Немногочисленные тени стали гуще и осязаемее, создавая невиданные узоры. В наполненных пылающим светом улицах редкие, привычно щурящиеся прохожие выглядели призраками, по ошибке забредшими в мир живых.
Душа очищалась… проваливаясь в транс, но нам этого не надо! Лина торопливо заблокировалась. Хотя жизнь не так уж плоха, подумала девушка, пробираясь через базарные ряды.
И теперь становится окончательно понятной любовь дочери военного коменданта к этому городу. И почему жители, несмотря на тяжелую жизнь, не спешат покидать это место. Разбойная крепость наполняла своих жителей невиданной легкостью, прогоняла печаль и освежала разум. И это не метафора, а магическая действительность. Естественная составляющая природных свойств камня, из которого построен город.
Интересно, где находится карьер?
И не нужна этому городу изысканная архитектура столицы, простим ему неуклюжие коробки домов. А если никто не оценит эту красоту, заставлю кого-нибудь съесть ножны, решила Лина.
«Приют веселых некромантов» оказался большим двухэтажным зданием, неказистым и внушительным. Расположенный почти в самом конце Базарного луча, он служил местом встречи и проживания магов всех мастей. Большой зал, оформленный в кладбищенской тематике, облюбовали также наемники. Здесь можно было найти всякого, от оборотня до шамана. Мечники и лучники, люди, полукровки и квартероны…
И суровый наставник студентов кафедры некромантии.
Веселое место, одним словом. Что ни день, то драка, что ни вечер, то скандал!
Неудивительно, что Лина решила проводить гораздо больше времени именно здесь, а не в компании своего собственного руководителя.
Через несколько дней сложилось прекрасное расписание, удовлетворяющее абсолютно всех. Утром, под весьма условным надзором магистра, девушка варила парочку эликсиров, заказанных горожанами. Затем полдня болталась по городу в поисках приключений на свою голову и неприятностей на чужие. Потом наступало время посещения бурлящей жизнью некромантской засидки, где компания отдыхала душой. К слову сказать, наставник Милавы со товарищи отличался суровостью и загружал ребят по полной программе если не практикой, то теорией, так что свободного времени на поиски приключений у них было немного.
Но ежедневные конфликты интересов среди посетителей нижнего зала, переходящие частенько в драки, не давали застояться молодой крови. Впрочем, ведьмочке не хватало регулярных тренировок, и она с некоторым ужасом представляла, что скажет и сделает мастер Ромаш, если, а точнее, когда узнает об отсутствии должной практики. Тем не менее изъятый около сотни лет назад из обращения четырехтомник «Магии Крови», найденный Линой в библиотеке алхимика, заслуживал самого пристального внимания. И отвлекал ее от поисков достойного спарринг-партнера.
«Следует иметь в виду, что большая часть приведенных ниже сведений имеет скорее теоретическое и познавательное значение (пометка на полях: „Устаревшая информация“.) Ибо между вами и воплощением сих знаний на практике стоит непреодолимое, скорее всего, условие. А именно, отсутствие той самой крови, служащей основой чар. Ибо магия Крови в наиболее полной мере доступна только для рас Старшей ветви. Именно их кровь, живая (это важно!) кровь, в значительной степени насыщенная первородной магией, позволяет воплощать в жизнь множество затейливых заклятий. Именно живая кровь! Собственная кровь! И это непременное условие причисления чар к магии Крови.
Использование чужой, неважно, живой или мертвой, автоматически переводит чары в разряд низшей некромантии.
Кровь Младшей ветви недостаточно магически насыщенна, и результатом опытов, скорее всего, станет смерть мага, затеявшего их. Потому что большинство ритуалов, для человека особенно, связано будет с кровопотерей, несовместимой с жизнью.
Тем не менее поводом для издания этого пособия послужила способность Старшей и Младшей крови порождать общее потомство. Полукровок и квартеронов…
Тем, кто решит посвятить себя изысканиям в этой сфере, следует внимательно исследовать родовое древо. Чем дальше во времени от вас отстоит подобное родство, тем опаснее будут эксперименты (пометка на полях: «Но кого это останавливало? Уж точно не меня»). В наиболее полном объеме магия Крови доступна полукровкам и квартеронам, более дальнее родство повышает степень риска и возможность фатального исхода.
Не рискуйте напрасно!»
(Предисловие к шестому, Сархийскому изданию. Личный экземпляр последнего магистра Темной Империи)
ГЛАВА 7
Не следует обзаводиться привычками, из-за которых жизнь превращается в длинную череду скучных рутинных дней, подумала Лина, наблюдая за тренировкой новичков легиона. Полоса препятствий не выглядела особенно сложной, но кульбиты, выделываемые на ней молодняком, так напоминали ей собственные ежедневные купания в жиже, что она невольно улыбнулась.
Казармы располагались на окраине Военного луча, и плац был огорожен невысоким декоративным заборчиком, позволяя каждому прохожему любоваться на издевательства, творимые сержантами над новобранцами. Чем девушка и занималась, лениво облокотившись на каменный бордюр. День приближался к полудню, стояла зверская жара, усугубленная пылью, поднимаемой двумя десятками ног.
Когда один паренек со смачным чавканьем свалился в канаву с навозной жижей, Лин ему посочувствовала, но от смеха удержаться не смогла. Подавившись пирожком, она уставилась на сенрая [19], уже давно наблюдающего краем глаза за непрошеной зрительницей.
– Смеешься? – спросил он, когда его подопечные выстроились неровной шеренгой.
– Угу… – кивнула девушка.
– Думаешь, сделаешь лучше? – вкрадчиво продолжил сенрай.
– Ну думаю…
– Так проходи,– гостеприимно взмахнул рукой мужчина и ласково так улыбнулся.
На его иссеченой шрамами физиономии добрая эта улыбка смотрелась весьма зловеще.
Лениво поведя плечами, Лина перемахнула через ограду. Отдала ученический поклон и воззрилась на него с тщательно выверенным выражением на лице. Тонкая смесь преклонения, волнения и подобострастия должна была повлиять на мнение присутствующих в худшую сторону. Молодые легионеры начали весело переглядываться.
– И кто у нас такой смешливый? – Сенрай окинул насмешливым взором щуплую фигурку девушки.
– Алхимик-практик, третий курс, прохожу обучение у магистра Зелеша.
– А, из тех самых практиков… – протянул человек.
Лин насторожилась. Каких таких «тех самых»? К тому же слова эти были произнесены этаким значительным, заговорщицким тоном. Странно… Пошли слухи? Среди легионеров? Хотя, в общем-то, логично… если задуматься. А это занятие не является самым интересным, когда тебе шестнадцать лет. Так что…
– Прошу,– сказал сенрай, указывая на начало полосы,– вперед!
Ах, ты еще насмехаешься, яростно вспыхнула Лин и, оскалившись, танцующей походкой двинулась… к высокой кирпичной стене, щербатой и рассыпчатой. Потянулась, передернула плечами и ринулась на штурм.
Вверх она полезла стремительно, пользуясь выемками, образовавшимися за многие годы тренировок. Замерев на миг на гребне, оглянулась горделиво и оценила то, что ожидалось впереди. Ну ничего особенного… отвесный веревочный спуск на длинное, скользкое бревно, над которым с разной амплитудой и на разных расстояниях друг от друга раскачивались длинные тяжелые тюки, набитые тряпками. Если не уловишь ритм и попадешь под удар одного из них, вылетишь с полосы прямо на утоптанную землю. Еще требуется удерживать равновесие на выскальзывающем из-под ног дереве.
Ритм… а нет его! Шаг, раз, два шага, раз, раз, изогнуться, пропуская особо толстую висюлину, шаг, раз, раз, два. И проскочить двойной маятник, не задерживаясь и чувствуя, как спину обдувает порыв ветра от проносящегося сзади препятствия.
А дальше… широкие кольца разного диаметра, нанизанные на длинный стержень. Лине они не показались столь уж сложными, скорее неудобными, потому что рассчитаны были на местных легионеров, как на подбор высоких. Скача, как кузнечик, с одного кольца на другое, она не задерживалась, чтоб не провалиться в большую яму с навозной жижей.