Ехавший рядом со мной всю дорогу с каменным лицом Лофт, услышав мои приказы по поводу пленников, выдохнул. Ну не совсем же мы звери? Возвращались через Вейкт. Именно здесь квартировали Рэймонд со товарищи. Отсюда же был родом Рауль, парень, что так неудачно поймал стрелу при штурме особняка Литлби. Еще двоих мы потеряли из числа агентства. Но там ребята сами разберутся. Тело же Рауля надо было вернуть родственникам.

Тащить мертвеца поперек седла через три герцогства было чревато. И потому в одном из ближайших городков мы обратились в похоронную контору. За какие-то дикие деньги, но зато без лишних вопросов нам выправили документы и взялись довести тело молодого наёмника до родины.

Там же я наконец нашел кузницу, где, замешкавшись на входе, попытался понять причину внутреннего дискомфорта. Оглянувшись, не заметил ничего подозрительного, разве что малолетний пацан в поношенных штанах, тершийся у коновязи, чересчур пристально заглядывался на мою раненую руку. Однако стоило бросить на него взгляд, как он спешно зашагал прочь.

Хмурый и раздраженный кузнец был не очень приветлив, но в помощи отказывать не стал. Сноровисто и жестко, не обращая внимания на мои жалобы и возмущения, отпилил кончик засевшей в ладони пластины, а затем резким рывком вырвал из уже начавшей подживать ладони остатки металла. Плеснув на рану крепкой настойки, к которой время от времени сам прикладывался, попросил на выход. На мою попытку оплатить его услуги, чуть ли не взашей выгнал, порекомендовав побыстрее валить к лекарю и не отвлекать людей от работы. Нормальный мужик.

В город мы прибыли с опережением воза с телом Рауля где-то на сутки и расположились на солидном постоялом дворе, ранее облюбованном наемниками. Несмотря на поздний час, я заставил местных разогреть баньку — не смог себе отказать в этом удовольствии. Заказал пива и не стал отказываться от дополнительных услуг миловидной девчушки, принесшей пенный напиток. Закончив с… омовением и выслушав ненужный мне доклад Лофта, я забрал ключи от своей комнаты и завалился спать.

Полночи мне снились кошмары о том, как меня пронзает вражеский клинок или выпущенный наемным убийцей арбалетный болт. Страх и фантомные боли. Просыпаясь в холодном поту, я боялась вновь закрыть глаза. Казалось, что во тьме комнаты, за занавеской с оружием в руках прячется ночной гость. Кутаясь в одеяло, старалась убедить себя в том, что это игра воображения. Однако выходило плохо.

Уставшее от метаний сознание требовало забытья, но стоило на несколько минут погрузиться в мир грез, как я вновь просыпалась от собственного испуганного крика. Легко сказать: «Не бойся и не отступай», — сложно сделать. Очередной раз проснувшись уже под утро, когда на чернеющем горизонте появлялся лишь намек на первые лучи солнца, преодолевая страхи, я встала. Нащупала в прикроватной тумбочке рукоять кинжала, что всё-таки выпросила у Оукли, и крадучись подошла к занавеске.

Резко отдернув её... я не нашла ничего, кроме капельки спокойствия. По чуть-чуть, но липкие лапы страха начали меня отпускать. Пройдя вдоль стены до дверей, проверила запор, а затем снова вернулась к окну. Здесь тоже была защелка, но хлипкая, совсем не внушающая доверия. Успокаивало только то, что на второй этаж не так легко забраться... Открыв щеколду, я подняла вверх оконную раму, желая в этом убедиться. В комнату ворвался прохладный осенний ветерок, а с улицы послышался приглушенный разговор.

— Ох, Уил, как же спать-то хочется. Может, я пойду в конюшне часок покемарю? — жаловался неизвестный.

Вчера под самый вечер прибыли профессиональные наемники, сменившие «сборную солянку» из местных мужиков, что вынужденно нанял Оукли.

— Тигран тебе потом покемарит. Хочешь без жалования остаться? — ответил ему хриплый голос.

— Это откуда же он узнает? — усомнился первый.

— Я и скажу.

— Вот так, в крысу? Товарища сдать?

— Да какой ты мне товарищ, Берк? Второй день знакомы, — фыркнул сиплый.

— Что это ты так? До сих пор, кажется, неплохо общались… — недовольно буркнул первый.

— Я и сейчас неплохо общаюсь. Только жопу твою прикрывать мне резона нет. Нас сюда не просто так поставили.

— Да что ей будет? Окошко вон как высоко…

— А если меня, пока ты дрыхнуть будешь, исподтишка завалят? А потом тебя спящим подрежут? Не забывай, Берк, Тигран сказал, тут гильдия убийц замешана. Эти и по голой стене смогут взобраться.

— Всё, всё понял. Не кипеши. Вряд ли они, конечно, сюда сунутся, но вдвоем как-то... Спокойней, чоле...

Закрыв окно, я снова его заперла. Разговоры про убийц, лазающих по стенам, уверенности мне не прибавили, но то, что меня охраняют даже ночью, успокаивало. Однако лучше будет все-таки перестраховаться. Чувствуя себя полной дурой, я взяла с комода стеклянную вазу и, немного повозившись, смогла ее примостить на окошко так, чтобы в случае, если его попробуют открыть снаружи, она грохнулась. Еще раз проверила засов на дверях и только после этого легла в кровать.

Кинжал решила оставить при себе, засунув руку с ним под подушку. И в этот раз наконец-то всерьез заснула, проснувшись только когда в мою дверь начали колотить.

— Леди Линдсис, леди Линдсис, это я, Молли! Леди Линдсис, у вас всё в порядке?

Вздрогнув, я долго пыталась осознать, где нахожусь — сон все никак не хотел меня покидать. Помотав головой, проморгалась и наконец ответила служанке.

— Всё в порядке, Молли. Принеси, пожалуйста, тазик с теплой водой.

— Конечно, леди, сейчас, — скрип половиц и звук удаляющихся шагов.

Сладко потянувшись, я запоздало вспомнила о кинжале и попыталась его отыскать. Обнаружился он между спинкой кровати и матрасом… Изрядно поцарапав деревянное изголовье, он воткнулся в ламель. Как неудобно получилось. Впрочем, ладно, пары монет в качестве компенсации должно хватить.

Встала и, отодвинув занавеску, пустила в комнату солнышко. Судя по его высоте, сейчас уже часов десять должно быть. Славно поспала по итогу, но лучше бы всё же без этих ночных «приключений». Простыни вон влажные, ночничка тоже, волосы вообще ужас. Принюхавшись, поняла, что не зря послала служанку за водой. Дождавшись Молли, смыла с себя пот, помыла голову, высушила её, насколько позволило полотенце, и попросила принести гребень.

К этому времени есть хотелось так, что в животе урчало, благо что завтрак уже ожидал меня в общем зале... Двинулась было на выход, но, заметив свое отражение в зеркале, остановилась — в таком виде я из комнаты не выйду. Лучше холодную яичницу есть, чем щеголять такой бледной рожей. В прошлой жизни, будучи еще Лайоной, для меня бы это проблемой не стало — натуральная красота без лишних усилий.

Преображение, что со мной случилось, сделало меня... другой. Немножечко обидно, но теперь моя красота требовала доработки. И если лишенные цвета волосы проблемой не были, то белые ресницы и брови делали меня безликой — без косметики тут не обойтись. Совсем чуть-чуть, так, чтобы это не выглядело вызывающим. Вот, теперь порядок.

За столом, кроме жареных яиц и пары колбасок, меня встретил Оукли. Увидев, как для меня готовят снедь, он также решил поторопить свой обед. На его блюде можно было разглядеть: печеный кабаний бок, отварной картофель, посыпанный ароматной зеленью, малосольные огурчики и грибочки, парочку перепелок и тонко нарезанный молодой сыр. Рядом лежало пол краюшки свежевыпеченного хлеба и стояла кружка темного пива.

— Я смотрю, у вас тоже аппетит после ранения разыгрался, мистер Оукли? — поздоровавшись, спросила я.

— Что вы, леди Лоуденхарт. Напротив, кусок лишний в горло не лезет, — пожаловался толстяк.

Это у него, значит, сейчас не лезет? Ну-ну.

— Вы бы тогда переживали лучше, а то как чайка глотаете, — съязвила я, но толстяк принял совет за чистую монету.

— Тут вы правы, леди. Так плотней должно получаться.