Я не стал с ним спорить, — просто сказал:

— Погоди ты со своим «трахнем». Вик, куда он дел платок, ты видела?

— Видела. В халат сунул.

Влад встрепенулся, добыл из кармана отвертку, всем показал, прошептал с энтузиазмом:

— Так это превосходно! Приступаем к плану «Б»? Идем добывать халат.

— Да угомонись ты!

Я отнял у него отвертку, спрятал в рукав.

— Чего ты там собрался добывать? У врача прием до часу. Как закончит, как переоденется, как пойдет домой, тогда и добудем.

Парень согласился, подвинулся к Вере.

— Хорошо-хорошо, тебе виднее.

Я приподнял рукав — на часах был пять минут второго.

— Скоро выйдет, — правильно поняла мой взгляд Вика, — он никогда не задерживается.

И была права. Искомый объект появился в дверях поликлиники в час пятнадцать. Остановился на крыльце, раскурил сигарету. Вика шмыгнула за меня, повернулась к зданию спиной.

Врач скользнул взглядом по Вере, не нашел в ней для себя ничего привлекательного и неспешным шагом направился к парку.

— Проследить бы за ним, — вполне резонно предложил Влад.

— Я могу! — Тут же вызвалась его благоверная.

— И я! — Поддержала ее Вика.

— Тебе нельзя, — мне пришлось ее осадить. — тебя он слишком хорошо знает.

Я перехватил Веру за запястье.

— Проследи за ним аккуратно. Близко не подходи. Иди так, словно гуляешь. Это ни у кого не вызовет подозрения. Мы с Владом, как закончим, будем тебя ждать здесь, в машине.

Она кивнула и сразу отправилась вслед за врачом. Вика слегка обиделась.

— А мне что делать?

Я обнял ее за плечи, сказал:

— Не дуйся. Он тебя точно узнал бы. Зачем рисковать? Лучше пойдем, покажешь нам, где эта раздевалка.

Девчонка сразу забыла про обиды, подхватила нас под руки.

— Идем! — И тут же смущенно призналась: — Правда, я сама не очень хорошо помню, где это.

Последнее заявление меня отчего-то не насторожило. Как скоро выяснилось, зря.

Никто не знает, почему цокольный этаж советских лечебных учреждений мне всегда напоминал катакомбы или даже лабиринт Минотавра? Никто? Так я скажу — из-за жуткой запутанности, разветвленности и нелогичности. А если провожатый по ним оказался счастливым обладателем топографического кретинизма, то все — пиши пропало.

Вика растерянно блуждала по коридорам, с каждым шагом убеждая нас в бесплодности надежд на счастливый исход авантюры.

— Ты помнишь, куда идти? — Не выдержал наконец Влад.

— Помню, — неуверенно ответила девчонка.

— И куда?

Она беспомощно огляделась и пожала плечами. Потом призналась:

— Не знаю. Извините, я, правда, хотела помочь.

Влад пробурчал себе под нос извечное «бабы» и благоразумно сменил тему:

— Что делать будем?

Я огляделся. К нашему счастью здесь было совершенно пусто. Не приходилось изображать идиотов и ломать голову, придумывая правдоподобные объяснения. Зато вполне можно было реализовать один план. Его я и озвучил:

— Ищем любой выход наружу или лестницу.

— Зачем, — не понял Влад.

Куда идти было все равно. Вместо ответа, я повернул налево, пошел вдоль облупленных стен, беленых труб и редких дверей. По ходу принялся объяснять свою идею:

— У любого выхода должен быть план эвакуации. Там, обычно, все помещения обозначены. Попробуем найти там эту чертову раздевалку.

Глаза у Влада загорелись. Он уверенно ткнул пальцем в обратную сторону. Прошипел серьезно:

— Тогда нам нужно туда.

— Почему? — так же шепотом спросила Вику.

— Потому что лестница там. Мы оттуда пришли.

Я к этому времени успел окончательно заблудиться, поэтому словам друга восхитился и усомнился одновременно:

— Ты уверен?

— Обижаешь! — Протянул тот довольно. — У меня фотографическая память. Точно туда.

Туда, так туда. Какой смысл спорить? Лучшей идеи у меня все равно не было. Память Влада не подвела. Выход нашелся метров через двести пятьдесят. У двери висел нужный план, закрытый оргстеклом. Изучать его я предоставил другу.

Вика вела себя тихо, как мышка. Я просто ждал. Поиски раздевалки заняли у парня буквально пару минут.

— Совсем чуть-чуть не дошли, — обрадовал нас он.

— Что, — удивилась Вика, — идем обратно?

Он многозначительно хмыкнул, поведал:

— Ага. Пошли бы, куда хотел Олег, наткнулись бы метров через двадцать и так, без всяких планов. — А после поднял палец вверх и выдал важно: — Магия!

Я пожал плечами.

— Хватит болтать, веди давай.

Влад не смог сдержаться, сложил на груди ладони, отвесил в мою сторону поклон, гундосо протянув:

— Слушаюсь, о, великий!

Мне жутко захотелось отвесить ему подзатыльник. Сдержался с трудом. Зато Вику эта выходка невероятно развеселила. Хихикая, перемигиваясь и подталкивая друг друга, он понеслись вперед. Я шел следом. Шел и пытался понять, за какие такие заслуги судьба одарила меня верными друзьями? Ответа у меня не было. Зато я точно знал, что без них жизнь моя была бы пустой, ненастоящей.

Белый халат висел на крючке. Внизу, на донышке стояли стоптанные сандалии. Сверху на полочке лежали спичечный коробок и пачка Явы. Шкафчик распахнул перед нами свои сокровища, правда, не совсем так, как ожидалось.

— Ты же говорил, что вскроешь? Ты же говорил, что легкотня? — Не сдержался от подколки я.

Влад пожал плечами и сунул отвертку в карман. Заморачиваться с замком он не стал, попросту отжал дверцу. Сейчас стоял гордый и довольный.

— А что не так? — Притворно удивился он. — Вскрыл же! И потом, я не говорил, что буду открывать замок.

Действительно не говорил, с этим сложно поспорить. Вика протиснулась между нами, пощупала пальцем край шкафчика, осмотрела дверку, сказала:

— И не заметно совсем. Нашли из-за чего спорить!

А потом деловито принялась ощупывать карманы. Влад восхищенно присвистнул, выдал:

— Вот, смотри, Олег, что значит настоящая боевая подруга!

И тихонько затянул:

На последней фразе сообразил, что песня не в тему, поперхнулся, смутился и постарался сгладить неловкость:

— Молодец, короче! — Сказал он важно.

— А ты дурак, — в тон ему ответила Вика и вынырнула из шкафчика. — Платка нет…

Лицо у нее стало обиженным.

— Как нет? — Возмутился Влад. — Как это нет? Это что все зря?

Он сам сунулся внутрь и все перепроверил. Как и следовало ожидать, за эти пару минут платок в карманах не появился. Влад распрямился, едва не жахнул дверкой, но сдержался.

— С собой забрал гад!

Это было фиаско. Это был полный облом. Но разбираться с ним следовало не здесь.

— Шкаф закрывай, — велел я.

— Как я его тебе закрою? — Буркнул парень. — Я же не волшебник.

Он, как мог, поправил все внутри и просто прикрыл дверку, а после прошептал:

— Пора делать ноги. Счастье, что нас тут никто до сих пор не застукал.

Вера уже ждала у входа. Она нетерпеливо поглядывала в сторону парка, заметно нервничала. Влад, увидев ее, расстроился еще сильнее, не выдержал:

— Упустила? — Крикнул он.

Девушка вздрогнула, обернулась, постучала себя кулаком по лбу, потом призывно махнула рукой:

— Идите сюда.

В моей голове ясно оформилась отчаянная мысль: «Какого дьявола я, взрослый мужик, почти пенсионер, влез в эту авантюру? Какого черта, мне не сиделось спокойно? Мог бы просто взять деньги Маринича, Вику и уехать отсюда к чертям собачьим. Так нет, решил поиграть в благородного мстителя! Робин Гуд, мать вашу!» Впрочем, мысль эта загнулась, едва родившись. Глаза моих друзей горели азартом. Они были настроены довести дело до конца, несмотря ни на что. А, значит, и мне нельзя было отступать.