Я снял ее с кровати и просто лег спать. Все, история про великого шамана, покорителя мироздания завершена. Жаль, что так глупо и бесполезно.

Не было ни пирогов, ни блинов. Радости особой тоже не было. Просто, какая-то неимоверная усталость. За окном не было ни забора, ни золотых шаров. Не гуляло по белому небу черное светило. Там царила непроницаемая тьма, как и положено во владениях приличной нави.

Баба Дуся сидела за столом. Мне почему-то показалось, что она плакала. Нет, не сейчас, но совсем недавно. Я оглядел комнату, но Васеньку заметить не смог.

Ведьма поняла меня правильно, усмехнулась:

— Налопался поганец, теперь отсыпается где-то.

От слов этих меня передернуло. Я даже знал, чего наелся кот.

— Что поделать, — бабка развела руками, — не нам с тобой его судить. Он же не человек.

Я хотел добавить, что даже не кот, но не стал. И так все было понятно.

— Вы меня позвали, чтобы проститься?

— Нет, — баба Дуся покачала головой, — зачем? Если навь будет тебя пускать, приходи. Я тебе рада. Других гостей у меня не бывает.

Я слегка оторопел.

— А магия? Как же магия? Значит, она вернется?

Повисла пауза. Текли мгновения. И с каждым мгновением таяла моя надежда.

— Не знаю, — сказала наконец моя наставница, — это не в моей власти.

Я не заметил в ее словах лжи. Не было там и сожаления. Простая констатация факта. Поэтому сказал:

— Жаль.

Слово мое практически кануло в пустоту. Навь начала меркнуть. Почти исчезла. Как вдруг из пустоты донеслось:

— Вику береги, иначе приду и уши надеру.

Об это она могла и не напоминать. За Вику я и сам был готов убить кого угодно. Даже без магии. Просто так, голыми руками.

— Я не знаю, как они вас вычислили. — Костя беспомощно пожал плечами. — Никогда не думал, что смогу произнести эти слова. Это странно, но наша контора дала сбой.

Я не стал спрашивать, о какой конторе идет речь. И так было понятно. Просто, усмехнулся:

— Я знаю как.

— Расскажешь потом? — В его глазах появилось любопытство.

Я не сдержался и фыркнул:

— Если будешь хорошо себя вести.

Костя поддержал мою игру, заржал:

— Обещаю. Я вообще послушный мальчик.

С послушным мальчиком мы смолили уже по второй сигарете. Приехал он совсем недавно, заранее не известив. Вика выглянула из окна, помахала рукой, прокричала:

— Олег, идите в дом, чай готов!

— Пойдем?

— Погоди.

Костя жадно затянулся. Сигарета прогорела почти до самого фильтра. Он с сожалением посмотрел на затухающий огонек и щелчком отправил окурок за перила в траву, третью раскуривать не стал. Неожиданно обернулся.

— Скажи честно, Лев — твоих рук дело? Ты его убрал?

Все-таки три предыдущих смерти не прошли для меня даром. Я честно соврал:

— Нет, не я.

Костя усмехнулся, кивнул.

— Я так и думал. И катал местных тоже не ты. А еще у ментов от твоего имени начинают дергаться глаза. Но ты, без сомнения, не при чем.

Я только развел руками. Мол, понимай, как хочешь. Какое-то время мы молчали. Я просто не знал, что сказать, Костя переваривал свои мысли. Наконец он заговорил снова:

— В любом случае, Лев получил по заслугам, гаденыш. Заигрался в Бога, решил, что все ему дозволено.

Я изобразил деланное любопытство:

— Удалось выяснить, что с ним случилось?

Костя быстро глянул, подыграл мне, ответил так же серьезно:

— Да кто ж его знает? Короткое замыкание? Или что еще? Весь кабинет выгорел дотла. Эксперты ничего подозрительного не смогли отыскать. Правда, в стекле обнаружилось оплавленное отверстие размером с яблоко. Но этому пока здравого объяснения нет.

Я сделал квадратные глаза, проговорил изумленно:

— Да ты что? Каких только чудес на свете не бывает?

Костя жизнерадостно заржал, ткнул меня дружески кулаком в плечо. Потом посмурнел и сказал серьезно:

— Хорошо меня в тот день не было. Ребят только что на изнанку не выворачивали.

— Как ты узнал, где мы?

Костя сделала кислое лицо, постучал себя пальцем по лбу.

— Серый, ты ж не идиот!

Вот уж действительно, сглупил, так сглупил. Но оправдываться я не собирался, только хмыкнул и поправил его:

— Не Сергей, Олег.

— Что? — Он не сразу понял.

— Олег, — сказал я серьезно. Желание шутить пропало. — Изначально меня звали Олег. Это не первое тело, которое мне там, — я ткнул пальцем в небеса, — выдают после смерти.

— Вот, значит, как, — Костя задумчиво почесал затылок, повеселел, и добавил, — тогда понятно. Так даже лучше. Теперь ты от меня не отделаешься.

Собственно говоря, я и не собирался.

За столом беседа сама собой вошла в деловое русло. Костя почти не ел, гонял в холостую горький кофе, вертел в пальцах надкусанный зефир. Обращался в основном ко мне. Ребята жевали потихонечку и слушали.

— За своих можешь не беспокоиться. Ни тебя, ни их подручные Льва не подозревают. Они вообще не знают, что думать по поводу произошедшего.

— И это прекрасно, — согласился я. — А что с прошлым Маринича?

— Уже ничего. — Костя нахмурился. — Здесь вышла накладка. Мы же разобрались, что требовали с твоего предшественника. Нашли и вернули.

— Ту самую цацку? — Оживился Влад.

Костя кивнул. Я удивился:

— Так почему же они…

— Приехали сюда?

— Да.

Он вздохнул.

— Дурацкая случайность. Твои кредиторы искали тебя по всей стране. Слишком ценная вещь была на кону. Свое они получили еще позавчера. Только не всех успели предупредить. Местные ребята были не в курсе. Решили выслужиться.

— А с трупами что? — спросил я осторожно.

— С какими трупами? — изумилась Вика.

— С такими, — в тон ей ответил Влад. — Я тебе потом расскажу.

Девчонка надулась, отняла у Кости чашку, пошла готовить новую порцию кофею. Он прокричал в след:

— Хозяюшка, а сырка у вас не найдется.

Вика буркнула не слишком приветливо:

— Найдется.

Костя улыбнулся одним уголком рта, повернулся ко мне сказал совсем тихонько:

— Там к тебе тоже претензий нет. Водитель ничего не может вспомнить. У его дружков по инфаркту на брата. В одном пуля из водительского пистолета. Никаких других повреждений нет.

— А морда? — не сдержался Влад. — У него же вся морда…

— Вот здесь совсем интересно. В морде нашли обломок кошачьего когтя. И вообще, врачи в один голос утверждают, что человек такого сделать не мог.

— Можешь не верить, но я этого действительно не делал.

Костя выпучил честнейшие глаза и горячо заверил:

— Даже не сомневаюсь. А еще в городе начальник милиции угодил в больничку. С ним пытались поговорить, но он молчит. Такое впечатление, что тебя он боится до дрожи в коленях.

Влад хрюкнул. Запил смешок чаем. Костя продолжил:

— Не знаешь, что у него случилось с рукой?

Я твердо ответил:

— Не имею ни малейшего понятия.

— Вот и я так думаю.

Вернулась Вика. Поставила на стол кофе, плюхнула блюдце с сыром. Уселась рядом со мной, схватила за руку, словно боялась отпустить.

— Еще какие новости есть? — спросила Вера.

— Есть.

Костя заулыбался по-настоящему радостно, открыто.

— Мы расшифровали блокнот Маринича. Можешь плясать, у него целая уйма денег. Все распихано по сберкнижкам на предъявителя. И да, еще деньги за машину.

На стол легла стопочка долларов. Я посмотрел на них довольно равнодушно. А потом подумал: «Почему бы и нет? В конце концов, не зря же я столько лет работал врачом?» Сказал:

— Ребята, у меня есть идея.

— Какая? — тихонько спросила Вика.

— А давайте откроем современный медицинский центр. Можете мне не верить, но скоро это станет весьма прибыльной затеей.

Девчонки переглянулись. Влад издал радостный вопль:

— Это надо обмыть!

И умчался на кухню. Костя молчал недолго, машинально погладил себя по груди, там, где совсем недавно легкое сжирала чернота, потом сказал: