Олежка, как же я по тебе соскучилась! Зачем ты бросил меня... Я же тебя люблю... Так и танцевали, я отбивал ее словесные атаки — ты сама отвергла меня своими претензиями.Ой, Олежка, давай уже забудем — дурой была! Сейчас умная?Да, я исправилась — сказала она, прижимаясь ко мне все ближе и ближе. Меня окатила волна тепла — дурочка ты моя, чего тебе не хватало для счастья? Я прижал ее сильнее к своей груди. Вероника всхлипнула от радостиМы помирились, да?Помирились-помирились, моя малышка, конечно, помирились.

Мы так с ней и кружили в танцах, один за другим, боясь спугнуть наше счастье.

Модернизация ПРО

Через неделю провели научно-технический совет, посвященный модернизации РЛС «Воронеж» для целей ПРО. Наметки решения проблемы у нас были, надо было обсудить варианты решения проблемы со специалистами.

Я сделал краткий доклад: РЛС обнаруживает цель, выдает нам ее координаты, мы с помощью портала наносим по ней, а точнее по заданной области пространства, удар. Посыпались вопросы, главный из них — с какой точностью РЛС выдаст координаты цели, иначе как определить область поражения? Это для нас была загадка — информация была засекречена, за исключением того, что эти РЛС могли обнаружить на орбите теннисный мяч. Помимо генеральных менеджеров в совете принимали участие ведущие разработчики электроники и программного обеспечения. Один из них, электронщик Александр Ильин, описал проблему — мы может по координатам, полученным от РЛС сформировать зону поражения, которая может затронуть свои объекты. Что РЛС дает — угол места, азимут, дальность, скорость цели. Для РЛС дециметрового диапазона обычная разрешающая способность по дальности сто метров, по углу места и азимуту один градус, по скорости пять м/с. На расстоянии тысячу км это будет круг диаметром семнадцать километров. Для гарантированного поражения цели, нам необходимо зону поражения увеличить в два раза — до тридцати пяти км, глубину до километра, упреждение — в половину зоны поражения, итого диаметр зоны поражения должен быть не менее семидесяти км. Делать ограничения по глубине считаю нецелесообразным — тоже сделать семьдесят км.

«А что будет с полезными объектами?» — спросила Вика.Не будет уже никаких полезных объектов в этой зоне. Это же отражение ракетного нападения — по сути, ядерная война, какие еще объекты могут быть на орбите? Только вражеские боеголовки и обломки спутников.Вы фаталист — улыбнулась Люся.Мы обсуждаем систему противоракетной обороны, которая используется только при обмене ракетными ударами, при чем тут фатализм? - отреагировал Ильин.Все верно — согласилась Вика. - Мы еще намеревались использовать ее для ПВО, но это при таком подходе будет невозможно. Проще поставить заграждение в виде стены на границе охраняемой зоны для целей ПВО.Для решения задач ПВО есть специализированные комплексы — С-300, С-400, С-500 наконец. Модернизируем их и решим задачи ПВО — включился в беседу Владимир Вакулин, электронщик, по дополнительному образованию старший лейтенант ПВО в запасе. - Для С-400 дальность обнаружения цели шестьсот км, погрешность по дальности меньше пятисот метров, разрешение по углам пол градуса. На дальности шестьсот км это будет круг пять км, на дальности сто км — почти два км.С кондачка эту проблему не решить — включился в беседу Володя Рогович, программист. - Надо ставить второй радар, который через портал уточнит параметры цели. Для этой цели подойдет самолетная РЛС от МИГ-31, вы ее выдвинем в район цели, и она выдаст нам точные координаты.«Заслон-М» работает в Х-диапазоне, обеспечит дальность обнаружения до четырехсот км — подтвердил Владимир Зайцев, программист, тоже офицер запаса ПВО. - Ее можно будет установить в вакуумную линзу и использовать хоть на больших высотах, хоть в космосе. Даже на четыреста км диаметр пятна будет семь км, но проблемы нет приблизить ее к цели до пятидесяти км — круг девятьсот метров, вполне себе зона ПВО.Я так понимаю, - начал подводить итоги отец, - у нас есть возможность работы по площадям, используя стационарные РЛС типа «Воронеж», зона поражения будет в виде шара диаметром порядка семидесяти км. Я думаю, что это приемлемо для задач ПРО, только границу зоны надо будет отводить выше тридцати км от земли, чтобы не зацепить самолеты. Это мы сможем обеспечить.На втором этапе надо будет сделать двухзонную систему — как Володя предложил — я кивнул на Зайцева — с помощью второй РЛС «Заслон-М», при таком раскладе получим зону поражения диаметром шара один километр.Головняк будет связывать ПО РЛС между собой и нами — загрустил Рогович.Свяжем, за год управимся поди — Зайцев не сомневался в успехе.Ну за год то точно справимся, лишь бы коллеги не подвели — согласился Рогович.Ребята, вы переоцениваете проблему. РЛС между собой связывать не требуется. РЛС «Воронеж» выдает нам координаты цели, мы за пятьдесят км от нее открываем портал с РЛС «Заслон-М», и уже по координатам, выданным этой РЛС наносим удар шаром, диаметром один км — возразил я.Повозиться все равно придется — возразил Рогович — надо будет «Заслон-М» привязать к месту переноса, боюсь, что процедура у них не быстрая.Ну как не быстрая — это же самолетная РЛС — возразил я.Они зацепились за координаты по спутнику на аэродроме и уже следят за ними, корректируя их по мере необходимости.Надо, конечно, связываться с разработчиками и решать вопрос о привязке. Можно будет сделать динамическую привязку относительно места выхода портала. Там же выведем ударный портал, они будут в одной системе координат — предложил Зайцев. - Только бы коллеги не подвели.Через президента программа будет курироваться, так что не подведут коллеги — добавил отец.

Мы начали готовиться к командировке в город Енисейск Красноярского края, в котором расположена РЛС «Воронеж-ДМ», первой подлежащая модернизации. В команду включили электронщика Сашу Ильина и программиста Владимира Зайцева. Они должны были обеспечить сопряжение РЛС с аппаратурой управления порталом.

Двенадцатого мая рано утром мы вылетели из аэропорта Томска спецбортом ВКС РФ в Красноярск. В аэропорту Красноярска нас уже ждал вертолет МИ-8 ВКС РФ, который перебросил нас в город Енисейск, точнее сразу к РЛС, которая была расположена в восьмидесяти четырех км севернее города. Вертолет, через полчаса, приземлился на площадке на окраине военного городка, нас ждал УАЗик. Через пятнадцать минут нас заселили в ведомственную гостиницу и сразу пригласили на совещание — УАЗ ждал нас на улице. Мы с ребятами оставили сумки в гостинице — их заселили в двухместный номер, мне выделили отдельный полулюкс в ранге этой гостиницы. УАЗ тронулся и через пять минут — все рядом — мы заходили в здание командного пункта РЛС. Нас встречал начальник части полковник Баранов. Он проводил нас в зал совещаний, в котором нас ожидали представитель ФСБ полковник Егоров, представитель Генштаба полковник Рукавишников, представители разработчика НИИДАР Сулимов и Остапов. Леша Сулимов — программист, Саша Остапов — электронщик. Не теряя времени мы разделились — технари сели за отдельный стол и начали обсуждать проблем сопряжения двух систем. Мы с полковниками начали обсуждать порядок работы по модернизации станции. Я ввел в курс дела полковников — о возможностях портала, о его боевом применении. Полковники Рукавишников и Баранов с вытянутыми лицами распрямили плечи — ну мы им теперь покажем — было написано на их лицах. Ну а теперь давайте обсудим — чем мы будем поражать космические цели — предложил я. Полковник Баранов попросил уточнить возможности портала по поражению баллистических целей. Я начал описывать варианты: первый вариант, по аналогии со станками ЧПУ мы по команде «Огонь» в течение секунды шинкуем заданный квадрат пространства, превращая любой материальный объект в мелкую крошку. Вспыхнула бурная дискуссия — обычно боеголовка поражалась шрапнелью — небольшими осколками боевой части противоракеты, оставаясь целостной. Мой вариант уничтожения цели мог дать большое рассеяние радиоактивных материалов и заражение ими большой площади на земле. Пришлось их успокоить — это только один из вариантов. Второй вариант, который я им предложил — это «стрельба» лучами диаметром от пяти до двадцати мм, но это тоже сопряжено с рассеянием вещества из отверстий боеголовки. Полковники поморщились — не нравится им — им бы шрапнелью ее, шрапнелью! Я улыбнулся — понял вас. А как вы смотрите на такой вариант: вместо отверстий мы делаем крестообразные разрезы толщиной полмиллиметра со стороной креста пять мм, с шагом сантиметр по двум координатам? Полковники задумались. Рукавишников: