— О, — ошарашенно протянула Джудит.

Она немного посидела, задумчиво глядя перед собой, а затем вернула ему бутылку и потянулась к своему загривку. Её рука исчезла под волосами, а вынырнув на свет, продемонстрировала Итану цепочку с кольцом, лежащую на раскрытой ладони. Её взгляд, сопровождавший этот жест, вызвал у мужчины нестерпимое желание провалиться под землю.

Он задержал дыхание.

Неужели…

— Это — кольцо принадлежало моей матери, — сказала она вовсе не то, что он боялся и одновременно всем сердцем жаждал услышать. — Мне больше ничего не осталось в память о ней. Поэтому я всегда ношу его с собой, хотя нам и запрещается иметь личные вещи. Ты спрашивал меня о нём. Вот ответ.

Не может быть!

От услышанного у Итана пошла кругом голова. Он трясущимися руками поднёс бутылку ко рту, но не смог сделать глоток из-за кома в горле. Она врёт? Нет, точно нет — скорбь в её голосе была неподдельной. Но о какой, чёрт возьми, матери может идти речь, если это кольцо Джуди? Его в этом измерении попросту не существует!

Или…

Джуд путешествовала и в пространстве, и во времени.

Возможно ли, что она зачем-то переместилась назад и родила здесь дочь, заимев кукушечью привычку оставлять в каждом мире по брошенному птенцу?

Но какой в этом смысл?

Теория казалась слишком уж невероятной, но Итан обязан был её проверить:

— Как звали твою мать?

— Зачем тебе это знать? — Джудит недоверчиво прищурилась.

— Просто скажи, — попросил он.

— Сэнди Дэвис, — ответила девушка, и груз свалился с его души. Имя отозвалось, а следом из закоулков памяти вынырнула и его обладательница: Сэнди Дэвис — женщина, что жила по соседству и когда-то взяла девочку-сироту на воспитание.

Конечно, оставалось большой загадкой, как кольцо его жены угодило к её приёмной матери в чужом измерении, а затем и к другой версии Джуд, но совесть Итана хоть отчасти была спасена. Ему нисколько не улыбалось выяснить, что женщина, с которой он изменил Джуди — её дочь и, на минуточку, фактически сестра Эрвина.

Ну и ну!

Даже думать о подобном раскладе было противно.

Он сделал щедрый глоток вина, чтобы немного привести чувства в порядок.

— Я не жду от тебя взаимной откровенности, — тихо молвила Джудит, проследив за ним, — но… ты можешь ответить на один мой вопрос? Всего один, совсем невинный. Клянусь, я не доложу Аманде Макбрайд. Мне, знаешь ли, не хочется на костёр, — добавила она с вымученным смешком.

— Что за вопрос? — насторожился Итан.

— Почему ты меня поцеловал?

На её щеках заиграл смущённый румянец, но во взгляде был вызов.

В мужчине вспыхнуло желание повторить предмет обсуждения здесь и сейчас — поцеловать не только её взволнованно приоткрытые губы, но и каждый дюйм восхитительного тела, спрятанного под мерзкой чёрной тряпкой. В голове ожили воспоминания о ночи, проведённой в этом номере — какой нежной и податливой была эта девушка, пылко откликавшаяся на непривычную ласку.

Дыхание сразу сбилось.

— Ты мне кое-кого напомнила, — честно сказал Итан, с огромным усилием подавив этот порыв.

— Ясно, — вздохнула Джудит. На неё саваном опустилась печаль: ответ не разбил ей сердце, но, безусловно, разочаровал. Она склонила голову и уставилась на свои руки, лежащие на коленях. Пальцы нервно скомкали подол.

Что, ради всего святого, она ожидала услышать? Признание в любви с первого взгляда? Очевидно, Джудит и сама не строила иллюзий на этот счёт.

И она не заслуживала быть обманутой.

Уж точно не после всего, чего натерпелась от другого Итана.

Мужчина коснулся её поникшего плеча и ободряюще сжал его через ткань.

— Прости, — выдавил он, — ты просто очень похожа на женщину, которую я любил, но потерял.

— Я тоже любила его, — внезапно вставила девушка, не глядя в его сторону. — Так что в каком-то смысле мы квиты.

— Его? — растерялся Итан.

— Ага, — Джудит кивнула, — брось, ты отлично понял, о ком я говорю.

— Ох, ну и дерьмо, — не сдержался он. Его резко замутило — и выпитый алкоголь тут был не при чем.

Он откинулся на покрывало. Потолок неторопливо вращался, и пятна старых протечек на нём складывались в узор, словно стёклышки в калейдоскопе.

Мужчину так и подмывало спросить, как это — любить того, кто всегда был к тебе неоправданно жесток, но он промолчал.

Прислушавшись к себе, Итан с ужасом обнаружил, что истоки этого интереса простираются дальше праздного любопытства. Он достаточно читал о людях с различными травмами, пытаясь найти исцеление для своих, и был вполне способен поставить диагноз. К несчастью, в данный момент ему не было дела до чьих-то мазохистских наклонностей или комплекса жертвы.

Его захлестнула ревность, на которую он не имел и малейшего права.

Выходит, Джудит тоже подменила им кого-то другого и, не иначе, обрадовалась, получив в своё распоряжение обновлённую версию. Считать себя «лучшей прошивкой» было бы чрезмерно самовлюблённо, но, как минимум, Итан испытывал отвращение перед сексуальным насилием.

В отличие от того ублюдка, на которого был похож рядом других параметров.

Вот уж действительно — они квиты.

— Тогда нам точно пора завязывать, — мрачно сказал мужчина, — и больше не заниматься самообманом.

Итан решил, что всё к лучшему и эта история послужит ему уроком на всю оставшуюся жизнь. За десять лет он собрал обширную коллекцию двойников своей пропавшей жены, разной степени достоверности. Джудит — копия, максимально приближенная к оригиналу, станет заключительным экземпляром. Теперь он понимал, каково это — быть на её месте.

Напоследок, наверное, можно рассказать ей о параллельных мирах, где при желании она отыщет целую толпу новых Итанов для сравнительного анализа и тест-драйва.

Однако это, кажется, не входило в её планы.

— Я не занимаюсь самообманом, — заверила она.

— Н-да?

— Да пошёл он, — презрительно сказала Джудит, и в её голосе слышались нотки злого веселья. — Самовлюблённый, высокомерный засранец. Все вокруг считали его непогрешимым, и только я знала, что он — тварь, каких поискать. Мне бы всё равно никто не поверил, да я и не порывалась кому-то что-то доказывать. Моя детская влюблённость давно прошла.

— Что ж, отрадно это слышать, я тоже о нём не лучшего мнения, — кисло поддержал её Итан.

Он намеревался подняться с постели, по которой растёкся бескостной амёбой, и наконец-то убраться отсюда подальше, но Джудит ему не позволила. Она вскарабкалась на него и расселась на пояснице, пригвоздив к месту. Даже сквозь одежду он ощутил жар её промежности.

— Я бы никогда в него не влюбилась, если бы встретила тебя раньше, — заявила девушка.

— Ты совсем меня не знаешь, — осадил её Итан.

— А я должна? — с лукавой улыбкой спросила она. — Я, вроде как, не собираюсь ни выходить за тебя замуж, ни бежать вместе на необитаемый остров, ни лететь с тобой на какую-то там далёкую планету, откуда ты якобы прибыл.

— Слава Богу, — мужчина облегчённо выдохнул. — Ясненько, тебе нужен просто секс. Пожалуй, меня это устраивает.

— Да, — подтвердила Джудит, — но я считаю важным уточнить, что не принимаю тебя за него.

«И я тоже больше не принимаю тебя за неё», — мысленно ответил ей Итан.

Девушка расстегнула платье и стянула его через голову. Белья под ним не оказалось. Видимо, скудных «командировочных» хватало с натяжкой даже на предметы первой необходимости.

Но ему не хотелось подшучивать на эту тему, по крайней мере, сейчас. Отсутствие на Джудит чего-либо вообще, кроме перчаток, было ему только на руку. После — возможно.

Им же нужно будет что-то обсудить за чашкой кофе на утро?

Джудит склонилась к Итану и поцеловала, утопив его в водопаде своих волос, источающих всё тот же греховный гранатовый аромат.

План был прост и элегантен, и, прокручивая его этапы в голове, Итан предчувствовал, как упьётся мстительным ликованием в процессе. Импульсивная мысль, мелькнувшая в баре, укоренилась в его сознании и постепенно трансформировалась в навязчивую идею.