Лин «танцует», жаля своего противника, словно бешеная оса, Марк закидывает демонов ножами и стрелами из дальних рядов... Но дальше мне разглядывать происходящее было уже некогда — меня снова атаковали. Подхватив с черной земли оброненный кем-то короткий меч, еле успеваю защититься. Удар такой силы, что клинок вырывает из моих рук. Окутанная синим пламенем фигура наносит новый удар.

Быстро… Очень быстро! И нисколечко не мешают ему торчащие из груди горящие стрелы. Уворачиваюсь из последних сил — чувствую, как трещат от натуги мышцы, но всё равно не успеваю. Коготь монстра цепляет мое плечо, вызывая вспышку боли, секундой позже еще одно ранение в ногу…

В отличие от демона, что стал еще быстрее, я, напротив, теряю силы. Давненько я не чувствовал себя таким беспомощным... Понимая, что следующего удара избежать я уже не смогу, теряя равновесие и закрывшись руками крест-накрест, падаю на задницу... Инстинктивно закрываю глаза, ожидая новую вспышку боли — руки мне сейчас точно переломает... Но ничего не происходит. Слышу изумленные вскрики своих бойцов.

Открыв глаза, смотрю на то, как мой противник, стоя, прогорает оранжевой свечой. Искрит, засыпая всё вокруг окалиной. Даже в трех шагах от него ощущается сильный жар. Мертв? Ну уж, наверное, оглядевшись, наблюдаю похожую картину везде. Магия, даровав берсеркам последний шанс, забирала их жизни…

Те твари, которых не удалось завалить, догорают, а наши, воспряв духом, бьют оставшихся в живых обычных демонов. Лин стоит над изрубленной на куски парой тлеющих рогатых трупов. Поднявшись, прихрамывая, я подбираю потерянный меч и стороной обходя некогда живой факел, направляюсь к ней. Считаю выживших...

Хорошо нас потрепали... Кажется, теперь нас вдвое меньше, чем прежде... Если бы мы не стояли на пороге нашей цели, после сегодняшнего боя пришлось бы возвращаться...

В деревню заходить мы не стали. Зачем? Не вырезать же женщин и детей за то, что у них растут рога? Пусть и измененные магией, однако все же это были люди. Чужие и чуждые нам, но это ведь мы пришли на их землю...

Забравшись на высокий камень-столб у входа в «храм», я наблюдал, как за невысоким частоколом маленькие рогатые детишки неугомонно лезут посмотреть на страшных пришельцев, а их взволнованные матери за уши тащат сорванцов куда подальше. Смотрел, как тонкие, еще не совсем окрепшие юноши, вооружившись копьями, нервничая, ожидают нашей атаки, а сгорбленные старики показывают неумехам, за какой конец держать древко.

Вижу ярость и ненависть в их красных глазах. Заслуженную. Я ведь пришел в их дом, оскверняю священное место... Стыдно мне за это? Нет. Может, я и оттаял слегка, но мне нет дела до чужих бед. Сами виноваты в том, как всё пошло. Не будь эти твари столь самонадеянны и принципиальны — могли бы договориться.

— Идут! — подал сигнал часовой, но я и сам уже видел небольшую группу приближающихся к нашей стоянке людей.

Трое крепких мужиков, кучер, правящий бычком, который тянул небольшую с крытым тканью верхом. На лавочке внутри сидели двое. Один — белобородый, хорошо знакомый мне седой старик. Одетый в дорожный берет и темный плащ бордового оттенка, он улыбался мне во всю ширь. Второй больше напоминал странствующего монаха — ряса и капюшон плаща, натянутый на глаза. Вечерело, поднимался обычный для этого времени суток холодный ветер.

— Привет, старый друг! Рад, что ты добрался, — поприветствовал я Леонарда.

Тот поправил сбившийся набекрень в результате моих объятий берет и недовольно пробурчал.

— Мог бы побыстрее справиться, Артур. Мои кости не привычны к такому климату и чертовски портят мне жизнь. Чем раньше мы отсюда уберемся, тем лучше, — отчитав меня, старик развернулся и, указав рукой на своего спутника, представил: — Это мастер Айван Брайт. Специалист по артефактам древних, о котором я тебе рассказывал.

Пожилой мужчина все так же кутался в плащ. Его борода была такой же длинной, как у Леонарда, но, в отличие от первого, казалась идеально белой, стриженной. Будто он только что вышел от цирюльника, а не провел три недели в дороге. Я подал ему руку для приветствия, но тот брезгливо отстранился.

— Здравствуйте, молодой человек. Вы бы на руки свои посмотрели, прежде чем их людям протягивать, — поздоровался мужик недовольным тоном.

Чистоплюй хренов! Захотелось пнуть нахала, но я наступил своей гордости на горло. Не время для склок.

— И вам не хворать, мастер, — небрежно бросил я, демонстративно потеряв к собеседнику интерес.

Леонард хотел было что-то сказать, но, глянув на нас, передумал.

— Пойдемте, нечего стоять на ветру, — позвал я их.

Большая часть моих людей находилась в «храме», еще немного, и к нам присоединятся часовые — спать под открытым небом без крайней необходимости никто не собирался. Места было здесь немного, но на головах друг у друга не сидели.

— Привет, Леонард, — махнула рукой Лин.

Обычно они не ладили, однако в этот раз она сама подошла к старику, а тот, вместо колкой шуточки, даже приобнял ее. Рядом вырос Марк и протянул руку ученому.

— Это не обычная лаборатория, — сразу перешел к делу Ловкач. — Я плохо разбираюсь в старых рунах, но это нечто другое...

Старик подошел к металлическому, огромному, испещренному символами кругу.

— Тут ты прав, Марк. Это место побольше будет, чем мы рассчитывали, — утвердительно кивнул старик, однако в голосе его особого удивления не было. — Мастер Брайт. Не поможете нам разобраться с этим?

Мужчина вышел вперед, осмотрел дверь, чем по сути являлась эта металлическая плита, и потребовал инструменты. Кучер, сопровождавший их прежде, был тут как тут. Подал белобородому саквояж, и тот выудил из него необычного вида железяку — два штыря на поперечной планке. Сместив эти отростки ближе к центру, он примерил их к отверстиям в стальном круге. Еще что-то откорректировал и, вогнав в незаметные до этого щели, попытался повернуть. Безуспешно. Но мужик не расстроился.

— Двое, кто покрепче, хватайтесь за штыри и крутите против часовой стрелки, — отдал он команду.

Крепче нас с Лин тут никого не было. Взялись, поднажали. Внутри плоскости, разрывая рисунок, начал проявляться еще один диск. Участок размером с баклер словно пружиной вытолкнуло из поверхности… Внутри оказалось полое пространство с небольшой выемкой, в которой был вставлен «взрывной» артефакт — брат-близнец того, что я забрал у Литлби. Только серый и безжизненный.

— Давай сюда элемент, — Брайт протянул руку Леонарду, и тот подбоченился.

Вытащив старый опустошенный шар из креплений, белобородый воткнул новый заряженный. По проволочкам-каналам голубоватым свечением побежала энергия. И вот уже вся дверь светится паутиной из древних надписей. Прикоснувшись к какой-то руне, Айван заставил сегмент втянуться в поверхность. Еще пара нажатий, и дверь со скрежетом и грохотом, вызывая легкое сотрясение, медленно поползла в сторону.

— Почему всё так просто? — изумилась Лин.

— Потому что сдох основной элемент питания, — объяснил Брайт, так что понятнее не стало. — Настройки системы безопасности перешли в режим отладки. Иначе пришлось бы месяц-другой кирками поработать, пробиваясь сквозь толщу скалы.

Дверь к тому времени остановилась, и Айван, снова сделав пару пасов, вынул из нее питающий шар.

— Зачем? — удивится я.

— Это резервный пульт, пригодный только для того, чтобы открыть хранилище. Отсюда мы даже пару коридоров светом не запитаем, нужно найти главный терминал.

Не думаю, что кто-нибудь, кроме Леонарда, хоть что-то понял. Может быть, еще Марк… Нет, Ловкач, поймав мой взгляд, тоже недоуменно пожал плечами.

— Нам нужен свет, — Брайт сделал шаг во тьму.

Я хотел, хотел было распорядиться, чтобы запалили факелы, но вслед за белобородым шагнул Леонард. В его руке ярким светом засверкал напоминающий свечу артефакт. Круг света лишь немного разогнал тьму, но и этого хватило для того, чтобы Айван сориентировался.