– Сделаем! – Лось двинулся к своей команде.

Все бойцы заняли свои места в тире и доложили о готовности. Операторы открыли окна порталов в концертный зал: всё было готово для эвакуации заложников с бомбами.

– Огонь! – скомандовал Лось.

Пистолеты синхронно выстрелили – дважды. Террористы упали как подкошенные. Те, кто держал пульты от бомб, лишились кистей рук. Два главаря лежали на полу, выли от боли и не могли пошевелить ни рукой, ни ногой – все суставы были прострелены. На местах нахождения заложников с бомбами появились круглые «ямы» – отсутствовали части кресел, где-то на полу остались лишь кусочки ножек, а кое-где пол был как будто циклёван – на срезе виднелась соструганная древесина.

Психологи, которые вели наблюдение за поведением заложников, выявили двоих пособников террористов: после выстрелов те подскочили и начали осматриваться, хотя все остальные зрители пригнулись и опустили головы вниз. Переглянувшись между собой, пособники снова сели, но после этого операторы порталов уже не спускали с них глаз – осматривали со всех сторон, а бойцы держали их под прицелом.

Тем временем на полигоне в Подмосковье сапёры приняли заложников с бомбами – их было пятеро, по два сапёра на каждого. Быстрый осмотр под телекамерами после команды не двигаться, после чего моментально была выявлена общая схема минирования, а также разработана система разминирования. Сначала разминировали одного заложника – взрыва не произошло, затем быстро по той же схеме разминировали остальных, не снимая сами заряды.

– Все взрыватели обезврежены, – сказали заложникам, – так что можно будет снять заряд без всякой опасности для вас. Но пусть это сделают сапёры ФСБ, они уже скоро появятся, нужно немного подождать.

Затем наши сапёры отошли от заложников для того, чтобы операторы порталов могли вернуть их в зал. Наши бойцы устроили локальное задымление в зоне нахождения заложников с бомбами. Мешки сняли с их голов после перемещения и закрыли порталы.

– Ну вот, полдела сделано, – сдержанно улыбнулся отец.

– Не совсем… – покачал головой подошедший к нему Лось. – Владимир Иванович, один из сапёров говорит, что при разминировании заложника тот сообщил ему кое-что важное. Оказывается, он случайно подслушал разговор террористов между собой. Так вот, по их словам, взрыв здания и ликвидация гражданских состоится сразу после «уничтожения основной цели», примерно через час.

– А заложник что, так хорошо мову понимает?

– Не вы первый интересуетесь. Говорит, что учитель – украинский язык в школе преподаёт.

Отец почесал затылок.

– Вот незадача-то… И как теперь понять, где эта «основная цель»?

Лось пожал плечами: мол, мне-то откуда знать.

Пришлось срочно собирать оперативное совещание.

– Ситуация обострилась. Получается, что теракт в концертном зале – не единственный. Но где и когда террористами будет нанесён основной удар? Часики тикают, времени остаётся совсем немного, а догадок нет, – констатировал отец.

Тем временем вокруг концертного зала «Национальный» стало многолюдно – помимо спецмашин, скорой помощи и пожарно-спасательных служб, подъехали журналисты. А на безопасном расстоянии кучковались также праздные любопытные прохожие.

– Мы находимся возле концертного зала в Киеве, где группа неизвестных вооружённых людей захватила зрителей. В здании десятки, возможно – даже сотни людей, взрослых и детей! – бойко тараторила охваченная азартом молоденькая журналистка. – Все они находятся в смертельной опасности. Свои требования террористы ещё не озвучивали. Мы будем держать вас в курсе событий, не переключайтесь…

Осипов, наблюдая за прямым эфиром, матюгнулся в адрес телевизионщиков:

- Суки, слетелись, как мухи на говно… Ненавижу эту шушеру. Прикрываются пафосными словами, что люди должны знать правду, а сами вечно лезут, куда не надо, со своим “честным и независимым” мнением, которое кто-то хорошо оплачивает… Стоп, а эти-то что здесь делают?!

Он ткнул пальцем в экран. Среди машин с журналистами выделялась одна – высокий микроавтобус с антенной на крыше и нанесённым на борт изображением флага Великобритании.

– Старые знакомые? – поинтересовался отец.

– Типа того… – задумчиво протянул Осипов. – Это британская телекомпания BBC Studios. Мы их машины на Донбассе называли «чёрная метка».

– Почему?

– Из-за весьма странных совпадений. Эта телекомпания всегда почему-то оказывалась на месте терактов первой, когда ещё даже не было никакой официальной информации о происшествии. Помните, наверное, как нацики взорвали вокзал с мирными жителями в Краматорске? А эти тут как тут, уже репортаж в эфир передают о зверствах российской военщины. Я тогда ещё стал подозревать, да и не я один, что BBC Studios получает информацию из первоисточника – чтобы продемонстрировать миру силу террористов и слабость официальных властей. Но ведь не доказать ничего, аккредитация и всё такое – не подкопаешься… Не станешь же этих журналюг допрашивать? Такой вой поднимется о нарушении свободы слова…

Отец хитро прищурился, глядя на меня:

– Мы-то, конечно, допрашивать их не будем. Но, Олег, а что нам мешает просто… понаблюдать? Если эти журналисты находятся возле концертного зала в ожидании красивых кадров, значит, их коллеги уже должны быть на месте другого теракта. Надо поискать…

Я понимающе кивнул.

Провести портал в машину BBC Studios было минутным делом. Вика, отлично знающая английский язык, стала нашими ушами и глазами.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил Осипов.

– Пока ничего важного, – прислушиваясь к переговорам внутри автобуса, вполголоса ответила девушка. – Обсуждают цены на отдых в Испании, что-то об обещанной премии… Так, пришло какое-то сообщение… Общаются по ватцапу с кем-то, видео пришло, надо бы приблизить… Ого! – ахнула она.

– Что? – одновременно выдохнули Осипов и отец. – Ну не томи же, говори!

Вика ошарашенно оглядела присутствующих:

– Вышла на связь другая группа. Я подсмотрела видео. Они возле Центра украинско-российской дружбы…

Отец сообразил первым:

– Там же сегодня приём проводится! Будут представители российского посольства, новый мэр Киева, депутаты, чиновники… Идеальная цель для теракта! Так, слушайте все меня, – быстро приказал он. – Сухой, тебе надо осмотреть через порталы подвалы здания. Лоскут, тебе – помещения на втором-третьем этажах. Бывалый – контроль за первым этажом, Лось – крыша. Ищем взрывчатку, СВУ, в общем, всё, что может взорваться и нанести ущерб.

Парни синхронно кивнули и занялись делом.

– Как там, в зале? – спросил отец Осипова.

– Пока тихо, – ответил спец. – Главари они или сообщники, кто их разберёт… Постоянно посматривают на часы – видимо, уже совсем скоро подойдёт время. Скорее всего, они дадут команду на подрыв зарядов после вывода их из зала вместе с заложниками. Под удар попадёт часть заложников и множество бойцов спецназа, которые будут осматривать зал на предмет взрывных устройств. Нам главное не опоздать.

Отец кивнул. По нашим прикидкам, до уничтожения «основной цели» оставалось около получаса.

Оставшись втроём – я, отец и Осипов, - мы решали, что будем делать, если вдруг ошиблись и машины BBC Studios вовсе не являются «чёрными метками» в данном конкретном случае. Сошлись на том, что изменить уже ничего нельзя. Стоит сообщить о готовящемся взрыве в соответствующие органы, начнётся эвакуация – и тогда теракта точно не избежать. В любом случае будут человеческие жертвы, и значительные.

А если мы где-то просчитались и взрыв произойдёт совсем в другом месте? А может, и вовсе не будет второго взрыва? Может, тот заложник что-то неправильно понял? Голова буквально шла кругом от догадок и предположений.

Осипов нашёл на телике канал с трансляцией мероприятия в Центре украинско-российской дружбы. Множество гостей, официанты, шампанское, тут и там мелькали знакомые лица известных политиков. В углу зала, на небольшой сцене, настраивали инструменты музыканты известной рок-группы, популярной как на Украине, так и в России.