Неудобный, умелый противник, один колет правой, второй левой. Рваный ритм — с трудом парирую внезапные атаки. Левый вскидывает пустую ладонь в кожаной перчатке. Щелчок, и стрелка, которую я успел лишь мельком заметить, срывается с механизма, закрепленного на запястье наемника, вонзается мне в правую ногу, пониже кольчужной рубахи. Бесполезный однозарядный самострел, неспособный нанести ощутимый урон... Разве что в глаз попасть. Однако смысл произошедшего практически сразу становится ясным — нога в месте попадания «горит» так, словно ее опустили в кипяток.

Разрываю дистанцию резким скачком и выдергиваю стрелку. Прихрамывая, парирую выпад правого, резкий удар клинком в сторону левого. Тот на инстинкте закрывается, подшаг и пинаю под колено того, что слева — неточно, наемник лишь пошатнулся, уйдя в защитную стойку. Мы замерли. «Близнецы» слегка обескуражены. Видимо, стрелка, смазанная быстродействующим ядом, должна была уже вывести меня из строя. Обломитесь.

Воспользовавшись передышкой, если так можно назвать пару мгновений, я огляделся, отметив, что люди Лофта во главе с ним успешно сминают правый фланг, оставив за собой уже три трупа, включая недобитых мной бретера и маолица. Кажется справляемся... И стоило мне так подумать, как в шею Рауля, молодого парня под командованием Лофта, вонзается стрела. Накаркал.

Судя по траектории, вылетела она из дальнего дверного проёма. Вторая через секунду вонзается в плечо Лофта. Не спасла и кольчуга. Остальные, прижавшись к стенке, отдают инициативу противнику. С лучником надо срочно что-то делать. Иначе он перещелкает всех поодиночке, пока наёмники Литлби будут нас отвлекать. Явно не деревенский охотник — профи, привыкший поражать противника в уязвимые места из любого положения и при любых условиях. Однако долго увиливать от схватки мне не дали. Близнецы снова основательно на меня насели.

Хромая, преодолев боль, змеёй стелюсь под клинком левого, в длинном выпаде цепляю его бедро. Ухожу в кувырок от секущего удара справа. Теперь хромают двое. Не могу сдержать ухмылку. Продолжим танец! Опять хромаю в сторону левши, обходя его со стороны раненой ноги, стараясь держать его между собой и праворуким. Делаю финт, затем атакую, вынуждая его сделать шаг назад. Сам при этом «проваливаюсь», теряя равновесие… Повелись! Правый, решив, что это шанс, вскидывает руку, собираясь запустить в меня еще одну отравленную стрелку.

Только теперь я этого ждал. Более того — теперь я вижу, как его средний палец цепляет спусковую петлю и тянет вверх, раскрывая кулак. От души рубанув по его ладони, срубаю и петлю, и оказавшиеся на показ пальцы. Парень воет, прижимая окровавленную руку к груди.

Дальше дело техники. Сбитые с темпа и раненые, близнецы уже не могут мне ничего противопоставить. В считанные секунды я пригвоздил к стене одного и приголубил эфесом шпаги в весок второго. Контрольный в сердце. Эти все. Боль в ноге стихает — организм нейтрализует яд, но свобода движения пока что не вернулась ко мне в полном объеме. Но и времени на восстановление тоже нет — лучник снова пытается достать кого-нибудь из наших.

И быть бы тут еще одному трупу, но снова хорошо, прикрыв товарища баклером, сработал Реймонд. Ой, не прост это парнишка. Слишком уж резок для крестьянского сына, коим представился. Рванув товарищам на подмогу, я рассчитывал на внезапную атаку со спины и в очередной раз убедился, что Литлби не кого попало сюда нагнали. Ближайший ко мне наемник, одетый в кирасу и кожаную, прошитую стальными пластинами юбку, споро развернулся в мою сторону, подставляя под удар большой каплевидный щит.

Увидев это, я решил сменить тактику и вместо бесполезного в такой ситуации колющего удара, положившись на силу, с разгону врезался в щит. Расчет оправдался — рука болезненно онемела, но оппонента моего снесло с места, так словно им из катапульты запустили. Вывалившись из вражеского строя, он растянулся на полу, подставившись под добивающий удар Рэймода. Но не успел я порадоваться такому исходу, как очередной раз пропела тетива. Чудом успел кистью левой руки отвести очередной снаряд в сторону. Как же я хорош! Меченый не даст соврать.

Крутанувшись в сторону дверного проёма, замечаю прячущегося в тени коридора лучника. Тот времени даром не теряет, разрывая дистанцию, на ходу натягивает тетиву короткого композитного лука. Одна стрела на изготовке, две в кулаке. Прежде мне уже приходилось встречать такую технику: в бытность мою на королевской службе, знавал я замечательного парня — Эрика Ларсена. Удерживая стрелы подобным хватом, он успевал сделать три выстрела за считанные мгновения.

Если предположить, что этот стрелок окажется не сильно хуже Ларсена, то попытка сунуться в коридор может стать фатальной ошибкой — нашпигует стрелами, словно подушку для булавок. В этом расчете я, правда, оставил за скобками свои сверхъестественные способности. Однако выяснять на практике, достаточно ли хорош это парень, чтобы побороть мою скорость, не стал. Ушел прыжком в сторону, сбивая противнику прицел, сделал короткий рывок к дверному проему и ударом ноги захлопнул ближайшую створку двери. А затем уже рукой дернул правую. Теперь не достанет!

Как бы не так! Стрела прошила дверь в дюйме от моей ладони, недвусмысленно намекнув на то, что она декоративная. Будь у противника арбалет, новое отверстие появилось бы и в моей тушке. Не тратя более времени даром, подперев дверь телом одного из вражеских бойцов, я рванул в параллельный коридор. Не безосновательно полагая, что ведут они в следующее помещение, где и обедняются. Рассчитывая зайти к лучнику в спину, я и правда добрался до огромного зала, заполненного витринами и стендами с оружием. А стоило выглянуть за угол, и чуть было не поймал глазом стрелу.

Лучник тоже не дурак оказался, просчитал меня на раз. Демоны, как же хотелось решить всё меньшей кровью! Или большей. Плевать! Главное, чтобы не моей... Лезть под стрелы ой как не хотелось, но и торчать здесь не вариант. Неспроста нас здесь, вместо штатных охранников, встречают опытные головорезы. Кто его знает, что еще у Литлби в рукаве припасено... Промешкаем, и это поместье может стать нам общей могилой.

Решившись, я кувырком прыгнул за стеклянную ростовую витрину, не скрывающую внутри позолоченный, украшенный вензелями доспех, и в следующий момент вздрогнул от звука бьющегося стекла. Первая адресованная мне стрела прошла мимо, а вот вторая, разбив тонкое стекло, насквозь прошила латный нагрудник, выйдя из спинной пластины. Дерьмо парадное!

Лучник выхватил очередную тройку стрел, замер, выцеливая меня. Словно парочка идиотов, мы пару секунд пялились друг с другом сквозь стекло. С одной стороны, бить насквозь противник не решался, обоснованно полагая, что стрела если не завязнет, то потеряет убойную силу. С другой, я вроде как на ладони — стоит сделать шаг в сторону — стреляй не хочу. Вопрос: кому эта передышка играет на руку? Точно не мне.

Выжидающе посмотрев на меня, лучник вопросительно изогнул бровь. В ответ я непринужденно пожал плечами. Маска на его лице немного шевельнулась, намекая на улыбку. Этот парень мне определенно нравится, жаль, что ему придется умереть. Подмигнув ему, я сделал шаг назад к стене, на которой висел явно повидавший жизнь дубовый, окованный железом круглый щит. Лучник смекнул, куда я направился, и веселье в его слегка раскосых глазах пропало. Теперь он сам начал смещаться в попытке отрезать меня от стены, но было поздно.

В одно длинное движение я прыгнул, завладел щитом и, прикрываясь им, упал на колено. Две стрелы засели в дереве, а одна со звоном отскочила от металлического обода. Парень успел еще дважды спустить тетиву, прежде чем я до него добрался. Последний раз — в упор, в падении, выцеливая мою незащищенную ногу... Ловок, деманюга, — и выстрелить успел, и от удара щитом увернулся. Благо я тоже успел сместиться...

Но дальше всё должно было пойти по моему сценарию — в ближнем бою у стрелка против шпаги шансов нет! Как же я ошибался... Взмах клинка — мимо, еще один — не попал. Волчком кручусь, пытаясь достать противника, но тот, словно мангуст, уворачивается от моих выпадов, в самых невероятных акробатических этюдах. А я ведь уже начал привыкать, что в скорости со мной теперь соперничать бесполезно... Колол и рубил, пытался подвалить на противоходе — всё без толку. Не бой, а купальный театр!