Сам виноват, что выбрал неверный тон общения. Будь я здесь одна, уже бы лепетала что-то в оправдание, но лэр Антарес знал себе цену и прежде, а теперь, когда присвоил себе титул лорда, кажется, совсем слетел с катушек. Главное, чтобы палку не перегнул...

— А «кто такие», я так понимаю — это особо почтительная форма обращения к аристократу, принятая в вашем герцогстве? — Артур демонстративно, брезгливо осмотрел раскрасневшегося от злости старшину.

— Лэр, либо вы ответите на интересующие меня вопросы, либо…

— Либо что? — сквозь зубы процедил лорд Лоуденхарт, опуская руку на эфес шпаги. — Еще слово, и я заподозрю вас не в невежестве, а в попытке меня оскорбить.

Прозвучало это как последнее предупреждение. Если это игра, то я впечатлена способностями моего «брата» до глубины души. Сейчас Артур выглядел взбешенным аристократом из классических романов — человеком, готовым до конца защищать свою честь. Мое сердце бешено заколотилось, ожидая кровавой развязки. Но, кажется, не одну меня проняло... Патрульный, недобро зыркая на нас, начал, словно по учебнику, проговаривать, очевидно, положенный в таких ситуациях монолог.

— Старшина Март Смит. Лэр, разрешите узнать ваше и спутницы имена, а также род, к которому вы принадлежите, — с трудом, не нарушая приличий, выплевывал слова служивый.

Артур несколько секунд делал вид, что заметил на своих ногтях нечто более интересное, нежели стоящий перед ним человек, заставляя нервничать и меня, и старшину. А затем, будто вспомнив о его существовании, с удивлением отметил, что тот все еще здесь. И только после этого наконец соблаговолил ответить.

— Лорд Артур Лоуденхард с сестрой, леди Линдсис Лоуденхарт.

— Цель поездки, лорд Артур? — уже куда более почтительно продолжил старшина, не удержавшись от шпильки, намекая на наше пешее передвижение.

— Личное дело.

— Перевозите запрещенные вещества, артефакты, антиквариат?

— Нет, хотите проверить? — снова язвительно спросил бывший наемник, намекая на право отказа от личного досмотра.

— А вы позволите? — скривился старшина, понимая, что над ним откровенно издеваются.

— Нет, конечно! — делано оскорбился Артур, вызвав очередную волну улыбок у прочих патрульных.

На этом все вопросы закончились. Не видя смысла больше задерживать нас и себя, служивый поскорее раскланялся и, спешно уводя своих людей, отбыл. Надеюсь, он постарается забыть о нас, как о досадной случайности.

Стоило стражам порядка исчезнуть из вида, как я задала терзающий меня вопрос.

— Ммм… Артур, а если бы он настоял на своем? Если бы они нас скрутили и увезли в город для дознания?

— Без веских причин? Это было бы подобно самоубийству. Напасть на аристократа — значит быть безмерно уверенным в своей правоте. Проще было бы прикончить нас здесь и сейчас, — он поиграл пальцами, пытаясь подобрать слова. — Его подчиненные не очень стремились за ним на эшафот и не дали бы ему переступить черту. В худшем случае мне пришлось бы заколоть наглеца, и тогда мы вместе с ними проследовали в ближайший городок для выяснения обстоятельств.

— И там бы оказалось, что мы никакие не Лоуденхарт…

— С чего это? Неужели ты думаешь, что в каждом первом городке есть фолиант с перечнем всех аристократов королевства? Да еще и с их словесным описанием? — усмехнулся Артур. — Нас бы опросили. Подтвердили бы наши слова показаниями патрульных и, извинившись, отпустили на все четыре стороны.

— Но канцелярия должна была дать отчет и направить документы в Алисант! — решила настаивать я. — Нас бы объявили в розыск!

— Только в том случае, если новая информация пошла бы вразрез со старой. Только вот за последние пять десятков лет представители рода Лоуденхарт лишь единожды были упомянуты в официальных документах. Последний раз — тридцать лет назад, когда семидесятилетний лорд Ллойд Лоуденхарт засветился в столице при продаже крупной партии самоцветов.

— Откуда ты это знаешь? — недоумевала я.

— Может быть, потому, что пару лет назад я сам через доверенных мне людей запрашивал эту информацию? — язвительно спросил он. — Александрийское королевство в лице короля Августа пусть и является номинальным сюзереном Лоуденхарта, по факту не получает с него даже налоговых отчислений. Слишком далеко он находится и слишком незначителен.

— Но допустим все же, — не сдавалась я. — Кто-то решит проверить показания и поедет на север?

— Во-первых, какому идиоту приспичит потратить месяц на дорогу ради удовлетворения своего нездорового любопытства? А во-вторых, — сумрачно усмехнулся новоиспеченный лорд, — единственное, что он застанет, — это мертвый замок и недавно обильно расширившееся фамильное кладбище.

У меня похолодело внутри от догадки. Не желая услышать ответ на этот вопрос, я тем не менее севшим голосом спросила.

— А это откуда тебе известно?

— Наша легенда, знаешь ли, не на месте построена... — ответил Артур и, кажется, даже хотел промолчать, оставив всё прочее на откуп моему воображению, но почему-то не сдержался и продолжил.

— Два года назад нас наняли, чтобы зачистить один отдаленный замок. Нас — это мое агентство. Хозяева замка долгие годы, десятилетия промышляли пиратством. Прячась за титулом и неприступной бухтой, устраивая террор в тамошних морях. Пяток кораблей с полными абордажными командами. Сильный гарнизон форта, прикрывающего вход в бухту, с одной стороны, крепость, закрывающая низину, с другой. Родовой замок с личной гвардией из головорезов, как им казалось, непроходимые горы вокруг. Наши наниматели — деловые люди из империи Аберат, заинтересованные в стабильных доходах с рудников северных гор, и торговцы Маолинского ханства хотели, чтобы северный морской путь стал более безопасным... И мы этому поспособствовали. Зашли со стороны гор, воспользовавшись отсутствием охраны и специальным горным снаряжением. Захватили форт, впустив союзников, а затем взяли замок. Резали всех подряд. Никаких выживших — условие нанимателей.

Его монолог был похож на исповедь, меня же воротило от сказанного.

— Стариков, женщин, детей? — я надеялась, что плохо поняла значение слова «всех». — Но вы же охранное агентство... Вы же не убийцы!

— Не неси чушь, Лин. Охрана — лишь ширма. Мы обычные наемники. Не самые простые... Значительно выше среднего. Но, как и прочим наемникам, нам платят за то, что мы убиваем. Втройне, если надо держать за язык зубами. Скажи спасибо судьбе, что там, — он махнул рукой себе за спину, в сторону покинутой поляны, — Остались все участники того рейда. Так что играй свою роль до конца, Линдсис, и никто не сможет тебя уличить в том, что ты не Лоуденхарт.

Пока я это слушала, меня трижды успело бросить в жар. Учитывая откровения Антареса, я пыталась сообразить, почему всё еще жива? Зачем он вытащил меня с того света? Если он не сгущает краски, такому человеку проще убрать помеху с пути, чем нянчиться с ней... Не знаю, что творится в его голове, но повода усомниться в себе я давать не собиралась. Молча топала рядом с ним, стараясь взять чувства под контроль.

Говорить было не о чем, а подумать, напротив, не помешает. Не знаю, когда я успела так зачерстветь, но слова Артура, что поначалу привели меня в трепет, уже через несколько минут перестали меня ужасать. Что нового я узнала, по сути? То, что человеческая жизнь не стоит и серебрушки? Сама была недавно в таком положении...

Слабачка. До конца надеялась, что участь, уготовленная мне герцогом, обойдет меня стороной, но подсознательно поставила на себе крест. Мысли о побеге то и дело посещали меня, разбивались о голос страха... Найдут, накажут. Мне оставалось только мечтать… Но не о чудесном избавлении, как можно было бы подумать. А о том, чтобы кара Господня настигла моих обидчиков. Молния ударила с небес, обращая их в прах...

Болезненная смерть от смертоносной отравы тоже подойдет... И теперь, когда мольбы мои нечаянно сбылись, с души у меня словно камень свалился. Не просто свалился, а лавиной прокатился, унося все сомнения. Этот жестокий мир пощадил меня однажды, но не по моей воле, а по прихоти слепой удачи...