Слабым утешение служило то, что нападавших на станцию в самом начале было десятеро. И шестеро уже никогда не уйдут отсюда… как и кучер, и пара почтовых охранников, и хозяева станции…
Тут за спиной послышался грохот выбиваемого стекла. Это конец, мелькнуло в голове человека.
Лина с разбегу врезалась в окно, вышибая стекло вместе с хрупкой деревянной рамой, и залетела внутрь, прикрывая лицо от рассыпавшихся по полу осколков. Разбиравшая ее безадресная злоба только добавила ей прыти. Мельком оглядевшись, она в кувырке ушла в сторону забаррикадировавшегося длинным столом человека. Мгновение ошеломленного промедления стоило оркам еще одной жизни, потому что исполнившаяся хладнокровного ужаса девушка швырнула в их сторону зажатый в руке флакон «едкой тьмы» и в длинном, стелющемся выпаде достала одного из противников в живот. А вот зря, зря вы брезгуете кольчугой, господин наемник, проскочила мимолетная мысль.
Нырнув под защиту стола, Лина отбила выпад слева, злобно оскалившись и изощренно ругнувшись на темном наречии. Ошалелый вид человека в форме приграничного курьера не оставлял надежды на разумный диалог. Хорошо, что хоть атаки он отражать не забывает!
– Орки, Тил! – во всю глотку заорала Лина, внимательно наблюдая за перегруппировавшимися наемниками, на которых весьма обнадеживающе подействовал едкий туман, застлавший ползала.
Их движения несколько замедлились, двое, зажмурив слезящиеся глаза, слаженно прикрывали спины друг друга, напряженно вслушиваясь в тихое шуршание и медленно поводя клинками перед собой. Профессионалы, уважительно подумала девушка, затаив дыхание. Курьер неподвижно замер у стены, полуприкрыв глаза.
Третий орк, зажимая живот, скорчился на полу.
В носу засвербело, и, не имея возможности зажать нос, девушка пронзительно и звонко чихнула. И тут же в отчаянном рывке пришлось уворачиваться от стремительного двойного удара тяжелых кривых мечей, подставив скользящий блок. Один клинок просвистел, срезав кончик косы, второй скользнул по лезвию подставленного «брата» и отлетел в сторону.
– Тьма! – поделилась с миром своим негодованием ведьмочка, выдыхая сквозь стиснутые зубы, вновь и вновь принимая на левую руку мощные размашистые удары и сплетая свой клинок с ятаганом напирающего справа орка.– Где же вы, некроманты?!
На краю зрения две ослепительно-белые искры, сорвавшиеся с рук Рилана, добили раненого в живот, выпив остатки его жизненных сил. Подпрыгнув, Лина в развороте ушла от нижней атаки, заметила, что курьер обломком своего меча не успевает и не может отразить устремившееся к нему лезвие, и, обмирая от пьянящего страха, со всей силой обрушила сразу оба клинка вниз. Ятаган жалобно хрупнул и переломился. Его хозяин что-то неразборчиво заорал в ответ на неприятную улыбку превосходства, скользнувшую по губам девушки, но тут зал залило мертвенно-зеленое сияние.
Кучер, валявшийся неопрятной кучей под ногами сражавшихся, шевельнулся и мертвой хваткой вцепился в попирающие его сапоги. Орк с рассеченной грудью поднялся и неловко поднял ятаган, трое охранников, зарубленные в самом начале сражения, подволакивая ноги, подхватили алебарды…
Налетчики рубились отчаянно. И куда делась их показная бравада? Лина тихонько постояла в сторонке, наблюдая, как понимание озаряет их лица яростью, но… зомби не чувствуют ни боли, ни страха и если уступают умением, то давят числом.
Когда на пол наконец рухнули чуть ли не на куски порубленные тела, мертвяки потерянно замерли посреди зала, и зеленое сияние, истончившись, наконец исчезло. Стряхнув собачьим движением противное ощущение накрывающей ее с головой липкой паутины, побочный эффект некромантских чар, Лина перемахнула через сваленный набок стол, аккуратно обошла лужи крови и, помахав рукой перед лицом одного из зомби, спросила:
– И как упокаивать будете, господа?
Вид столпившихся в дверях некромантов, взирающих с недоуменным и немного священным ужасом на дело рук своих, вызвал у нее насмешливую улыбку.
– Что-то вы зеленые-е… – заметила она.
– Это ты больно весела… – буркнул Тилан, отворачиваясь от неприятной картины и стараясь сохранить в целостности содержимое своего желудка.
– Знаешь,– посерьезнела Лина,– после вручную оторванных голов это не впечатляет.– Она оглянулась на курьера, бессильно прислонившегося к стене.– И вообще, зачем столько подняли?!
Рилан смущенно отвел глаза, по стеночке пробираясь к лестнице на второй этаж:
– Мы испугались…
– Правильно!
– Ты так заорала! Вот мы с Милой и постарались…
– Перестарались! Можно было догадаться, чьих рук дело… Еще бы не заорала, кстати! Вас до-олго не было!
– Это ты, Лина, слишком быстро бегаешь! – возразила Милава.
– Ну уж… – недоверчиво протянула девушка, задумавшись о том, живы ли хозяева и будет ли обеспечен им приличный ночлег как спасителям почтовой станции.
– А и в самом деле, не многовато ли вы подняли, братец? – Сглотнув, Тилан очнулся от созерцания кровавых разводов и обратился к насущным вопросам. Действительно, кучер, трое рядовых охранников, один работник станции и трое орков – многовато для двух третьекурсников, пусть даже один из них – некромант природный.
– Говорю, испугались мы…
– И что?
– Не проконтролировали количество Силы, выложились досуха! И векторы забыли!
– Что?! – завопили хором Тилан и Лина.– А как их теперь обратно отправлять?!
Мила скромно встала в сторонке, и все упреки обрушились на Рилана…
– А если со всей округи сейчас сбегутся? – высказался Тил.
– А на подчинение поставили? – громко возмутилась Лин, все сильнее мечтающая о постельке и намеревающаяся воплотить в реальность сей замысел как можно скорее.
Уж очень утомительны оказались все эти сражения. Ныла расцарапанная коленка, голова кружилась от едкого аромата, а правый бок превратился в сплошной синяк. Усталость растекалась по телу парным молоком…
Спор, плавно перетекающий в безобразную склоку, прервало вежливое покашливание. Курьер наконец очнулся от ступора и подал голос:
– Господа некроманты! – Все четверо стремительно развернулись к нему, демонстрируя разную степень раздражения, от покорного у Рилана, до стремительно сползающего в бешенство у Лины.– Вы подняли всех мертвецов в этом доме?
– Ну… да.– Легкая неуверенность в голосе Тилана не осталась незамеченной.
– Значит, остальные живы? – логично предположил мужчина и указал на тела за стойкой.
А также на художественно раскинувшееся на пороге неподвижное тело одного из налетчиков.
Лина восхитилась такой практичностью и не сразу обратила внимание на то, что все присутствующие как по команде уставились на нее. А заметив, насторожилась:
– Вы это чего?
– Ты же у нас алхимик? Вот тебе занятие почти по профилю! – Милава ласково улыбнулась, указывая на предполагаемых пациентов ведьмочки.
Та недовольно скривилась, понимая, что сон и прочие блага цивилизации удаляются на неопределенное время, а потом одарила присутствующих самой мрачной и ядовитой улыбкой из своего арсенала.
– Вы еще об этом пожалеете!
Лина очень-очень не любила оказывать медицинскую помощь.
ГЛАВА 4
Спать в эту ночь так никому и не пришлось. Озлобленная ведьмочка каждому нашла дело, чтоб никому не было скучно. Тилан и Рилан сначала убирали от порога остов полусгоревшего фургона, затем таскали от колодца ведра с холодной чистой водой, а в огороды – с теплой, окрашенной в розовый цвет. Милава надраивала полы в зале, нетерпеливо гоняя тупых зомби, умудрившись одного таки упокоить обратно. Курьер натачивал зазубренный ятаган, реквизированный у одного из трупов, и помогал ведьмочке. Пассажирка, типичная молоденькая жительница приграничья, вертелась рядом, только мешая. Во время сражения она забаррикадировалась в одной из комнат и, когда ее начали оттуда вызволять, едва не прирезала Рилана длинным острым кинжалом…