Решив не проявлять норов, я уселся на предложенный мне неудобный стул. Настоятель перевернул пару листов в папке на своем столе, прежде чем обратится ко мне.

— Мы провели детальное исследование вашей крови и тканей, Артур. Выкладки Леонарда полностью подтвердились, впрочем, как и ваши догадки. «Гниль» всё ещё убивает вас, а запас маглитов в клетках снизился до критического уровня. По самым оптимистичным оценкам, смерть наступит в течение трех-четырех месяцев, скорее всего, не более чем через два, — Иоганн молча смотрел на меня, давая время осознать сказанное.

Не удивил. Где-то так я себе и отмерил — максимум полгода. Вопрос в том, есть ли нам о чем разговаривать... Конечно же есть. Иначе зачем здесь столько народу собралось?

— Полагаю, у вас есть решение данного вопроса? — предположил я.

— Всё верно. Мы не только знаем формулу эликсира, способную уничтожить «заразу», но даже можем его синтезировать, — ответил Настоятель. — Однако мы не будем это делать.

— Дорого? — уточнил я.

— Неразумно, — улыбнулся он мне. — В нынешнем положении, прошу прощения, вы идеальный для Академии инструмент.

— Боитесь потерять рычаг давления, — понимающе кивнул я. — Однако не слишком-то долговечный инструмент у вас получается...

— С этим мы как-нибудь справимся, «внешник», — буркнул мужчина в белой мантии, а Настоятель укоризненно на него покосился.

— Великий схимник Новиль невежлив, но прав, лорд Лоуденхарт, — опять взял слово глава Академии, кивнув секретарю.

Тот, прежде даже не шелохнувшийся, достал из складок своей мантии небольшой флакончик с ярко-красной жидкостью, продемонстрировал мне его.

— Мы рассчитали дозу амброзии, что продлит вашу жизнь на год. В этот срок вы должны уложиться с нашим поручением. Что скажете, лорд Лоуденхарт?

— Будто у меня есть выбор...

— Всегда можем вернуть тебя на Арену, — скривился в усмешке Новиль.

— Может, так и правда будет лучше, — вскинул подбородок я.

— Хватит, брат Новиль, — повысил голос Настоятель. — Ваши комментарии не способствуют конструктивному диалогу.

Толстомордый великий схимник хотел было ответить, что думает по этому поводу, но под тяжелым взглядом своего коллеги смолчал.

— Лорд Лоуденхарт, вы правы, выбор невелик. Но это не значит, что он плох. Задача перед вами будет стоять сложная, но выполнимая.

— Слушаю вас... — кивнул я, соглашаясь.

— Что вы знаете о создании эликсира молодости?

— Только-то ингредиенты для его очень создания редкие, — пожал я плечами.

В целом верно. Ингредиенты редки и дороги, но это всего лишь ископаемые. Другое дело так называемые алхимические кубы — устройства, соединяющие ингредиенты и превращающие их в магниты. Вся древняя алхимия, по сути, завязана на их создание, а амброзия лишь один из базовых эликсиров... Вот с кубами у нас и проблема.

На лице Новиля при этих словах отразилось крайнее возмущение.

— Зачем ему это знать, Иоганн? Если он растрепит... — вспылил он, но был остановлен Настоятелем.

— К чему столько эмоций, брат? Это давно уже не секрет. Там, за стенами, — мужчина неопределенно махнул рукой, — Не идиоты Амброзию варят. Работают на том же оборудовании и прекрасно осознают, почему темпы производства эликсира сокращаются. Сколь бы оборудование древних ни было надежным, однако время не щадит и его. Все мы в одинаковой ситуации.

Великий схимник неодобрительно фыркнул, но всё же дал настоятелю продолжить.

— Собственно, об этом у нас и пойдет разговор, лорд Лоуденхарт. Нам нужен человек, способный отыскать в Пустошах новое алхимическое оборудование, — глава Академии дал мне время обдумать сказанное.

— Зачем вам человек извне? — задал я самый главный вопрос.

— Потому что нас зажали, как ни прискорбно это признавать. Империя, Маолин и Александрия следят за каждым нашим движением. Стоит сделать шаг, как их разведчики тут же прикрывают на «воздух». Догадываются, что в пустошах могут быть старые, еще не тронутые никем лаборатории...

— А они есть? — прищурился я.

— Конечно, — улыбнулся Настоятель. — Местоположение одной из них нам доподлинно известно. Почти... Мы знаем район, где находится лаборатория.

— А сами не как?

— Как. Но если будем знать конкретное месторасположение. Быстрый марш-бросок, до того как наши конкуренты сообразят.

— И что мешает вам отыскать конкретное место?

— Всё то же. За нами следят. Сколь-нибудь значимые силы сразу же попадут в фокус внимания великих держав. А маленькая разведгруппа, как оказалось, неспособна справиться с такой задачей.

— Так пошлите еще одну!

— Семь! Семь раз мы отправляли разведчиков! — вспылил брат Новиль. — Малым группам там делать нечего.

— А что изменится, если в пустоши отправлюсь я? — до меня начало доходить, что за роль мне уготована, однако с первого взгляда это казалось сумасшествием.

— Всё! Для Александрии авантюрные походы в Пустоши в поисках несметных богатств...

— Вы всерьез считаете, что молодой аристократ, ни с того ни с сего вдруг решивший организовать поход на «черные равнины», не привлечет внимания спецслужб? — усмехнулся я.

— Конечно, привлечет. Даже если на это будут веские причины. Проверят и, если не найдут ничего предосудительного, будут незаметно наблюдать. Попытаются внедрить агента...

— Если они обнаружат мою связь с Академией...

— То год жизни, подаренный нами, станет для тебя сплошным кошмаром, — глумливо рассмеялся брат Новиль.

Иоганн в очередной раз шикнул на своего коллегу и продолжил:

— Эту связь будет крайне сложно обнаружить. Леонард мудро поступил, когда посоветовал путешествовать инкогнито. Да и легенду для похода мы организуем что надо. Подлинная карта пустошей времен Империи из рук самых настоящих торговцев редкостями, мелькавшая уже на аукционе...

— Удивительно, как всё быстро вы это организовали... — подивился я.

— Этот план осуществляется в десятках вариаций уже более пяти лет. Если не карта, то томящийся в застенках старый искатель или... Впрочем, неважно. Вашей задачей станет неспеша собрать людей и найти лабораторию.

— Вы говорите так, будто я уже согласился…

— Вы же разумный, лорд Лоуденхарт. Понимаете, что это риск... И шансов умереть будет немало, но это всё-таки шанс.

— Допустим... Предположим, мне удалось найти лабораторию. Что дальше? Предать вам найденные артефакты — все равно что подписать себе смертный договор.

— Разве будет ваша вина в том, что злостная Академия на вас напала и лишила трофеев?

— Погибнут люди... — сказал я, понимая, что это слабый аргумент, когда речь идет о собственной жизни.

Но у Иоганна был ответ и на этот вопрос.

— Спасая их, вы отдадите приказ бросить повозки с оборудованием... Но все равно вернетесь на родину с триумфом. Награбленных артефактов хватит не только, чтобы окупить поход, но и сказочно разбогатеть. Не так сказочно, как если бы вы привезли на родину алхимические кубы, но жить сожмите припеваючи.

— Всё-то просчитали, Иоганн...

— Этот план был в разработке много лет, — напомнил мне глава Академии. — У вас еще остались вопросы?

— Остались, но они подождут. В целом я согласен, но у меня будет условие...

— Ты не в том положении, чтобы ставить условия! — снова вспылил Новиль, и в этот раз Настоятель был с ним согласен, судя по выражению лица, но все-таки решил пойти мне на уступки.

— В пределах разумного, — кивнул он.

— Здесь на Арене есть люди, которых я хотел бы забрать с собой. Соратники и поморники.

— Зачем нам отпускать неподконтрольных нам людей, «внешник»? Сделав это, мы поставили под удар всю операцию... Никто не гарантирует, что они не сдадут тебя при первой же возможности!

— Придется рискнуть. Тем более, что я не буду посвящать их в детали... Скажу, что выторговал наши жизни, и заставлю присягнуть мне, и проконтролирую... Если не согласятся остаться здесь. В конце концов, мы в одной лодке, Настоятель.