— Да ну, бросьте! Что мне там делать? Это ж ведь двадцать первый век! А если быть точным, две тысячи двадцать пятый год! Там, небось, на Марсе яблони цветут и корабли туда летают по расписанию. Знаете, как электрички, дачников возят на их участки, так и в третьем тысячелетии люди на Марс ездят, чтобы к природе быть поближе и свежим воздухом подышать. Куда мне там со своими знаниями?

— Не хочу вас расстраивать, но реальность окажется куда менее радужной. Нет ни кораблей до Марса, да и до яблонь дело так и не дошло. Пока не дошло! А вы решайте. Если готовы вернуться назад и попытаться исправить ситуацию, я могу вам это устроить.

— Позвольте полюбопытствовать, милейший, а вам с этого какой интерес?

— Постараюсь вам объяснить. Видите ли, тот человек, который получил чертежи из рук Меркулова, он… из противоборствующей конторы. И мне очень нужно, чтобы вы помогли выровнять баланс сил в этом мире.

— Так, а на кой-ляд я вам сгожусь? Это ведь сколько времени пройдет? Пока рождение, потом пелёнки-распашонки, научиться ходить… И потом, как я буду помнить свою задачу? Я даже буквы забуду.

Идея незнакомца все больше начинала напоминать мне какой-то нелепый розыгрыш.

— А вот это предоставьте мне. Нет у нас времени, чтобы проходить заново весь цикл. Вы продолжите это воплощение в теле восемнадцатилетнего парня, который только недавно закончил школу, получил аттестат и готовится к поступлению в высшее учебное заведение. У меня уже есть подходящая кандидатура.

— А что с парнем? Он умрёт из-за меня?

— Нет, глупости! Парень умер буквально несколько секунд назад. Душа уже покинула тело, так что можете занимать свободное место. Думайте быстрее, пока организм еще можно вывести из состояния клинической смерти. У вас всего пара минут, иначе придётся искать нового реципиента. Ну?

— Вот так просто? Я соглашаюсь, и начинаю новую жизнь в новом теле?

— Просто? Вы думаете, оказаться в чужом теле это просто? Совсем нет. Особенно, если учесть, что парню восемнадцать. Вы помните себя в его возрасте? А можете представить что изменилось за полвека? Нет, Николай Александрович, просто точно не будет. Но я уверен, что вы справитесь.

— Что от меня требуется?

— Вы ведь хотели наказать Меркулова, а заодно и тех, кто послал человека в плаще, который сбил вас и отправил на тот свет? Дерзайте! Но только не вздумайте делать это варварскими методами. Нужно действовать изящнее! Мне не нужно, чтобы вы загремели в тюрьму за убийство, тогда вся затея рассыпется в прах. Подумайте о цели. Можно ведь спутать их планы и утереть им нос, добившись того, чего так хочется нашим общим врагам. В первую очередь меня интересует космос, а именно, полёт на Марс. Мы должны быть там первыми, понимаете?

Да уж, интересная ситуация получается! Алиса Селезнёва была гостьей из будущего, а я, выходит, гость из прошлого?

— Не будем тратить время. Я согласен!

— Мишка! Мишка!

Кто-то трясет меня за плечо, но я не в силах открыть глаза. Только сейчас понимаю как же было хорошо, когда ничего не болело. А сейчас? Солнце палит, лёгкие, кажется, вот-вот разорвутся, голова вообще как ватная. А еще эта слабость… У меня просто нет сил раскрыть глаза. Что тут вообще происходит?

На грудную клетку начинают давить резкими и сильными движениями. Эй, кто там, полегче! Вы так и рёбра поломаете! Не успею жизнь заново начать, как на тот свет отправят. Невольно закашлялся и почувствовал, как изо рта хлынула вода. А это ещё что за упражнение? Во рту привкус тины… Я тонул?

— Переверните же его на бок, идиоты! — кричит кто-то, и я чувствую, как две пары рук подхватывают меня и переворачивают. Продолжаю кашлять, вода вытекает изо рта, а я жадно ловлю воздух и едва не рыдаю от боли в лёгких.

— Живой! — слышу торжествующий крик. — Ну, ты и напугал нас, Миха!

— Всё, парни, с этим психом больше никаких споров! — пригрозил кто-то. — Это ж надо с самой вершины Скалок в воду сигануть, еще и без подготовки! Там метров пятнадцать было. Хорошо, хоть не разбился.

Остаток дня до отправления автобуса в город я пролежал в тени и приходил в себя, а заодно знакомился с новым телом и жизнью. Теперь я — Михаил Чудинов, выпускник седьмой школы города Коммунарска, который мечтает стать лётчиком-испытателем.

Хотя, нет, Миша, теперь у тебя немного иная мечта. Бери планку выше! Сначала нужно поступить влётную академию и выучиться на лётчика, а потом с такими данными можно пробовать себя в роли космонавта. Всё равно, покорение Марса — дело небыстрое, и в ближайшие годы корабль точно не построят.

Конечно, можно было бы попробовать потягаться с местными инженерами и помочь в строительстве, но, во-первых, светлые головы и без меня обойдутся, а во-вторых — я не особо понимаю как пробиться в число конструкторов и повлиять на разработку. Все-таки полвека прошло, и многое нужно наверстывать, а времени никто не дал.

Решено! Пока не буду рушить мечту парня, и отправлюсь в Ворошиловград поступать на лётчика. Как раз в этом году на базе закрытого в далёком девяносто седьмом году авиационного училища открывают новую современную воздушно-космическую академию. Это мой шанс, который нельзя упустить!

— Мих, ну ты как? — надо мной склонился рыжеволосый парень с веснушками на лице, Макс Фомин. — Летать не научился?

— Спасибо, Макс, уже лучше. Только голова кругом. А что хоть со мной произошло?

— А ты не помнишь? — сощурился Макс. — Сиганул в воду с пятнадцати метров. С самой высокой точки на Скалках. Вошёл в воду не очень хорошо, и чуть не утонул. Это мы с Андрюхой тебя вытащили.

— Спасибо!

— Ага, спасибо! — отозвался парень. — Андрюхе надо бы леща дать, чтобы не подначивал тебя прыгать лишний раз. Это ведь после его слов начался ваш спор.

— Да ладно, что уже руками махать после драки? Впредь буду умнее и не поведусь на его провокации.

— Вот-вот! А то убьешься, и тебя в авиационное не возьмут. Не передумал еще?

— Неа, я твердо стою на своём!

Ну, хоть здесь не придётся прикидываться, а мой выбор не станет неожиданностью для семьи. Спасибо тому парню, который всё устроил. Правда, сложностей не избежать. Положим, сейчас я могу отмахнуться от друзей и списать странное поведение на плохое самочувствие. А как я буду оправдываться дома? Вернусь домой, а там мать. Женщина, которая меня родила, воспитала и восемнадцать лет жизни была рядом, за минуту поймёт, что со мной что-то не так, и я сильно изменился. Как бы я ни старался, а мамы всегда чувствуют подвох. Сбежать в академию? Так надо еще поступить и дотянуть как-то до переезда, а там изменения можно списать на то, что повзрослел и академия так повлияла. Отца у Михаила нет, погиб, а в семье я — единственный ребёнок. Уже проще!

Пока старый ПАЗик с надрывом гудел, выбираясь на очередной подъём и трясся по разбитой дороге, я думал о своём положении, которое пока казалось мне невероятно шатким. Домой вернулся, погруженный в мысли о будущем, попрощался с ребятами и помчался домой. Мать еще не пришла с работы, поэтому у меня нашлось немного времени, чтобы изучить историю с семьдесят пятого года по сегодняшний день. Благо, память Михаила была при мне, и я знал как пользоваться ноутбуком и интернетом.

Память реципиента уже подкидывала мне тревожные воспоминания из школьного курса истории, но я отказывался верить, пока не убедился сам. Минувшие полвека были очень тяжелыми для нас — Афган, Чернобыль, Перестройка, девяностые, Чечня… Продолжать можно долго, и каждое слово, словно набатом бьёт по сердцу. Да, были и светлые моменты — олимпиада в Сочи, чемпионат мира по футболу, запуск ракеты-носителя с луноходом на борту, вот только это не настолько глобальные события. Благо, теперь всё понемногу налаживается, хоть очередная Холодная война с Западом в самом разгаре.

Но теперь противостояние сместилось в другую плоскость — центры мирового влияния соревнуются в том, кто первый высадится на Марс. Хотя, что за вопрос? Я точно знаю кто будет первым — мы и точка!