— Большевикам проще…
Это уже не гнев. Это жалоба. И профессор отозвался, как мог мягче.
— Бросьте, мистер миллионер. Ничуть им не проще.
Он стряхнул пепел прямо на пол, на персидский ковер.
— Слава Богу, пока идет война одиночек. Да. За теми, кто противостоит нам — государство. Только много ли там светлых голов? Раз-два и обчелся…
Он поморщился, что-то припомнив.
— Во всяком случае их там не больше чем нас. Так что мы имеем все шансы преуспеть.
— Преуспеть?
Вандербильт неожиданно спокойно покачал головой.
— Преуспеть? Неверное слово. Нам свой образ жизни спасать надо, да и самою жизнь… Вы осознаёте степень риска? Вы же прекрасно понимаете, что чтоб убить Систему, им даже не понадобится их канавокопатель.
Он задумался и медленно, словно мысль прямо сейчас и рождалась в нем, произнес:
— Я боюсь, что их спокойствие, после вашего непрошеного визита на их боевую станцию, как раз и говорит о том, что они более не связывают с ней никаких серьезных надежд… Теперь они надеются на лунное золото…
Грусть и обида, только что блуждавшие по его лицу, куда-то пропали. На мгновение миллионер задумался, словно взвешивая что-то.
— Может быть, все-таки мы поступим радикально? Не могли бы мы, например, взорвать их ракету к чертовой матери еще на старте?
Он словно увидел новый выход, разглядел перспективу. Мистер Годдард пожал плечами, не зная что сказать. Шутка это или нет? Одно дело воевать с большевиками на орбите, где вроде бы нет никаких границ, никаких законов и совсем другое устраивать взрывы и поджоги на чужой территории.
Миллионер поспешно добавил, чтоб снять все вопросы.
— Я заплачу…
Профессор покачал головой.
— Насколько я знаю, мои коллеги в России над этим уже работают, но, к сожалению, даже если это и удастся, это будет тактический выигрыш. В стратегическом плане это нам ничего не даст.
— Объясните почему?
— Во-первых, у них есть идея. К сожалению, уничтожить идею мы не сможем…
— Взрывы ракет действительно могут только несколько задержать большевиков, но ничего принципиально не решат, — влез в разговор до сих пор молчавший мистер Годдард. — Если мы взорвем ракету сегодня, то завтра они сделают новую. Мистер Кравченко уже уничтожил одну их ракету и что это дало? Ничего. Они спешно строят новую.
— И её взорвать… — привстал в кресле миллионер.
Теперь уже Годдард покачал головой и сказал таким тоном, словно говорил с несмышленым ребенком.
— Рано или поздно они её все-таки построят, и полетят.
— Во вторых, — невозмутимо продолжил профессор, — сейчас у них есть только один комплект «несгораемых» дюз, но рано или поздно они найдут польский минерал у себя и тогда мы ничем не сможем им помешать. И третье… Опасными они станут только тогда, когда и если вернутся.
Они переглянулись с мистером Годдардом, добавлявшим сигарный дым к профессорскому папиросному туману и улыбнулись друг другу. Что-то они знали такое, что миллионер пока не знал.
Мистер Вандербильт посмотрел на них внимательно.
— У нас есть, есть выход! — как мог убедительно сказал господин Кравченко, игравший в этом дуэте, видимо, первую скрипку. — Мы можем выиграть время, если большевистская ракета не просто так взорвется на старте, а пропадет. Взрыв на земле или нападение даст улики и повод для расследования, а если она просто не вернется… В этом случае коммунисты наверняка притормозят программу для выяснения обстоятельств. С другой стороны, насколько я в курсе нам еще не известно место, где они обнаружили золотые россыпи?
Мистер Вандербильт кивнул.
— Таким образом, очевидно, что лучшим выходом для нас является перехват их ракеты после старта с Луны, а еще лучше — уничтожение её после того, как она только туда сядет.
— То есть пусть летят? Не мешать им?
— Да. Пусть летят, пусть даже на Луну сядут, но не возвращаются!
Миллионер поднял брови.
— Это у вас не патриотизм взыграл, профессор?
Русский профессор покосился на американского коллегу и примирительно произнес, выведя папиросным дымом волнообразную линию:
— Бог с вами, мистер Вандербильт. Я патриот России, а не Совдепии… Не ставьте знака равенства между ними.
— Чтоб ваш план сработал, — медленно сказал миллионер, — мы должны оказаться около Луны раньше большевиков…
— Верно. Для этого мы и собрались сегодня. Мистер Годдард, прошу…
Он посмотрел в сторону Годдарда. Тот, не вставая, откликнулся.
— Мистер Вандербильт. Я готов отчитаться о готовности Первой Лунной Американской экспедиции.
Миллионер кивнул. Ученый поднялся, одернул пиджак.
— Задачу, которая стоит перед нами, я формулирую следующим образом. Мы не должны допустить попадания к большевикам сколько-нибудь значительных объемов золота с Луны. Любые наши действия, направленные на это, оправданы и моральны. Вот уж действительно — цель оправдывает средства. Мы спасаем наш мир! Инструктируя мистера Линдберга, я постарался внушить ему эту мысль.
Мистер Вандербильт помнивший нелегкий характер своего секретаря спросил.
— Ну и как он воспринял все это? Неужели просто поверил на слово?
— Я напомнил ему историю с испанским золотом.
Годдард глянул на собравшихся и, на всякий случай, напомнил.
— Когда испанцы, захватили Южную Америку, оттуда в Старый Свет хлынул поток золота и серебра. Его было столько, что во всей Европе не нашлось товаров, чтоб купить их на это привезенное золото, и оно стало стремительно дешеветь. По существу это был первый экономический кризис… Тогда Европа устояла — просто нечему было падать. Но если это допустить сегодня, экономическая катастрофа будет куда как более страшной.
— Его это убедило?
Мистер Годдард замолк, подбирая выражение обтекаемое, но все же верно передающее суть того разговора.
— Да. Он согласился с необходимостью крайних мер. Экспедиция укомплектована людьми и оборудованием. Он готов вылететь хоть завтра.
— Но, док…
Профессор поднял руку, опережая миллионерские возражения.
— Да, Луна велика. Да, мы не знаем, где большевики нашли золото. Да, мы не знаем, когда они туда отправятся…
Он замолк на миг, ожидая, что миллионер что-нибудь добавит или возразит, но никто ничего не сказал. Сказанного уже было достаточно, чтоб опустить руки.
— Но благодаря моему двигателю мистер Годдард построил такую ракету, которая может дождаться большевиков на орбите Луны! Пусть даже они соберутся туда через месяц!
Мистер Годдард машинально кивнул, хотя в его сторону никто не смотрел.
— Мощь усовершенствованной ракеты позволяет нам взять с собой запасов на три месяца для трех десятков человек.
— А если…
— Не думаю, что большевики станут откладывать свой полет. Ну а, в крайнем случае, мы за это время переоборудуем еще одну ракету и подбросим вашим парням гамбургеров и кока-колы.
Глава 5
СССР. Москва. Кремль. Апрель 1931 года.
…Генеральный стоял спиной к столу. Тихий разговор товарищей Менжинского и Ягоды не мешал думать. Разговор шел о Первой Советской Лунной Экспедиции. Доклад не мог не порадовать. Еще несколько дней, ну неделя — другая и можно будет начинать операцию по ликвидации капитализма как социально-экономической формации. Генеральный вздохнул. Конечно, дело Ленина-Сталина живет и побеждает, но не слишком ли легко? Не слишком ли все так удачно складывается, что неоткуда взяться камешку покрупнее под колесо Мировой Революции?
Через плечо он спросил.
— Насколько нам известно американцы готовят свою экспедицию… Это может как-то помешать нашим планам?
— Я… Мы не видим такой возможности, товарищ Сталин. Те задачи, которые они ставят перед собой, во всяком случае те, о которых нам известно, скорее идут на руку нам, нашему плану.
Ягода чуть слышно хмыкнул.
— Точнее мы составляли свой план с учетом американского плана. Он достаточно уязвим. Особенно изнутри…