Встав, Повелитель неторопливо подошел к витражному окну, отслеживая полет письмоносца. Итак, последние указания отправлены к выбранному исполнителю, лучшему в своем деле. И через несколько дней все решится наилучшим образом.
Дроу предвкушающе улыбнулся.
На миг задумавшись, стоит ли отзывать степные дозоры, решил, что не стоит. Это может насторожить не только кланы орк’ха, но и людей. А вот отправить им в помощь нового главу дома Шейт’Ан… прекрасная идея.
Очень удачно, что Д’Хани покинула город именно сейчас. Планируемая в степи встреча не обойдется без ее участия, и, разумеется, в крепость она вернется не только в компании своих некромантов.
ГЛАВА 14
Лина задумчиво стояла на берегу моря, разглядывая горизонт. Красота… Яркое небо, плещущаяся под высоким обрывом вода, такая прозрачная, что каменистое дно видно почти до самого горизонта. А глубина моря у самого берега, кажется, превышала человеческий рост, хотя вода плескалась почти у самых ног. Если лечь и опустить руки, то они по локоть погрузятся в воду. Непонятно как-то, она всегда считала, что берег должен быть пологим, а здесь…
Странно, но за все дни неторопливого, продуманного путешествия ребята не встретили ни одного даже самого завалящего орка. И вообще ни-ко-го! Даже зверушки попрятались. Некроманты тихо радовались, а ведьмочка рассудительно предположила, что на обратном пути наверняка ожидается гора неприятностей. Скучно не будет! Потому что напряжение в степи не убывало, натянутые до звона нервы дрожали, грозя вот-вот лопнуть. Струи магии тянулись в пустыню, почти зримыми полосами закручиваясь вокруг копыт коней. Атмосфера весьма напоминала Сад Кристаллов.
И потому Лина категорически потребовала, чтобы при движении они соблюдали все возможные меры безопасности, и показала себя при этом упорной, злобной и категоричной ведьмой. Это значило, что все попытки поколдовать немедленно пресекались с помощью окрика или оружия, костры разжигались маленькие в выкопанной наспех ямке, а по степи они перемещались зигзагами, по оврагам и лощинам, избегая появляться на вершинах холмов. Нелепые, на взгляд некромантов, требования поддерживались многозначительными холодными угрожающими взглядами, хищными наскоками и выразительным, отлично модулированным рычанием.
К колодцу, выкопанному фанатиками путешествий или просто-напросто контрабандистами и пиратами, чтобы пополнить запас воды, они по настоянию девушки подкрадывались по всем правилам следопытского искусства. Ну или тем, которые вспомнили. Конечно, у осыпавшейся стены никого не оказалось, но Лина невозмутимо заявила в ответ на возмущенные вопли вынужденных полчаса елозить по земле ребят, что ведь могли же! И не только полуживые ящерки, но и кто-то посерьезнее!
У самой девушки, измывающейся над спутниками для поднятия собственного настроения, было достаточно причин для расстройства. Синие пятнышки пыльцы так и не пожелали поддаваться тому минимальному количеству воды, которое можно было выделить на умывание. Большая часть воды все равно шла лошадям. К тому же ее готовность ночевать на земле, питаться чем попало вперемешку с кашей и жариться на солнце быстро стремилась к нулю. То есть Лина готова была терпеть подобные неудобства некоторое, не очень продолжительное, время, но постоянно жить в таких условиях – ни за что!
И как это некоторые находят романтичными такие вот путешествия?
Вот почему, завидев на горизонте полоску моря, она испытала невероятный душевный подъем. Восторженно выдохнула и пришпорила лошадку, резко осадив ее у самого обрыва, замерла, впитывая новые ощущения. Ветерок, обвевающий лицо, плеск воды, запах соли и свободы…
– Спишь? – спросила Милава, тихо подкрадываясь к ведьмочке.
Точнее, это она думала, что тихо… Лина демонстративно вздрогнула и помотала головой.
– Чего тебе? – недовольно пробурчала она.
За ее спиной шушукались близнецы. Интересно, что задумали разобиженные ее приказным тоном некроманты?
– Да вот, вспомнила замечательную традицию!
– Какую? – попыталась изобразить подозрительную гримасу Лина.
Ею овладело такое глубокое равнодушное спокойствие, что даже двигаться не хотелось. Море завораживало и манило, сине-зеленое великолепие медленно колыхалось, подчиняя своему ритму дыхание…
– Если первый раз оказываешься на берегу моря, нужно омыть руки в соленой воде.
– Так мы вроде бы уже… – пошевелила пальцами девушка, не отрывая взгляда от горизонта.
– Не-эт! – протянула Мила ехидно.– Надо бы целиком!
– Что?! – вскинулась ведьмочка.
Тут ребята, топтавшиеся немного позади, схватили девушку за руки. Вскинувшись, та заехала ногой Тилану по колену, но он, зашипев не хуже змеи, крепко прижал ее к себе, а потом перехватил за ноги. Конечно, Лина могла вырваться и устроить маломасштабное побоище, но… что такого! Можно подыграть! К тому же некромантам, Тьма побери, надо спустить пар. И в итоге может получиться така-ая шутка!
Раскачав посильнее извивающуюся, как ящерка, девушку, близнецы с дружным «Ииэхх!» бросили ее в воду.
– Я не умею пла… – успела прокричать возмущенно Лина и с громким плеском ухнула в воду.
Отчаянно барахтаясь, она поднимала вокруг тучи брызг и, то погружаясь в воду, то выныривая и размахивая руками, обещала своим друзьям страшные кары. Затем, нахлебавшись воды, затихла и начала медленно погружаться на дно лицом вниз, расслабленно раскинув руки. Волосы безжизненно заколыхались…
Стоящие на берегу с вредными усмешками на лицах студенты забеспокоились, и Рилан принялся стягивать рубашку, собираясь нырять за распластавшейся под водой девушкой. Та, зажмурив глаза и изо всех сил задерживая дыхание, позволила волнам потихоньку уволакивать ее все дальше от обрыва. Неспокойные воды, плескаясь, искажали очертания тела…
По берегу разлилась тишина…
«Интересно, похожа я на покойницу? – подумала Лина, осторожно шевеля пальцами и подавляя желание вдохнуть.– И как сильно успели напугаться ребята? Не пора ли выныривать?» В голове уже стучали маленькие молоточки, прохладная вода начала давить на спину…
В этот момент из-под камня выглянул потревоженный странными колыханиями окружающего мира клешнерукий головень, очень не любивший, когда его владения нарушают всякие… чужаки. Здоровенный краб, черный панцирь которого украшало стилизованное изображение черепа, узрел перед собой нечто, напоминающее щупальца малого придонного кальмара, своего исконного врага. И не раздумывая (потому что мозгов у него как раз и не было), он что было сил вцепился в палец ведьмочки.
Лина широко распахнула глаза и рванулась в сторону. Это было больно! От неожиданности она открыла рот, чтоб заорать, и последний воздух стайкой пузырьков отправился вверх. Поперхнувшись хлынувшей в горло соленой водой и почти не соображая, что делает, Лина оттолкнулась ногами ото дна и, сжав краба под мышкой, ринулась к поверхности. Благо глубина была едва ли в полтора человеческих роста.
Вынырнув в фонтане сверкающих на солнце брызг, судорожно откашливаясь и отфыркиваясь, с размаху зашвырнула на берег клешнерукого. Тьма, какую шутку обломал! Краб попал прямо в живот ошеломленно замершему в полураздетом виде Рилану, который собирался нырять за предположительно утонувшей девушкой. Согнувшись и кашляя, тот отшвырнул подводного жителя Тилану, а он с испуганным воплем перекинул его Милаве. Та, нервно отскочив назад и едва не упав в море, пнула краба ногой в сторону степи. Затем все трое облегченно развернулись к Линаре, продолжающей неуверенно барахтаться в море, но при этом умудрявшейся насмешливо следить за полетами краба. Заметив повышенное внимание к своей персоне, она прокричала весело:
– Что смотрите?! Доставайте меня отсюда, остряки-самоучки!
– А ты правда плавать не умеешь? – осторожничая, спросил Тилан.
– Буль! – сказала Лина, демонстративно погружаясь в воду солдатиком.
– Э-эй! Не шути больше так!