёд, сложил руки за спиной и проревел так, что уши заложило. — Меня зовут Лев Михайлович Рязанцев, и я коллегами буду принимать у вас экзамен по трём нормативам: подтягивание на перекладине, бег на сто метров и бег на три километра. За каждый норматив вы будете получать баллы. Минимальное количество баллов для прохождения испытания составляет тридцать баллов за каждый предмет и сто двадцать баллов в сумме.

— Так ведь у нас всего три предмета, откуда сто двадцать? — возмутился Меркулов.

— Я ещё не давал разрешения задавать вопросы! — рявкнул Рязанцев. — Но в качестве исключения, отвечу. Нельзя пройти в академию, сдав все три норматива на минимальные баллы. Вы должны показать хороший результат хоть в чём-то, иначе нам с вами не по пути. Если вы работали над собой раньше, вам эта задача по силам.

Первым испытанием были подтягивания. Перед нами были три турника, возле каждого из которых стоял представитель комиссии и следил за выполнением норматива. Мы разбились на колонны и подходили по одному.

Макс Фомин стоял впереди меня, я видел копну его рыжих волос в начале колонны. Он должен был приступать к выполнению задания одним из первых. Рыжий повис на перекладине, а я начал мысленно считать каждое выполнение.

— Двенадцать! — заключил Рязанцев, когда Макс спрыгнул на землю. Последнюю попытку ему не засчитали, потому как Фомин не дотянул подбородок выше перекладины.

— Это сколько баллов? — поинтересовался парень.

— Тридцать шесть!

Вся колонна дружно выдохнула, потому как мы рассчитывали на высокую оценку. Когда подошла моя очередь, я мысленно собрался и подпрыгнул. Снова первые шесть подходов дались мне без особого труда, а затем каждое подтягивание давалось всё тяжелее. Только бы не шлёпнуться в обморок посреди экзамена!

Руки предательски дрожали. Тринадцать… четырнадцать… Стоп! Я почувствовал, как накатывает слабость и решил не продолжать дальше.

— Четырнадцать! — без особого энтузиазма в голосе произнёс Рязанцев, а затем скомандовал: — Следующий!

Первый норматив принёс мне сорок два балла. Слабенький результат, которым я пока был недоволен. Мне нужно не просто пройти отбор, а стать одним из лучших! Только тогда я смогу претендовать на любую специальность, которую захочу, и получу шанс попасть на бюджет.

Отошёл в сторону и понаблюдал за тем, как с заданием справляются остальные. Было много ребят, которые смогли подтянуться и по два десятка раз, а некоторые и по три. Хотя, некоторые набивали минимум и сдавались. Тот же Меркулов подтянулся десять раз и спрыгнул с турника.

— Не вижу смысла стараться сверх меры! — бросил он, словно невзначай, но я прекрасно видел, что парень был на пределе возможностей и от силы подтянулся бы ещё раза два, не больше. А так Константин решил сохранить лицо.

Следующим испытанием стал бег на сто метров. Мы стартовали по двое, потому как желающих сдать экзамен было много. На стартовую линию стали вдвоём с Максом.

— Готов? — ухмыльнулся рыжий. — Спорим, я тебя уделаю?

— Обязательно спорить? Можно взять и сделать, — спокойно ответил я, не ведясь на провокации.

— Конечно, обязательно! — отозвался мой однокашник. — Тогда это будет соревнование, ещё больше стимула выжать из себя лучший результат. Сейчас это нужно как никогда.

Да, в чём-то Макс был прав — мы неважно выступили на подтягиваниях, и нам позарез нужен был хороший результат. Вот только я не видел смысла в затее Фомина. Хотя, почему бы не попробовать?

— По рукам! — ответил я буквально за мгновение до свистка.

Мы с Максом одновременно сорвались с места и помчались к финишной прямой. Я прекрасно понимал, что эта дистанция очень маленькая, и я просто не успею выдохнуться, а потому разгонялся насколько мог. А вот Макс даже на такой короткой дистанции не смог тягаться со мной. Если в начале он вырвался вперёд почти на метр, то через пару секунд безнадёжно отстал.

— Тринадцать тридцать две, тринадцать пятьдесят шесть! — крикнул помощник Рязанцева, стоявший рядом с секундомером в руках.

А вот это должен быть хороший результат! Наш показатель с трудом смогли перебить лишь две дюжины ребят. Причём, Меркулов оказался в их числе. Он с гордостью осмотрелся вокруг, когда пробежал дистанцию за тринадцать целых и одиннадцать сотых секунды, и крикнул:

— Попробуйте повторить, щеглы!

На самом деле, это был далеко не олимпийский результат, и трое ребят не только повторили его время, но и превзошли.

Заключительной частью нашего экзамена стал бег на три километра. Мы уже порядком устали после первых двух испытаний, но сейчас был тот самый момент, когда нужно собрать силы в кулак и показать наилучший результат.

Бежать с Максом я отказался, потому как на длинной дистанции каждый подстраивается под себя. Разумеется, если не стоит вопрос выживания отряда, а ситуация подходит под наш случай. После второго экзамена у меня накопился небольшой запас по баллам, который позволял чувствовать себя спокойнее.

— Простите, а какой результат нужно показать, чтобы сдать экзамен? — поинтересовался я у Рязанцева.

— Оптимальный результат — десять минут и двадцать секунд. Всё, что меньше — уже плохо, — заявил Лев Михайлович. — А называть минимальный результат я вам не скажу, иначе расслабитесь.

Ничего себе! Это не оптимальный результат, а результат кандидата в мастера спорта! За десять минут я вряд ли пробегу, но в норматив уложиться должен. Я начал неспешно и бежал в одном темпе. Нужно рассчитывать силы, чтобы дотянуть до конца дистанции, но при этом показать хорошее время.

Требовалось пробежать десять кругов по триста метров каждый. На каждый круг я ставил определённую задачу и старался её выполнить. Так, на первые круги я ставил не больше минуты и двадцати секунд, а ближе к концу нужно немного ускоряться.

Несколько ребят рванули вперёд с самого старта, чтобы поскорее оторваться от общей группы, но быстро выдохлись и смешались с остальными. Теперь им будет тяжело восстановить силы и уложиться в норму, но кто их гнал вперёд? Это их осознанный выбор.

— Минута двенадцать! — прокричал нам вслед Лев Михайлович, когда мы преодолели первый круг.

Пока мышцы приятно тянуло, появилась небольшая одышка, но бежать это не мешало. Зато уже к пятому кругу дыхание сбилось, как бы я не старался его удержать. Неужели придётся замедлиться?

— Шевелитесь, вяленые бычки в томате! — рявкнул Рязанцев, когда мы пробегали мимо него. — Шесть сорок две!

Так ведь это отличный результат! Думаю, никто из нас не пытается сдать норматив на мастера спорта. Хотя, были и те, кто пытался.

Макс быстро сдался и бежал в середине очереди. Меркулов вообще отставал от меня на целый круг. Когда я пытался обойти его справа, он выставил ногу в сторону, но я-то от его подножки ушёл, а вот он зацепился за поверхность дорожки и растянулся как балерина.