– Отнюдь, вы не безнадёжны, мадемуазель. Завтра я снова буду ждать вас в нашем учебном зале в полдень. Доброй ночи.

– Доброй ночи.

Как миг пролетели первые три недели обучения. Постепенно Клэр привыкала к дворцовой жизни, что теперь окружала её каждый день. Помимо уроков французского, которые проходили с Франсуа, добавились также занятия по этикету и истории. Фрейлины императрицы Елизаветы Алексеевны со всей покорностью и без лишних дружеских чувств обучали Клэр всему тому, что знали сами.

Изучению подлежало всё, начиная от моды и светских манер, заканчивая последними новостями. Клэр стала чаще читать газеты. Особенное внимание должно было уделять таким изданиям, как «Казанские известия» и «Северная почта». Долгое время она привыкала к тому языку, каким писали эти газеты, а вместе с ними и новомодные французские романы.

Однажды на один из таких уроков наведался сам император Александр.

– Ваше Императорское Величество! – едва заприметив его в дверях, тут же сказали фрейлина и Клэр и мгновенно встали со стульев.

– Прошу вас, продолжайте занятие, я вовсе не желал помешать вашему обучению. Хотел лишь воочию убедиться, что занятия проходят по расписанию и в необходимом темпе.

Император подёргивал себя за рукав, на котором у него всё так же висело маленькое пенсне, и осматривал Клэр с головы до ног.

– Всё как нельзя лучше, Ваше Императорское Величество. Клэр Данииловна делает успехи, – поспешила доложить фрейлина, едва подняв голову на государя.

– Прекрасно! Клэр, будьте любезны зайти в мой кабинет через час.

Сказав это, император удалился из учебного зала, оставив после себя лишь шлейф духов и задумчивые взгляды девушек.

Как и было велено, спустя час Клэр уже стояла у дверей императора. С каждым их новым разговором она всё меньше ощущала в себе животный страх. Несмотря на своё безусловное могущество и величие, Александр Павлович всегда старался расположить к себе собеседника. Было видно, как его настроение вмиг улучшается, если стоящие рядом с ним подданные смотрят на него заворожёнными глазами. Всеобщая, безграничная любовь была пищей для его самолюбия и души, что особенно было заметно на фоне его генералов и министров. Эти же люди, имея лишь малую долю власти, неустанно демонстрировали её всем вокруг. Очень часто, находясь подле них, Клэр чувствовала невидимое давление, которое они на неё оказывали всякий раз, когда находили в её словах больше смысла, нежели в своих.

– Клэр Данииловна, прошу вас пройти за мной, – сказал Александр, только что покинувший стены своего кабинета.

– Ваше Величество! – Она поклонилась и без лишних слов последовала за высокой фигурой государя.

Стражник, шедший позади них, всё время напоминал о себе, громко отбивая каждый шаг каблуками сапог. Клэр даже не могла предположить, куда ведёт её царь. Весь путь Александр либо молчал, либо задавал какие-то общие вопросы о погоде и успеваемости.

Наконец они подошли к высокой стеклянной двери. Рядом с ней не было ни слуг, ни охраны, и император с довольным выражением лица сам открыл её перед Клэр.

В мгновение их взору предстал большой ярко-зелёный сад. Влажный воздух осел на лице. Холодок пробежался по оголённым рукам и шее. Клэр не ожидала увидеть такую живую красоту в мраморных стенах дворца, а потому, оказавшись среди этой цветочной свежести, громко ахнула. Взгляд её серо-голубых глаз бегал по лианам и мелким пальмам в каменных горшках в попытке за один раз насладиться этим местом.

– Я и не подозревала, что во дворце скрывается такая красота! – восторженно сказала она, прикрыв руками худое лицо.

– Неужели потомки не сохранят эту скромную оранжерею? – разочарованно спросил император.

– Я с самого детства посещала Зимний дворец. Я знаю здесь все этажи и комнаты, но только те, куда разрешено ходить. К сожалению, я никогда не встречала даже упоминания об этом месте.

Александр не изменился в лице. Внешне он всё так же радостно демонстрировал Клэр всю прелесть тайного сада. Однако в глазах появился необъяснимый холод. Взгляд потяжелел и потерял блеск. Лишь на мгновение император, словно ребёнок, обиженно поджал губы.

– В таком случае я рад, что у вас есть возможность здесь задержаться, – вернув своему голосу царский тон, наконец сказал он Клэр.

В дверях, через которые они только что прошли, возникла юная девушка в прелестном салатовом платье в горошек. Она тихо, но уверенно стояла позади, лишь шорохом платья выдавая своё присутствие. Русые мелкие кудри, украшавшие её маленькую головку, подпрыгивали с каждым новым движением.

– Анна! А мы уж тебя заждались, голубушка. Помнишь, ты хотела познакомиться с нашей гостьей?

– Доброго дня, вы и есть Клэр? – практически сразу с любопытством спросила девушка, едва дождавшись, когда её брат закончит свою речь.

– Так и есть, – растерявшись, ответила Клэр, бросив короткий взгляд на императора.

– Мне кажется, что вы найдёте о чём поговорить и без моего присутствия. – Александр похлопал сестру по пухленькой ручке, плавно поклонился и не спеша направился к выходу.

Анна Павловна была младшей дочерью императора Павла I и любимой сестрой Александра: высокая, статная, с прекрасными светло-голубыми глазами, нежным выражением лица и приятной наружностью. Её взор был полон доброты и ласки, которых не мог себе позволить её брат в статусе императора.

– Ах, простите мне мою навязчивость, Клэр Данииловна, но я не могла удержать себя от желания поговорить с вами.

– Для меня это большая честь, Ваше Высочество, но о чём вы хотели бы поговорить со мной?

– Брат по секрету рассказал мне и Екатерине о вас, – шёпотом поведала она Клэр, игриво прикрывая губы ручкой в белой перчатке.

– Екатерине? Рассказал что?

– Ну да, моей старшей сестре. Ей-то он не мог не рассказать, потому как любит её. И мне рассказал тоже, что вы из будущего к нам попали. – Клэр напряглась в попытке подобрать слова для ответа. – Нет же! Брат не стал бы так шутить над нами, – уже чуть ли не плача продолжала юная принцесса.

– Нет, нет, он не обманул вас. Просто-о-о-о… – неприлично долго протянула Клэр соображая, что ответить, – я в замешательстве.

– Это невероятно и не подлежит здравому смыслу, и всё-таки это возможно? – Глаза принцессы горели, любопытство ребёнка выплеснулось на Клэр.

– Я сама до конца не понимаю как, но да. Кажется, что это возможно.

Анна Павловна голубыми глазами долго рассматривала Клэр, боясь к ней прикоснуться. На её нежном молодом лице виднелись признаки сомнения, которые никак не звучали в словах.

– Не беспокойтесь! Вы можете мне доверять, брат сказал так.

Клэр не скрывала свою настороженность, и юная принцесса прекрасно это видела.

– Я не уверена, что вообще могу здесь кому-либо доверять… Но если император посчитал возможным рассказать об этом вам, значит, вы точно умеете хранить секреты.

– Я не желаю вам зла, – наконец взяв её за руки, сказала Анна. По всей видимости, у всех Романовых было это неистовое желание нравиться всем и вся. Она не сводила с Клэр цепкого взора, точно вводя её в транс, при этом нежно поглаживая её пальцы. – Я всего лишь хочу узнать об этом чуде как можно больше. Знаете, Клэр, жизнь во дворце так скучна и однообразна, что я ищу всё самое необычное и интересное во всём, что придётся. Даже в коллекции древних ваз, которые дарили ещё моей прабабке императрице Елизавете Петровне, несмотря на то, что ничем они не привлекательны. А тут вы. Простите, что решила побеспокоить вас зря…

– Нет, нет! Как можно, чтобы вы извинялись передо мной. Вы, принцесса, ничуть не побеспокоили меня. Я растерянна и многого ещё не знаю о порядке вашего образа жизни. Мне нужно научиться доверять, и, возможно, именно вы будете первым шагом к этой цели.

– А вы другая… Это так интересно и по-настоящему безумно! А расскажите, какая мода на кружево в будущем? Из какого времени вы попали к нам?

– Я оказалась здесь из 2015-го, – с опаской произнесла Клэр, словно сама не поверила в сказанное. – Боюсь вас огорчить, принцесса, но в будущем не будет кружев. То есть, они, конечно, будут, но их, как и длинные платья, станут носить очень редко. Женщины, как молодые, так уже и в возрасте, чаще всего носят штаны подобно мужчинам. Нет балов, пиршеств, карет. И слуг нет, равно как и знати.