Голос моей матери заставил нас обоих вздрогнуть. Мы посмотрели в ее бледное лицо, на котором полыхали глаза. Как же она не вовремя! 

   - Прикройся, бесстыжая! – схватив с кровати платье, Рахана швырнула его мне. – А теперь оба слушайте меня! Ты, - она ткнула пальцем в Агора, - вдовцом не станешь, Макила выжила. Но вы оба теперь с ней пожизненно в долгу передо мной!

   - Никто ничего тебе не должен! – попыталась вмешаться я, но мать так зыркнула, что рот сам захлопнулся.

   - Твоя дурость, дорогуша, привела к тому, что для спасения Макилы твой папаша на пару с доктором устроил ей купание – и не в песочке, а в настоящей воде!

   - Да чтоб вас всех! – простонал Агор, запустив руки в свою шевелюру.

   - Попридержи язык, демон! – Рахана смерила его презрительным взглядом. – Лучше начинай думать, как долг отрабатывать будешь! 

   - Такое и за десять жизней не отработать! – с тоской протянул он.

   - И к этой идиотке, - она кивнула в мою сторону, - даже близко не смей подходить! – Увижу вас вместе, переведу тебя на плантацию лкесы жилы рвать! Или продам в гарем к самой уродливой демонице, которую только найду! Понял меня?

   - Да, госпожа. 

   - Ты не посмеешь! – прошипела я, сжав кулаки.

   - Проверь! – мать усмехнулась. – Да тебе и не до того будет, уж поверь. После того, как я расскажу отцу, что ты сотворила! Думала, отругают и забудут? Нет уж, дочь, ты ответишь за то, что сотворила! Хотела быть взрослой? Учись тогда отвечать за свои поступки!

РАХАНА

   - Теперь она выживет? – я посмотрела на Дельмаре. 

   - Прогноз хороший, - увильнул он, щупая пульс Макилы. – Будем надеяться.

   - Да уж лучше ей выжить! И побыстрее встать на ноги, чтобы начать отрабатывать этот огромный долг за лечение!

   - Прекрати! – Мулцибер снова со злостью глянул на меня.

   - А что, сам убытки покрывать будешь? – съязвила я. – Когда  очередь кредиторов будет длиной отсюда до дворца Люцифера, что прикажешь делать? Молчишь? Вот это правильно, лучше помолчи!

   Кипя гневом, я вышла из спальни и отправилась к домику, который выделила этим проклятым молодоженам, будь они неладны! Свалилась же напасть на мою голову! Но, как оказалось, все было впереди. Голая Ровена, которая стояла рядом с Агором, не удивила. Но то, что она говорила!.. 

   Ось бытия, моя дочь – убийца! Может, Мулцибер был прав, надо было прогнать этого красавчика. Теперь уж поздно, ему до конца жизни долг отрабатывать, вместе с этим проклятием моего дома, Макилой!

   Отчитав их обоих, я схватила дочь под локоть и выволокла из домика. Дрянь изрыгала ругательства, брыкалась, но мне было все равно, дотащила ее до комнаты, втолкнула внутрь и строго-настрого приказала паре демонов не позволять ей даже носа оттуда высовывать.

   Сама ушла в кабинет и прижалась спиной к двери. Что за день, даже Абигору такого не пожелаю! Глаза остановились на высокой стопке бумаг, что башней высилась на столе. Что поделать! Сжала зубы, уселась и принялась за работу.

   Стук в дверь отвлек меня, когда от цифр уже рябило в глазах. Отложила неизвестно какую по счету бумажку, потерла виски – голова начинала болеть, и ответила:

   - Войдите.

   Дверь распахнулась.

   - Что ты здесь делаешь? – я с недоумением уставилась на «гостя». – Сейчас не время для разговоров, безумно устала. – Встала из-за стола, тяжело вздохнула. – Ну что ты тут стоишь? Зачем…

   Я не договорила, почувствовав боль в груди. Опустила глаза вниз и увидела нож, что торчал из моей груди. Прямо из сердца.

Глава 5 Итоги

МАКИЛА

   Какие же неподъемные веки! И болит все, что только можно. Ох, Ось бытия, как же тошно! Напряглась, открыла глаза. Спальня господина Мулцибера, кажется. Эту роспись на потолке невозможно не узнать – всегда, когда прибиралась, любовалась этой красотой. Говорят, он сам рисовал. Но что я здесь делаю?!

   Попыталась приподняться и тут же прекратила – боль волной прокатилась от макушки до пяток, словно я батончик лкесы, который умелый повар споро нарезает острейшим ножом на тоненькие ломтики. Закрыла глаза, выждала, когда отпустит, снова открыла.

   Неужели я упала в обморок во время танца? Что натворила, вот ведь! Госпожа Рахана меня убьет! Дверь скрипнула, но мои надежды на то, что это Мара, не оправдались, в спальню зашел Агор. Смерив меня презрительным взглядом, демон ухмыльнулся:

   - Отвратно выглядишь, женушка!

   - Что… - попыталась спросить я, но изо рта вырвалось лишь сипение.

   - Что произошло? – догадался он и, подойдя к кровати, налил в маленький стаканчик воды из большого графина. – Открывай рот. Не зыркай так, пить дам.

   Благословенная влага скользнула изо рта в пересохшее горло, и стон наслаждения сорвался с губ.

   - Вот и еще самоцветы к долгу добавились, - с кислой улыбкой отметил демон, сев на край кровати.

   - О чем ты? – смогла прошептать я.

   - Совсем ничего не помнишь, что ли?

   - Совсем.

   - Тогда слушай. Тебя кто-то пытался отравить. Кстати, ирония - одну пустынную тварь пытались убить ядом другой пустынной твари! Ты шлепнулась во время выступления, короче. Тебя привезли сюда, докторюгу дорогущего вызвали, который Высших демонов лечит. А он, гадина такая, приказал целую ванну водой наполнить и тебя туда опустить! 

   - Как это?

   - Дорого ты мне обошлась, женушка! – Агор поднялся. – Уж лучше бы сдохла, как Мара, а то ведь придется до конца жизни работать, чтобы долг за ту водичку погасить!

   - Мара… умерла?! – меня снова скрутило болью, но эта, душевная, была стократ сильнее телесной.

   - Она твои туфли начищала или что-то там подобное, не знаю, - отмахнулся демон. – Яд попал к ней сразу в кровь через порез на пальце, и все, на глушняк. И она, и младенчик. Даже в сознание не приходила.

   - Но как же…

   - Мне плевать! – перебил Агор. – Обожди, пожрать тебе принесу. – Он подошел к двери, обернулся и бросил через плечо. – Не надумай себе ничего такого, женушка. Мне за тобой ухаживать велено, потому что слуг теперь и так не хватает. И уж поверь, я за тобой как мать родная ходил, мне тоже надо, чтобы ты побыстрее выздоровела, вдвоем долг отрабатывать будем! 

   Он ушел, хлопнув дверью. Как мать родная. Да уж, примерно так она обо мне и заботилась – из необходимости, потому что сплавить Матери демонов немощного младенца не получилось. А на деле помри Макила, мама лишь с облечением выдохнула бы. Наверное, радовалась, когда продала меня Рахане. 

   Лишь бабушке, что работала в здешней купальне, да Маре было не плевать на Макилу. И обе теперь в могиле. Из уголка глаза выкатилась слезинка. Ну уж нет, на меня и так уже слишком много воды потратили, нельзя плакать. Надо выздоравливать – чтобы выяснить, какая мразь это сделала. Она должна ответить за то, что моя подруга с нерожденным ребенком в животе теперь лежит в могиле!

ФАФНИРА

   Люцифер, как всегда, стоял у окна, глядя на Пандемониум. Я не рискнула обнимать его, лишь встала в сторонке, гадая, о чем же он размышляет. Не иначе, как об этой своей Риэре, будь она неладна. Но скоро это изменится. Скоро все изменится!

   - Дорогой, - тихо позвала я, выманивая его из грез.

   - Чего тебе? – раздраженно отозвался мужчина, покосившись на меня.

   - Хочу сказать тебе кое-что.

   - Так говори уже, не тяни. Новое украшение приглядела себе?

   - Нет, этого добра ты мне с излишком надарил, - я улыбнулась и подошла ближе. – Теперь моя очередь тебя баловать!

   - Прекрати говорить загадками, я этого не люблю.

   Бедняжку Фафниру ты тоже не любишь, знаю. Да и не нужна она мне, эта любовь, как у смертных на земле. Предпочту всеобщее раболепие и преклонение передо мной – Королевой преисподней! 

   - Что ж, тогда скажу прямо – я беременна!

   - Беременна? – его глаза удивленно распахнулись. Никогда не видела Люцифера таким! Теперь он смотрел на меня так, словно не ожидал, что фаворитка на такое способна. – Но как сумела? Ведь ни у кого не получалось!