– Ваше величество, – он припал на колено, стукнув кулаком в ладонь, – докладываю. Этот слуга сегодня вечером решил лично проверить посты на вверенных ему стенах Запретного города. Обходя стены, он увидел суету возле ворот Благодарности и Процветания. Приставленные к ним стражи из Привратной гвардии открывали их уже после сигнала о закрытии запоров и тушении огней. После требования объяснить их действия гвардейцы вместе со своим командиром обнажили оружие. Завязался бой, к счастью, на помощь этому недостойному пришли воины из Левой гвардии, стоящие на постах у Бокового дворца. Ворота были закрыты, ваш слуга послал людей проверить, что происходит в городе, и вместе с командующими Правой и Левой гвардий и гвардии Нетупящихся мечей арестовал всех воинов и командиров Привратной гвардии. Их посты заняли гвардейцы из Нетупящихся мечей, сейчас во дворце всё спокойно.

– Х-хорошо, – я вцепилась в подлокотник своего сиденья. – Х-хорошо… Что в городе?!

– Пока неизвестно, ваше величество. Мы ждём доклада с минуту на минуту.

Когда я в сопровождении двух девушек выскочила на крыльцо дворца, остальные командующие уже были там. Все, кроме командира Привратной гвардии. Было тихо, но дворец велик, и что там происходит за стенами столицы, отсюда не слышно.

– Ваше величество, – командующие поклонились, и вперёд вышел начальник Правой и Левой гвардий, – мы усилили все посты.

– Сколько у вас всего людей?

– Две тысячи, ваше величество.

Я кивнула. По две тысячи человек было в каждой из гвардий, но большая часть из них находилась за пределами столицы, сменяя друг друга каждые несколько месяцев. Только Нетупящиеся мечи всегда были в Таюне, но разместить их всех во дворце, пусть и обширном, оказалось невозможно, и потому половина сейчас должна находиться в городской казарме.

– Поднимемся на стену, – сказала я, чтобы не стоять на месте и не ждать.

Полуденная площадь за Полуденными же воротами была тиха и пуста, но что в городе идёт бой, мы уже знали – первый разведчик вернулся, когда мы пересекали внешний Золотой двор. Худшие опасения подтвердились – столица уже была фактически захвачена. В первое кольцо стен захватчиков, видимо, впустили, стены и ворота внутреннего города стали преградой, но ненадолго: разведчик как раз стал свидетелем падения ворот Небесного Спокойствия. От них до Полуденной площади по прямой – несколько сотен метров…

– Как они сумели пройти до столицы? – я не надеялась, что кто-то ответит на этот вопрос, но и не задать его не могла. Ещё один возникший из ниоткуда крупный отряд?! Ладно окраинная Сачжэну, но не мог же он незаметно промаршировать по столичной области? Или мог?

– Они не шли, ваше величество. Они уже были в Таюне.

Я резко обернулась к незаметно подошедшему человеку.

– Гюэ Кей! Откуда ты здесь?

– Прошёл подземным ходом, ваше величество, – поклонился старый друг. – Тем, что ваше величество когда-то мне показали.

Я открыла рот, собираясь переспросить, потом вспомнила:

– О… Во дворце Полдень?

Кей снова поклонился.

– Что вы имеете в виду, говоря, что они были здесь? – резко спросил один из командующих.

– Ну, врата Небесного Спокойствия распахнули личные дружины хоу Тиана и бо Цзи, – Кей был само спокойствие. – Про тех, кто во внешнем городе, сказать не могу, но подозреваю, что основные силы нападавших также составляют личные дружины придворных. Возвышение простолюдинов оскорбило многих.

Последнее прозвучало без осуждения, просто констатацией факта. Я сжала зубы:

– Это Эльм?

– Вероятно, ваше величество. Больше просто некому.

Личные дружины. Как просто и как остроумно. Действительно, зачем тащить людей с собой, рискуя быть обнаруженным и пробиваться с боем, когда сторонники готовы снабдить тебя войсками прямо на месте? Все аристократы и чиновники по пятый ранг включительно имеют право на личные дружины от пятидесяти до тысячи человек, в зависимости от положения. Не то чтобы я никогда не думала, что надо бы отменить или хотя бы урезать эти отряды, но… так и не решилась. Аристократия и без того находилась со мной в состоянии в лучшем случае вооружённого мира. Достаточно вспомнить, как болезненно восприняли отмену права на чеканку монет. А ведь его отнял законный император.

– Как же так получилось, что вы об этом не знали? – а перепалка за моей спиной продолжается, оказывается.

– Я не всеведущ, командующий Сюй.

– А разве быть ведающим в таких вопросах не входит в ваши обязанности, главнокомандующий Гюэ?

– Прекратите, – велела я. – Потом будем разбираться, как так получилось.

Горизонт озарился красным и оранжевым мечущимся светом – во внешнем городе что-то загорелось. Только что тихая ночь наполнилась звуком многочисленных шагов и лязгом, и в свете висящих на Святилищах Императорских Предков и Богов фонарей стали видны тёмные людские ручьи, вытекавшие из улиц на Полуденную площадь перед Полуденными воротами. Они останавливались при виде массивных стен и запертых ворот дворца, выравнивались, образуя ещё одну живую стену, перегораживающую площадь. Доспехи во всей империи однотипны, но поблескивающий узор на латах и плывшие над ними значки подтверждали слова Кея – это действительно были бойцы из разных дружин. Похоже, они ожидали уже открытых створок, потому что в их остановке мне почудилось некоторое замешательство. Больше ничего дружинники делать не попытались, просто стояли и смотрели на запертые ворота, а мы с высоты ворот смотрели на них.

– Ваше величество, вам лучше уйти, – сказал командующий Нетупящихся Мечей Тан. – Если они начнут стрелять, здесь станет опасно.

Я кивнула, не пытаясь спорить. В таких делах лучше довериться профессионалам и не осложнять им работу. Когда я с молчаливыми служанками сошла на Золотой двор, ко мне подбежал посланец, сообщивший, что ворота Благодарности и Процветания только что попытались атаковать, но атакующих отогнали стрелами. Судя по всему, сопротивление оказалось для напавших неожиданностью, потому и отступили они так легко. Я вспомнила, как удивилась, в первый раз увидев высоченные стены и ров с водой, окружающие столичный дворец. Теперь мне их наличие проявлением избыточной паранойи правителей не казалось.

Делать мне было нечего – разве что провести инвентаризацию провизии, чтобы прикинуть, какой длительности осаду мы можем выдержать при имеющихся запасах. Штурм прямо сейчас либо будет, либо нет, но в любом случае я моим командующим не нужна, они как-нибудь сами согласуют между собой план обороны. Возбуждение требовало действия, так что я отправила ждущего у подножия воротной лестницы евнуха будить управителя надзора Дворцового обеспечения с помощниками, а сама двинулась обратно к своему Западному дворцу. На середине двора, у мостиков через пересекающий двор Золотой канал, я столкнулась с моим паланкином, который носильщики быстрым шагом несли мне навстречу. Я точно не отдавала приказа их будить, прикинув, что идти пешком выйдет ненамного медленнее, а ждать, пока паланкин приготовят, только время терять. Но, должно быть, Шен Мий подсуетился.

Во дворце уже не было так тихо, как раньше: стражники с внутренних постов срочно перемещались на стены, бежали евнухи, таща за ними связки стрел, арбалетов и факелов. У Западного дворца толпились перепуганные служанки, и стоило мне выйти из паланкина, как Шэн Мий с поклоном спросил, будить ли его величество. Я заколебалась. С одной стороны, пугать детей прямо сейчас мне не хотелось. С другой – если штурм будет этой ночью, может возникнуть необходимость уводить их немедленно, и тогда лучше не тратить время на одевание и сборы. Что там вообще, на другом конце подземного хода – по-прежнему заброшенный дом? Вот дура, надо было у Кея спросить. Велев позвать командующего Гюэ, я прошла внутрь и заглянула в детские комнаты. Дети спали: переполох во дворце был достаточно тихим. Только Лиутар, когда открылась дверь, приподнялась на постели и спросила:

– Что-то случилось?

– Ничего, милая, спи.