Если взгляд Лорны обжигал, то взгляд Аманды Макбрайд был подобен кислоте, разъедающей ткани и кости.

Вероятно, Итану стоило выпить больше шампанского, чтобы ведьме абсолютно нечем было поживиться в его опустевшей голове, если она всё-таки прорвётся через ментальные щиты. Он вообще сильно сомневался, что сможет противостоять ей после стольких лет, когда в построении барьеров не было необходимости. Итан жил среди простых смертных и основательно размяк. Простые смертные могли знатно проесть мозг, но как-то не порывались его препарировать.

Аманда величественно опустилась в кресло, но трон оказался ей маловат, из-за чего она стала казаться великаншей в стране лилипутов. Её рост подавлял не хуже омерзительного характера и не менее омерзительной привычки читать чужие мысли.

Пронаблюдав за ней, Лорна чуть скривила уголок губы и пригубила шампанского, пряча в бокале ядовитую ухмылку.

— О чём ты собиралась с нами побеседовать? — поторопила она. Было заметно, что общество Верховной юга не доставляет ей удовольствия. Все их обмены любезностями были притворством и игрой на публику. Холодная война между этими двумя ведьмами не прекращалась никогда.

Ну, пока они обе были живы.

Их примирила смерть.

Только сейчас Итан задумался, что они изначально не поделили. Новый Орлеан и Салем разделяли полторы тысячи миль, так что их грызня не была следствием борьбы за территорию. В этом мире камнем преткновения стала Мелисса, но ведь их матери враждовали и в его родном измерении, сколько он себя помнил. Едва ли причина лежала в конфликте мировоззрений и различий в образе жизни. Тут крылось что-то глубоко личное.

Но никто ему этого не расскажет.

Ни одну, ни другую прямо не спросишь.

— Да так, — уклончиво ответила Аманда, всё это время не сводившая с Итана глаз. — До меня дошли тревожные слухи, и я забеспокоилась, не овдовела ли моя горячо обожаемая дочь. Кстати, где она?

— А где ей быть? — нахмурилась Лорна. — Уехала, как только услышала, что вы собираетесь нанести нам визит. Кажется, она не горит желанием с тобой встречаться. Уж извини, Аманда. Ни я, ни Итан не можем ей приказывать. Ваши отношения — не наше дело.

Сказав это, мать покосилась на него, взглядом приказывая до поры до времени не встревать. Итан мелочно порадовался: он предпочёл бы весь разговор простоять в сторонке, прикидываясь предметом интерьера. Пусть эти две гадюки сами соревнуются, в чьих железах больше яда.

— Очень жаль, — молвила старшая Макбрайд, напустив в голос драматизма. — Я хотела бы с ней поговорить. Сколько можно друг друга избегать? Да, я тогда сильно погорячилась, но прошло много лет. К тому же я имею право принимать участие в жизни Мэнди, она — и моя внучка. Но её, надо думать, тоже нет на этом празднике.

— Мэнди слишком маленькая, чтобы присутствовать на таких мероприятиях, — спешно сказала Лорна.

— А своему ребёнку ты это позволяла, — напомнила Аманда, — более того, всюду таскала его с собой, чтобы все были в курсе, что твой мальчик унаследовал магию.

От упоминания покойного сына Лорна слегка сдала позиции и замешкалась с ответом. И хоть она также не внушала Итану симпатии, сейчас они были на одной стороне, потому он посчитал себя обязанным прийти ей на выручку.

— Это моё решение, Аманда, — подал голос он, — пусть у Мэнди хоть до какого-то момента будет нормальное детство. Вдруг ты запамятовала, но на севере другие порядки. Мы не прячемся, так что моей дочери не помешает научиться уживаться с обычными людьми.

Крючковатые пальцы старшей Макбрайд вцепились в подлокотники кресла, заставив кожу жалобно заскрипеть. Её прищур сулил Итану все казни египетские за то, что он вообще посмел раскрыть рот.

«Не смотри ей в глаза», — напомнил он себе, вперившись взглядом в огромную лапищу южной ведьмы. Эта рука была по-настоящему безобразной — жилистая, костистая, окутанная синей паутиной выступающих вен, она напоминала руку древней мумии. Итан слышал, что Аманда, в маниакальном желании сохранить молодость и красоту, прибегала к какой-то мерзкой и порицаемой всеми магии. Кожа её лица была гладкой, как у девочки, но кисти выдавали истинный возраст.

Не это ли ей посулила Тень?

Вечную юность.

Но если Аманда жива, что стало с её ручным монстром?

Он здесь?

Итан надеялся, что нет. Для полного счастья ему не хватало только этой твари. Он тут же принялся воображать, что в этот самый момент черноглазое чудовище, вломившись в комнату к Эрвину, предлагает мальчику сделку. Например, обещает вернуть его потерянную маму… или разыскать пропавшую Мэнди.

«Не думай об этом», — пресёк тревожные размышления мужчина.

Не ровен час, Аманда Макбрайд услышит его мысли. Ей точно это понравится.

— Ах, ну, конечно, — произнесла она и заливисто рассмеялась. — Вы же всегда симпатизировали этим жалким созданиям, не смотря на то, как они с нами когда-то обходились. Надеюсь, это того стоило?

Рука колдуньи взметнулась в воздух, по кругу окинув кабинет, а после коснулась её губ, растянутых в презрительной ухмылке. Итан проследил за ней и случайно посмотрел ей в лицо. Скорее всего, этого она и добивалась. Манёвр был ловушкой. Аманда мгновенно завладела его взглядом.

На дне её зелёных глаз вспыхнул нехороший огонёк. Он манил за собой — в мрачные чертоги, как призрачный свет на болоте.

Итан уже не мог освободиться.

К вискам прилила кровь, и боль окутала голову плотным кольцом. Будто терновый венец, надетый не снаружи, а втиснутый прямо внутрь черепной коробки. Мужчина почти реально ощутил давление смертоносных шипов. Никаких шипов, конечно же, не было, просто Джадис приступила к исполнению любимого трюка.

Она прошлась по поверхности и коснулась недавних воспоминаний. Он попытался подсунуть ей что-то нейтральное — Лорну, интерьер дома, начало приёма, и, как на зло, откуда-то выпрыгнул образ другой Джуди. Но это было вполне невинно. Лучше она, чем Эрвин или Мэнди, завалившаяся в чужой мир.

— Прекрати это! — взвизгнула Лорна, догадавшись, что происходит. Макбрайд проигнорировала её требование, продолжая свой натиск.

Краем глаза Итан заметил, как мать предупреждающе выкинула перед собой ладонь. Ещё минута этой пытки — и её огненный шар развяжет войну между Ковенами.

— Аманда, — сквозь зубы выдавил он.

И вдруг её вторжение прекратилось. Колдунья откинулась на спинку кресла с видом полнейшего удовлетворения на лице. Нечитаемым взглядом она смотрела куда-то в пространство, словно выпав из реальности.

Лорна медленно опустила руку и сжала её в кулак.

— Как любопытно, — наконец отмерла Аманда, — ты и сам стал похож на смертного. Что случилось с твоей магией?

«Ну… как бы тебе сказать? — мысленно отозвался Итан, — не твоё собачье дело?»

Язык будто прирос к нёбу, отказываясь повиноваться хозяину. В голове ещё звенело эхо прежней боли, мешавшее оперативно собраться с силами. Ни о каком «держать лицо» не могло быть и речи. Перед глазами всё плыло, и предметов в комнате резко стало подвое.

— Ничего, — ответила за него Лорна.

— Ничего, — повторила Верховная юга. Лорна её совершенно не интересовала. Аманда обращалась не к ней, а к жертве, с которой жаждала ещё позабавиться. — Раньше у тебя лучше выходило мне противостоять. Где ты был, Итан Уокер? Почему ты лишился своих способностей?

— Ты ошибаешься, — он наконец совладал со своим речевым аппаратом. Голос звучал глухо и измученно. Впрочем, после пережитого в этом не было ничего удивительного.

— Я никогда не ошибаюсь, — самодовольно заявила Джадис.

— Довольно! — не выдержала Лорна. — Аманда, твоё поведение неприемлемо. Если ты продолжишь пренебрегать нашим гостеприимством, я вынуждена буду указать тебе на дверь. Правила едины для всех. Или ты считаешь, что тебе разрешено использовать…

— Ой, избавь меня от этого, дорогая, — не дала ей закончить Верховная юга, — прибереги нотации для своих домочадцев. Я просто хотела немного позабавиться. Разве не за этим мы все здесь собрались в эту особенную ночь?