Больно! Клинок тренировочной рапиры, увенчанный металлическим шариком, ударил мне по плечу, а затем снова и снова. Я крутилась, пытаясь отразить атаки или увернуться... Непрерывно получая чувствительные затрещины. Распаляясь всё больше, и в какой-то момент мир вокруг меня наконец-то вспыхнул красками. А в следующее мгновение я инстинктивно опустила плечо, пропуская над ним укол рапиры.

— Хорошо, продолжай, — оживился Монтелло.

И я продолжила. Ощущая внутренний подъем, сорвалась в атаку, пытаясь поразить своего учителя, играючи уворачиваясь от его атак. «Рисунок» вел меня «зелеными и голубыми линиями», заставляя избегать движений, что могли завести меня в оранжевые или красные зоны. Казалось, вот сейчас, еще мгновение, и я смогу дотянуться своим клинком до «маэстро». Азарт и легкость — вот что я ощущала! А потом... Монтелло решил, что увидел всё необходимое. И «окрасил» пространство вокруг себя в бардовые, «опасные» цвета, а местами и в черные тона смерти.

Мне стало не по себе. В какой-то момент я ощутила себя новорожденным котенком на фоне огромного волкодава. Осознание своей беспомощности. Казалось, что может быть хуже? Но демон напротив меня начал двигаться, неспешно сокращая дистанцию. Красные и черные тени, отбрасываемые им, стали окутывать меня. Ужас был следующей ступенью. Не знаю, как долго это длилось, но пришла я в себя в объятьях Ривьена.

— Всё в порядке, леди. Всё в порядке. Дышите глубже, это всего лишь паника. Такое бывает...

— Вы напугали меня до полусмерти, «маэстро», — высвободившись из его рук, слабо возмутилась я.

— Я лишь показал вам, насколько вы слабы и неопытны. А напугал ваш собственный дар, — возразил учитель. — Понятия не имел, что вы так на это отреагируете. Пожалуй, на сегодня хватит.

— Да уж, пожалуй, — храбрилась я, пытаясь прийти в себя.

— Я буду у вас послезавтра, продолжим на том, чем остановились. Но и вы, если хотите прогрессировать быстрее, постарайтесь уделять упражнениям хотя бы пару часов в день.

Откланявшись, он покинул наш дом, а я потерянная и опустошенная побрела переодеваться. До вечера надо прийти в себя и подготовиться к встрече с Леонардом... Морально. Теперь появился еще один человек, кроме Артура, который знает о моем происхождении.

И это «выбивало землю» у меня из-под ног куда больше, чем пошедший не по плану урок фехтования. Что, если этот знающий себе цену аристократ решит, что игнорировать моё новое положение — это игнорировать меня? Станет ли за меня заступаться Артур? А вдруг этот старик решит настроить его против меня? Боже, как противно осознавать свою уязвимость и не иметь возможности на это повлиять!

Вечер расставил точки над «i», оправдав все мои опасения. Леонард оказался тем старым, надутым, несдержанным на слово индюком, которого я боялась повстречать. Длинная белая борода, высокий, худой, одетый в мешковатую, расшитую какими-то рунами хламиду, он ошибочно напоминал доброго волшебника из сказок.

— Привет, Гай, — поздоровался он с Артуром, игнорируя мое присутствие.

— Привет, дружище! Знакомься, это Лин, я тебе про неё рассказывал. С недавних пор она числится моей сестрой.

— Здравствуйте, Леонард, мне много про вас рассказывали... — преодолевая себя, я постаралась искренне ему улыбнуться, но тот, окинув меня взглядом, подмигнул Артуру, будто шлюху какую оценил.

Лорд Лоуденхарт скривился, но проигнорировал этот взгляд. Небрежно кивнув мне мимоходом, старик начал доставать из чемодана какие-то инструменты.

— Ладно. Хватит заниматься ерундой. Открой рот, Гай. Не дергайся, мне нужно забрать материал с твоей слизистой, — поковырявшись у него во рту какой-то палочкой, он положил её в стеклянную банку и завинтил крышку. — А теперь закатывай рукав... Давай выше, пункцию будем брать из бицепса.

Длинная игла, которую он достал следующей, была столь монструозна, что даже обычно непоколебимый Артур начал отодвигаться. Демона с два... Учёный прервал попытку побега своей железной рукой и сходу всадил тонкий методический штырь прямо в руку лорда. Но на этом он не остановился — начал прикручивать к нему ещё какую-то стеклянную штуковину.

— Может быть, вытащишь это из меня? — нервно спросил «брат».

— Потерпи, альтернативой будет делать разрез... Это щадящий способ, — закончив свои манипуляции, старик резко выдрал иглу, заставив Артура вскрикнуть.

— Леонард, ты садист! — пожаловался бывший Антарес.

— Я учёный! И делаю исключительно то, что необходимо.

Дальше он сделал срезы ногтей, волос, а также отщипнул немного кожи возле пальцев.

— Теперь ты, дорогуша. Повернулся он ко мне!

— Ну уж нет! — вырвалось у меня. — И никакая я вам не дорогуша! Я леди Линдсис Лоуденхарт. Постарайтесь это запомнить.

Не собираюсь прогибаться я под этого гада. Пусть Артур и привык к такому подведению с его стороны, но я терпеть это не собираюсь.

— Артур, скажи своей женщине, чтобы она перестала выделываться! — снова начал игнорировать меня старик.

— Я не его женщина! — вырвалось у меня.

— Я знаю, кто ты есть, девка.

— Я тебе не девка, козел старый! — ничего не могла с собой поделать — меня «накрыло», рука инстинктивно пыталась, пытаясь нащупать эфес мой шпаги. — Я сестра наследного лорда, и если ты сейчас не вспомнишь о манерах, я проткну твою тщедушную тушку насквозь.

Учитывая, что из колотящего оружия у меня при себе была разве что шпилька, выглядеть это должно было весьма комично. Но Леонард почему-то не смеялся. Кажется, я снова скалюсь, словно бешеная волчица? Пусть так.

— Гай, скажи своей... — запнулся пожилой аристократ, глядя мне в глаза. — Что мне надо взять у неё материал.

— Я все еще здесь! — услышала я свой собственный охрипший голос, отметив краем глаза, как Артур довольно лыбится.

Его эта ситуация забавляет? Специально ведь довел до такого...

— Спокойно, Лин, для этого старого зануды такое поведение в норме вещей, — он всё-таки решил вмешаться.

— Плевать мне на его привычки. Либо он будет держать себя в рамках, либо я выцарапаю ему глаза!

— Выбор за тобой, Леонард, — усмехнулся Артур.

— Каблук! — сделал заключение учёный, но в мою сторону больше не произнёс ни единого грубого слова. — Откройте рот... леди.

Так-то лучше! Празднуя победу, я выполняла все требования ученого и даже не пикнула, когда мне в плечо воткнулась та огромная игла. Чем заработала его мимолетный, но уважительный взгляд.

— Надеюсь, я более не нужна? — спросила я больше из вежливости и, получив утвердительный ответ, поспешно удалилась.

Судя по приглушенным разговорам, Леонард ушел незадолго до полуночи, а на следующий день ворвался к нам с рассветом. Стучался так, что мы даже за оружие схватились. Переступив порог, он первым запер за собой дверь на засов и, выпучив глаза, осведомился:

— Есть здесь кто посторонний?

Осунувшийся, растрёпанный, в мятой, очевидно, вчерашней одежде: похоже, что старик не ложился сегодня спать...

— Только мы, — зевая, ответил ему Артур.

Из слуг мы в ожидании Леонарда, вчера отослали.

— Всё плохо, Гай.

— Который раз прошу, Леонард, называй меня Арт...

— К чёрту конспирацию! Не в твоём положении о ней беспокоиться...

Артур нахмурился, а я, кутаясь в плащ поверх ночнушки и сжимая в руке рукоять шпаги, почувствовала, как меня бьет озноб. Что там такое случилось?

— Если нас из-за тебя поведут на эшафот, я сделаю всё, чтобы ты ко мне присоединился, дружище, — попытался пошутить лорд Лоуденхарт.

— Ты можешь быть серьезней, пацан? — возмутился старик.

— Я предельно серьезен, Леонард. Твоя оговорка не в той ситуации может стоить нам жизни.

— Поверь мне, дурило, сдохнуть для тебя не вопрос возможности, а дело времени...

В этот раз Артура, кажется, тоже пробрало.

— Драные портки Спасителя, ты можешь перестать говорить загадками, Леонард?

— Не богохульствуй! — разозлился старик.

— Что крамольного в штанах, прикрывавших пресвятую задницу? Не ты ли утверждал, что ничего общего с богом он не имел?