— Мой господин проехал через полстраны, чтобы предложить тебе службу, о которой ты его просил. И всё зря. Такое дерьмо сгодится разве что нужники чистить.

— Лорд Лоуденхар здесь? — дошло наконец до него. — А я это...

Он сел на задницу и, размазывая слезы, начал тереть себе лицо, пытаясь привести себя в чувство. Рахна не спешила, дав ему время. Наконец-то он обвел комнату мутным, но осознанным взглядом.

— Я должен с ним поговорить... Объяснить всё... — удивительно, но ему удалось породниться на ноги и даже сделать шаг сторону дверей.

— Дебил! Куда в таком виде? — прикрикнула на него разбойница.

Сосредоточившись, наемник осмотрел себя.

— Он видел меня таким? — в глазах его застыл натуральный ужас, а стон перерос в рык. — Мммммм.... Аааа...

— Не ной, падаль. Господин будет здесь до завтрашнего утра. Попробуй привести себя в порядок и снова попытай удачу... И, может быть, она тебе улыбнется, — развернувшись, Рахна подошла к двери. — Пойдемте, леди Лоуденхарт, мы сделали для этого урода всё, что могли.

Заметив в этот момент меня и услышав мою фамилию, мужчина снова взвыл от отчаяния, но мы уже спускались в зал. Кушать после увиденного не очень-то и хотелось... Пить еще меньше.

Спустя несколько часов Рэймонд стоял перед нами. Морда его была опухшая, глаза красные, движения неуверенные, но стоял он ровно, а язык не заплетался. Он просил. Просил прощения и шанс доказать то, что Артур в нем не ошибался. О причине своего запоя он тоже рассказал.

Возвращаясь с очередной найма, он по обыкновению заехал в свою родную деревушку, где жила его мать, а застал лишь успевшего похоронить жену, убитого горем отчима. Единственный родной ему человек покинул этот свет... Это печальное событие стало для него последней каплей. История у парня оказалась — роман написать можно.

Начать с того, что Рэймонд оказался бастардом местного лорда, владетеля Вайса. Двадцать с небольшим лет назад молодой Америко Вайс отдыхал после охоты в недалекой от его Вейкта деревушке, где, не стесняясь, конечно, пользовал девушку, выделенную ему в услужение старостой. История стара как мир — девчонка понесла и в положенный срок родила мальчика. Не будь дурой, обратилась к лорду за помощью...

Стать наследником бастарду, конечно же, не светило, но признать сына внебрачным ребенком, тем самым даровав ему титул аристократа, мог. Кровь не водица все-таки. Однако не повезло мальчишке — со дня на день должна была состояться свадьба Вайса с младшей дочерью великого герцога Форштейна. И лорд, решив перестраховаться, бастарда признавать не стал, предпочтя откупиться от молодухи.

Быть матерью аристократа да под покровительством самого лорда — судьба для деревенской бабы завидная... Однако не сложилось, не срослось, но девушка не сильно-то в накладе не осталась. Вайс щедро отсыпал золота на воспитание сына, велев старосте благоустроить быт деревенской девчонки. Отстроить дом да землю выделить под хозяйство. Скотину пригнали, поля засеяли. Видная по деревенским меркам невеста получилась, быстро девушка нашла себе мужа. Работящего и покладистого, помнящего, чьего сына растит.

Была бы мамаша поумней — строго-настрого запретила бы всем вспоминать при отпрыске о его происхождении, да не хватило смекалки. И, вместо того чтобы вырасти опорой родителям и наследником немалого хозяйства, ещё более приумноженного отчимом, мальчик начал мечтать о том, как вернется к отцу родному... Передумает лорд, увидев, каким молодцом тот вырос, да к себе возьмет...

Гонора набрался засранец к пятнадцати годам — всю деревню на уши ставил, пользуясь своей безнаказанностью. Мать убедил учителя фехтования себе нанять — старого солдата, осевшего в деревне. Силой и статью в отца пошел, или даже поболе, чем родителю от предков перепало. Вот в ком на самом деле «сильная кровь» ярко проявилась.

А вот гордыня заставила парня допустить фатальную ошибку. Приди он к лорду Вайсу тихонько да представься — может, и выгорело бы что. Однако дурак малолетний в турнир полез, на котором отец его присутствовал, — доблесть свою принародно доказать. А как победу одержал, так о своих притязаниях на фамилию заявил… Дважды дурак.

Вайс был в бешенстве — парня приказал высечь, заявив, что капля благородной крови в ведре помоев благородным господином его не делает. Однако пацан духом не пал. Стоя с рассеченной плеткой спиной, он, гордо подняв голову, вызвал отца на дуэль. Дебил! Только аристократ может призвать другого аристократа к ответу. О чем ему тут же и сообщили. Посмеявшись над юным воином, Вайс пообещал принять того вызов и, а если тот победит, признать в нем даже сына...

Да только вызов должен быть от равного! А значит, Рэймонду дворянство предстояло своими силами заслужить. Совершив не последнюю свою глупость, парень поклялся прямо на позорном столбе, что сделает это... Наивный молокосос.

Получить личное дворянство — задача уже нетривиальная: годы или даже десятилетия безупречной службы королю или другому владетельному господину. Быстрее разве что, если подвиг во славу Александрии совершить или жизнь своему господину спасти... Но тут даже начать не получилось — Вайс оказался человеком злопамятным, всё сделал, чтобы парень оказался в «черных» списках у каждого аристократа королевства. А заодно похлопотал, чтобы и путь в армию ему был закрыт.

Годами Рэймонд пытался куда-то приткнуться, меняя имена, но итог был один — стоило узнать нанявшему его господину его историю, как наёмник оказывался на улице. Так что, встретив Артура — молодого и целеустремлённого лорда родом с другой половины континента, Рэймонд уцепился за последнюю надежду. И лорд Лоуденхарт ему эту возможность предоставил... Почти.

— Скажи-ка мне, Рэй, — пристально посмотрел он на будущего вассала. — Что будет, когда ты добьешься своего? Пусть это случится нескоро, через пять, десять лет. Что ты сделаешь, если добьешься своего? Ты всерьез собираешься кинуться на отца со шпагой, заставив его силой принять тебя?

Наёмник печально улыбнулся, покачав головой.

— Я уже не тот пацан, коим был пять лет назад, лорд Лоуденхарт, — в голосе парня сквозила уверенность и решимость. — Все мои детские фантазии остались на том столбе, позорном столбе, где меня на глазах отца обрабатывали плетью. Всё, чего я хочу, — посмотреть в глаза этого ублюдка, когда холодная сталь коснется его горла. Заставить вернуть принадлежащую мне по праву фамилию. Хочу, чтобы мои дети носили её с гордостью, а внуки или правнуки встали над прочими Вайсами…

В глазах наёмника плясали демоны — частичка сумасшествия, так знакомая мне и Артуру.

— По-моему, это уже одержимость, — озвучил схожую мысль лорд «брат».

— Возможно. Если будет на то ваша воля — эта одержимость будет принадлежать вам, — как ни в чём не бывало ответил наёмник.

Беру свои слова назад. Мне нравится этот парень... Сошедшему с ума лорду и его свихнувшейся сестре одержимый капитан гвардии будет как раз впору.

— Давай оставим его себе, братик? — не смогла сдержать я хищную улыбку, но Рэй даже не дрогнул.

Обворожительно.

В круглом открытом очаге, сложенном из камня, потрескивают поленья. Дым уходит в небольшое отверстие под потолком, однако запах горевших, обращающихся пеплом березы и ольхи постепенно заполнял комнату. Греюсь после ведерка ледяной воды, что обрушил себе на голову сразу, как разгоряченный выскочил из парной. Жара, холод и неспешное «оттаивание» у открытого огня.

На столе кто-то заботливо оставил кружку подогретого вина — если нужно будет согреться, и бокал прохладного пива — если охладится. Уже догадываюсь, чьих лисьих ручек это дело. Софи — та самая девчонка, что развлекала меня в прошлый мой визит, сейчас аж из кожи вон лезла, чтобы доставить мне удовольствие.

Она и раньше ко мне неровно дышала, а сейчас, как узнала, что я не просто мелкий дворянчик, а целый лорд, совсем «поплыла». Сверкала своей белоснежной улыбкой, кидала томные взгляды и неизменно замирала у меня на виду в самых многообещающих позах.