Том передернул плечами от этой мысли. Не дай Бог!
«Лунник» они тоже загрузили золотом, но не доверху. Теперь осталось гадать, кто или что займет оставшееся место. Там можно было бы разместить их всех или, подождав пару часиков, то есть того момента, когда у них гарантированно кончится воздух в баллонах нагрести побольше золота на освободившиеся места…
Том заглянул в глаза товарищам. Мысли у всех, похоже, были одинаковые: возьмут — не возьмут, возьмут — не возьмут…
Он видел, как шевелятся губы за прозрачными лицевыми щитками, и читал по лицам. Кто-то молился, кто-то ругался, кто-то повторял какое-то короткое имя.
«Возьмут? Оставят?» — подумал Том. Неизвестность была мукой. Невозможно было стоять и гадать чем все это кончится, когда ты не в состоянии что-либо изменить. Ни проклясть, ни милости попросить… Господи! Чем же это все кончится!
Мысль, забежавшая в голову, оказалась настолько удивительной, что он перестал думать о неприятностях. Несколько секунд он прокатывая её туда-сюда… А почему бы и не попробовать? Не разбогатею, так развлекусь…
Том подошел к товарищам и знаком попросил свести шлемы так, чтоб его голос был бы слышен сразу двоим.
— Могу предложить пари. Ну, кто готов поспорить?
— На что? — оба были рады отвлечься от зубной боли поганых мыслей.
— Ставлю свою кучу золота, что нас туда впустят… Кто примет?
Джон азартно заворочал головой, но Сэм сообразил и засмеялся.
— А не хочешь наоборот поспорить, что они нас не впустят?
Тугодум Джо ничего не понял и попытался обговорить условия.
— Да я пошутил, — сказал Том. — И выяснил, что шуток вы, ребята, не понимаете…
Не вышло. Жаль… Если б выиграл, то имел бы две кучи золота на Земле. Ну, а если проиграл бы, то остался бы тут без золота. А зачем ему золото на Луне, пусть даже две большие кучи? Его тут и без того достаточно…
Он нашел генерала. Тот стоял в стороне, скрестив руки на груди.
— Господин бригадный генерал. Может быть что-то можно предпринять?
Корабли над ними превратились в лиловые звезды.
— Поздно… — процедил тот. — Слишком поздно…. Может быть другие…
Тогда Том спросил.
— Господин бригадный генерал. Как вы думаете, чем это все кончится?
Генерал чуть повернул голову.
— Для вас? Ничем….
— Ничем?
— Вы — рабочие. Они рабочих не трогают…
Он словно сговорился с большевиками!
В тоже мгновение из люка «Лунника» высунулся кто-то из русских и призывно замахал рукой. Народ зашевелился. Вздохов облегчения, конечно, никто не услышал, но это исключительно потому, что тут вообще ничего нельзя было услышать, а не потому, что их не было. На лицах читалось явное облегчение. Жизнь продолжалась.
Большевик знаками показал, чтоб они захватили лопаты.
Через полчаса они стояли в коридоре и первое, что услышал Том — просьбу не снимать скафандры. По громкой связи звучал веселый голос знакомого большевика.
— Господа пираты! Прошу скафандры не снимать. Поздравляю вас! Наша совместная работа закончилась. Руководство экспедиции благодарит вас за ударный труд….
Тому было слышно, как скрипят зубы у бригадного генерала.
— …и напоминает, что все наши договоренности остаются в силе. Предлагаю вам заменить кислородные баллоны. Через десять минут мы стартуем, и, надеюсь, благополучно сядем рядом с вашим кораблем. После этого вы можете взять на третьем складе столько золота, сколько сможете унести!
Люди радостно заревели. Власть золота была сильнее власти бригадного генерала.
— На все это вам дается час времени. Хочу напомнить, что остальные помещения корабля надежно заблокированы.
Третий склад Том помнил. Золото там просто лежало на полу огромной кучей. Он долетел туда одним из первых. Конус с пологими сторонами состоял из маленьких и не очень самородков. Одни были величиной с ноготь, другие — с человеческую голову. Таких было не много и именно к ним все бросились в первую очередь. Том стиснул кулаки и тихонько взвыл. Глаза разбегались оттого, что он видел. Куда его деть? Не было в скафандре ни карманов, ни сумок, ни ящиков. Остальные тоже оторопели, но он сообразил первым. Отстегнув шлем, он пригоршнями стал засовывать мелкие самородки за пазуху. Благородный металл сыпался внутрь, прокатывался по ногам и застревал там. Кто-то копался в золоте, отыскивая самородки покрупнее, но многие последовали примеру Тома.
Слава Богу, золота было столько, что драться из-за него никто и не подумал.
Глава 9
САСШ. Вашингтон. Май 1931 года.
…Президент чистил ножом яблоко и слушал, что говорили гости.
Его гостями в это утро были старый знакомый мистер Вандербильт и госсекретарь. Давние спорщики и тут нашли повод сцепиться. Один оппонировал другому. Президент в спор не вмешивался, пока только слушал, и лента яблочной кожуры становилась все длиннее и длиннее. Он молча поглядывал на пикировавшихся гостей.
— Да, господин Президент. Дела наши очень плохи. Слишком многое поставлено на карту. Связи с нашим кораблем пока нет и мы должны готовиться к самому худшему. Шансы наши — четыре против одного… Сами понимаете…
У госсекретаря на лице появилась гримаса, словно он ест кислое яблоко.
— Большевики могут появиться на Земле с таким огромным грузом золота, что он, если они пустят его в ход, может обрушить всю финансовую систему.
— Вы снова начали заниматься предсказаниями? — все-таки не выдержал мистер Стимонс. Миллионер отмахнулся от него одной фразой.
— Чтоб понять для чего большевикам золото не нужно большого ума. Маленького, впрочем, тоже. Это очевидно.
— Вы говорите об очевидности… Хотелось бы знать, почему ваши информаторы не сказали вам о такой очевидной вещи, что у большевиков четыре корабля? Четыре, а не один? Почему об этом мы должны узнавать от астрономов?
— Ответ прост. Я — частное лицо и у меня возможности частного лица. А вот почему вы об этом узнали только от астрономов, я сказать не могу. Скорее это я, как налогоплательщик, содержащий Госдеп, должен задать вам это вопрос. Почему?
Президент бросил нож на стол, оборвав дискуссию.
— Прекратите… Сейчас нет смысла посыпать голову пеплом. Если уж вы не можете не спорить, то спорьте не о том, кто виноват, а о том, что необходимо делать… У нас есть выбор?
Госсекретарь молчал, понимая, что не его спрашивают. Миллионер кивнул.
— Есть, но из очень невыгодных вариантов. Если мы допустим большевистские корабли на Землю, золото обесценится и случится крах мировой экономической системы. Большевики этим обязательно воспользуются и развяжут войну. Если мы собьем корабли большевиков — то почти наверняка это тоже означает войну.
— Третий вариант?
— Третий вариант, это если сработают наши военные, там, на Луне…
— Если? — желчно спросил госсекретарь.
— Четыре против одного… — напомнил миллионер. — На кого бы вы поставили при таких шансах?
— На своих…
— Вам предлагалось сделать это еще два года назад!
Президент постучал ножом по столу, обрывая грозящую вновь вспыхнуть пикировку.
— У нас есть техническая возможность помешать большевикам доставить груз на Землю?
— Есть.
Госсекретарь втиснулся в разговор.
— Я предлагаю рассмотреть сперва первый вариант. Их замысел понятен — но в этом случае они в первую очередь займутся Европой и надолго в ней увязнут. Думаю, что Европа этого безусловно заслужила!
— Это несправедливо! Европа — колыбель христианской цивилизации.
— Это как раз справедливо. Европа породила Маркса. Тот родил коммунистов. Коммунисты родили Сталина…
— Вы, господин Госсекретарь, выражаетесь как библейский пророк. «Авраам родил Исаака, Исаак родил Иакова…»
Президент только голову поворачивал от одного к другому. Молчал.
— Как бы там ни было, Европа своим вольнодумством заслужила такого конца.
— Вы видите только половину беды. Это будет не просто конец Европы. Это конец нашей Европы и начало Европы новой, социалистической. Вряд ли нам там оставят место. Что тогда делать? Лететь на Марс?