Лакей уже успел перенести все вещи ко входу, но никто так и не вышел. Клэр изрядно заскучала. Скрестив руки на груди, принялась расхаживать по незнакомому коридору. Ещё минута ожидания, и она определённо сошла бы с ума. Но стоило Клэр подумать об этом, как с лестницы послышались резвые шаги.

– Мадемуазель, какое счастье видеть вас здесь! – сказал спешащий к ним навстречу маркиз Коленкур.

Увидев Клэр, он порозовел. Распахнул объятия и широко улыбнулся. Лицо Клэр мгновенно просветлело. Она искренне радовалась встрече с этим благородным человеком. Он грациозно поправил золотые закрученные бакенбарды на щеках и протянул ей свою руку.

– Мы тоже рады такой скорой встрече с вами, маркиз Коленкур.

– Любезная Клэр, заклинаю вас, зовите меня Арман. Эта мелочь будет мне большой наградой. Я не являюсь послом Франции уже долгое время, и поэтому вы не обязаны обращаться ко мне в столь официальной форме. Вы, должно быть, устали с долгой дороги. Месье де Миро? – обратился он также к тихо стоящему позади Франсуа.

– Дорога и правда выдалась слишком долгой, маркиз. Благодарим за вашу заботу.

– Утром я представлю вас императору. К сожалению, сейчас он отъехал в Фонтенбло. Уверен, он будет рад вашему визиту, тем более что я довольно много рассказывал о вас. Прошу, пройдёмте. Я распоряжусь, чтобы вас разместили по комнатам.

Клэр не могла не улыбаться в ответ на заботу, проявленную Арманом. Ей хотелось сохранить некую холодность, чтобы не забывать о том, что перед ней стоит враг. Но разве он мог таковым считаться? Клэр видела в нём обыкновенного человека, к которому у неё не было и не может быть ненависти. К сожалению, эту ненависть ей было приказано поселить в сердце.

Наконец к ним подоспела прислуга. Коленкур резво поклонился и, извинившись, ушёл в противоположном направлении.

Они шли по бесконечным каменным коридорам, украшенным гобеленами и мраморными статуями. Несколько раз им необходимо было повернуть направо, затем налево вглубь дворца. Когда женщина, сопровождавшая их, сообщила, что за следующим поворотом будут находиться их спальни, Клэр расслабилась. Она безмятежно рассматривала мраморный пол и долгое время не поднимала глаз.

Резкий удар. Клэр столкнулась с чем-то твёрдым. Содрогнувшись, девушка попятилась назад. Сумка выпала из её рук и приземлилась с глухим хлопком. Тут она поняла, что налетела на человека, и, позабыв про отсутствие императора во дворце, молилась, чтобы это был не он. С досадой Клэр подняла глаза на стоящую перед ней фигуру. Это оказался мужчина. Он был облачён в чёрный сюртук и накинутый на плечи кожаный плащ.

Взглянув на его лицо, Клэр пришла в замешательство. Чёрная тканевая маска скрывала подбородок, губы и нос, оставляя открытыми лишь глаза.

Девушка приоткрыла рот, чтобы попросить прощения, но в тот же миг таинственный мужчина одарил её холодным и презрительным взглядом. Он не помог Клэр поднять вещи, а лишь раздражённо обошёл её стороной и скрылся в конце коридора, бормоча что-то на французском.

– Видимо, этот господин спешит к самому императору, – язвительно отметил Франсуа, поднял ридикюль и протянул ей.

Клэр оглянулась и ощутила привкус собственного ничтожества. Резкий контраст между заботой маркиза Коленкура и грубым обращением этого незнакомца расшатывал и без того не идеальное эмоциональное состояние девушки.

В комнату занесли багаж. Клэр поблагодарила слугу, прикрыла дверь и наконец осталась одна. В голове возникли воспоминания о первом дне в Зимнем дворце. Та комната, которую немного позже Клэр стала считать своей обителью. Сейчас же вокруг неё были серые стены с золотыми узорами и рамами, хрустальная двухуровневая люстра, голубые бархатные шторы на всех окнах и большое зеркало в углу над комодом. Светлый паркетный пол не скрипел при ходьбе, как это было во дворце Александра. В углу стояла узкая кровать с мягкой спинкой, а сверху над ней нависал лёгкий тюль в цветочек. Как показалось Клэр, эта комната сильно выделялась на фоне общей помпезности и мрачности дворца.

Она отодвинула ногой сумку и улеглась на кровать, проверяя её на мягкость. «Интересно, как там сейчас в России? Как государь, как Мари и Майя? Как общество? И изменилась ли их жизнь после моего отъезда?» – размышляла она, медленно оглядывая новую комнату.

На секунду вспомнился взгляд того мужчины. Он был настолько холодным. Злым. Жестоким. Словно из него вытащили душу и полумёртвым оставили доживать свои дни. Мысль об этом почему-то не покидала голову Клэр. Ей оставалось только догадываться о причине, по которой человек стал таким.

Клэр ощущала себя очень грязной. Пару раз на пути в Париж они делали остановки, но только для того, чтобы сменить лошадей и взять еды. Время на сон в кроватях и тёплую ванну находилось не всегда. При ином раскладе их путешествие могло затянуться на месяц.

В комнату вошла прислуга и учтиво оставила на столе золочёный поднос с фруктами. Клэр не упустила возможности и устало попросила таз с тёплой водой, чтобы хоть немного освежиться с дороги. Просьба была тут же исполнена. Помимо воды также принесли натуральную губку и кусочек мыла. После ухода всех слуг из спальни Клэр сразу принялась за своё преображение.

Умытая, сытая, отдохнувшая, она сидела на стуле перед окном в любимом чёрном платье, стирая пальцами следы пыли с деревянного подоконника. Солнце скрылось за каменным фасадом дворца, из-за туч не было видно последних лучей, от яркого света которых, как надеялась Клэр, станет чуточку радостнее.

Утром, как и обещал маркиз, Клэр и Франсуа были приглашены к императору.

– Возможно, моя причёска кажется вам весьма необычной, но уверяю – это последняя мода в Париже, – оправдывался Франсуа.

– Ни на секунду не сомневалась, – ухмылка не сходила с её лица, в то время как рука уверенно сжимала его руку.

Они не ожидали у кабинета, как это было в случае с императором Александром. Наполеон Бонапарт принял их сразу. Приём состоялся в красивом парадном зале небольшого размера.

Как только они подошли к дверям, их тут же радушно встретил маркиз де Коленкур.

– Император ожидает вас, – мягко улыбнувшись глазами, он вытянул руку в белой перчатке, указывая направление.

Сердце Клэр подскочило, словно ужаленное, и рухнуло вниз. Дверь в зал открылась, и они в компании маркиза де Коленкура уверенно и не спеша вошли к императору Франции.

До последней секунды Клэр боялась оторвать взгляд от пола и встретиться глазами с Наполеоном. Пересилив свой страх, она подняла голову, и в тот же момент зазвучал голос Коленкура.

– Мой император, позвольте вам представить наших соотечественников, с которыми я имел удовольствие познакомиться при дворе императора Александра. Месье Франсуа де Миро, которому вы ещё недавно даровали возможность вернуться на родину, и его очаровательная невеста мадемуазель Клэр… – маркиз на мгновение замешкался, так как не знал фамилии Клэр. Она и Франсуа ещё не были официально женаты, поэтому он не осмелился назвать её фамилией де Миро.

Впереди себя Клэр видела непринуждённо стоящего императора Франции. Наполеон Бонапарт был похож на те портреты, которые написали его современники. Он был на пару сантиметров выше Клэр, но эта разница не бросалась в глаза. Каштановые волосы, отдающие на свету рыжим, выглядели мягкими и аккуратно уложенными. Круглое и смугловатое лицо казалось заинтересованным, когда Арман де Коленкур представлял Клэр и Франсуа. Маленькие губы, широкий подбородок и внимательный взгляд слегка прищуренных тёмных, серо-синих глаз. Он был словно лев. Гордый, властный, сильный.

Рядом с Наполеоном находился тот человек в маске, с которым совсем недавно Клэр столкнулась в коридоре. Он стоял позади, словно тень императора Франции, прячась за его силуэтом.

– Приятно снова видеть вас, де Миро. В мои планы входит возвращение вам герцогского титула, – Франсуа с благодарностью склонил голову перед императором. – И, разумеется, вас, мадемуазель. Однако мой дорогой друг запамятовал назвать вашу фамилию.