– Ура! – хором закричали колдуны.
– А теперь вперед в новую битву! – дал команду Антессер. – Летите, дети мои. Скоро я последую за вами.
И тут ведьмы и колдуны достали свои метлы, швабры, или даже простые палки, сели на них верхом, как это делали ведьмы во все времена и один за другим стали отрываться от земли и взлетать в черное небо. Покружившись вокруг Черной башни и набравшись от нее сил, они разом построились в несколько эскадрилий по пять или семь в каждой и полетели по направлению к Золотой башни.
Антессер проводил их взглядом полным надежды на успех, затем развернул свой черный плащ с алой подкладкой внутри, произнес непонятные слова, и плащ тут же превратился в крылья. Антессер взмахнул ими и полетел вверх по лестничному пролету на последний этаж Отеля.
В холле осталась лишь одна ведьма. Это была Матильда. Она проводила Антессера обожающим взглядом и облизала алые губы.
– Когда же я стану его женой? – спросила она сама себя. – И первой ведьмой? Когда?
А Антессер, которому дела не было до Матильды, поднялся на самый вверх, влетел в распахнувшиеся перед ним двери бывшего банкетного зала и закружил под высоким потолком вокруг огромной люстры, на которой горела тысяча черных свечей, которые были поставлены вверх дном и сгорали кроваво-коричневым пламенем. Это были колдовские свечи и горели они очень медленно. Их должно хватить ровно на три дня.
Бывший банкетный зал сильно изменился после черной мессы, которая в нем произошла. Теперь это был огромный мрачный зал, в котором полностью отсутствовал пол. От него остались лишь отдельные каменные плиты, которые висели в сером ватном воздухе и дрожали от малейшего колебания воздуха. Изредка одна из них вдруг срывалась с места и с шумом проваливалась куда-то в бездну. И не было слышно никакого звука, который бы указал, что она куда-то упала.
Между плитами в тумане, словно губки на воде, плавали многочисленные часы, маятники, будильники, наручные часики, электронные и механические, кварцевые и на жидких кристаллах, с арабскими и римскими цифрами и просто с точками, светящиеся и нарисованные. Десятки, нет, сотни часов. И все они были истерзаны и изломаны, разбиты и раздавлены, расколоты и растоптаны.
В центре зала стоял квадратный каменный куб светло-серого цвета. Он тоже, казалось, висел в воздухе. И на нем лежала прикованная цепями девочка в сказочно-красивом белом платье, с золотой короной на голове. Лицо и губы ее были бледными и почти бескровными. Это была бедная Маша, которую похитила Матильда.
Прямо над ней в нескольких метрах от ее шеи висел трехметровый меч с широким острым лезвием. Лезвие было направлено прямо на девочку. И когда на люстре догорела и погасла одна из черных свечей, он опустился на полсантиметра вниз.
Маша лежала с закрытыми глазами, но когда услышала, как хлопают крылья Антессера, с трудом открыла глаза. Колдун увидел это, и люстра сразу опустилась вниз. Он восседал на ней, как хищная птица.
– Ты зовешь его? – с интересом спросил Антессер и прислушался к Машиным мыслям.
– Нет! – злым голосом ответила девочка. – Я не зову его. Наоборот. Я кричу ему, чтобы он не шел ко мне, что его ждет ловушка.
Антессер засмеялся противным скрипучим смехом.
– Нет, ты зовешь его. Я слышу, как ты зовешь его. Ничего ты не можешь поделать с собой. Зови его. Зови. И он обязательно придет к тебе на помощь и погибнет, попав в мою ловушку. Зови хорошенько. А то, что-то твой дружок не больно спешит к тебе на выручку. Спрятался под Золотым куполом со своими дружками и носа оттуда боится высунуть. Чует, что с нами ему не совладать. Может быть и сам сдастся, когда поймет, что дело его проиграно. Тогда ты и не понадобишься, принцесса. Кстати, тебе нравится быть принцессой? Ведь все девочки только об этом и мечтают. Каково тебе? Мне ужасно интересно.
Маша посмотрела на него с ненавистью.
– Проклятый колдун! У тебя ничего не выйдет. Женя тоже волшебник, и куда более могучий, чем ты. И он победит тебя. И спасет меня и всех других. А я тебе не буду помогать. Все равно, буду думать, что хочу.
Антессер почернел от гнева, особенно, когда ему сказали, что есть более могучий волшебник, чем он, и закричал:
– Ах, так? Ты еще смеешь надеяться на невозможное? Ну, хорошо! Я покажу тебе, что значит Антессер Великий – Повелитель Мира. Сегодня же вечером мальчишка будет у меня в руках, и я сам буду командовать штурмом его крепости. Ничто его не спасет. А тебя, за твою дерзость я превращу в лягушку, когда все закончится и поселю в болото. Ха-ха-ха. И ты станешь принцессой-лягушкой, глупая девчонка. Только сказка твоя не будет иметь счастливого конца, потому что счастливые концы бывают только в сказках, а у нас жизнь, а не сказка. Жизнь. И в жизни всегда торжествует зло. Счастливо оставаться.
И словно громоздкий стервятник слетел он с черной люстры, раскачав ее так, что сразу погасло несколько свечей, и меч опустился сразу на пять сантиметров ниже.
Черной стрелой колдун вылетел из главного зала Черной башни полетел вниз. Тут он встретил Матильду и на ходу дал ей приказ:
– Охранять башню! Охранять девчонку! Никого сюда не подпускать. Если вдруг появится Избранник, сообщить мне, и сделай все возможное, чтобы схватить его. Ты остаешься здесь вместо меня. Если бы ты еще смогла схватить мальчишку, то я бы женился на тебе и разделил бы с тобой будущий трон.
– Слушаюсь, Мессир! – Матильда склонилась в поклоне до земли, а когда поднялась, то лицо ее было полно торжества. – Слушаюсь и повинуюсь. – И когда верховный колдун улетел прочь, она воскликнула: – Наконец-то мои заклинания подействовали, и он полюбил меня. Ах, если бы мне удалось схватить Избранника!
И тут за спиной Матильды раздался голос:
– Ты схватишь того, кого тебе нужно, госпожа.
Матильда оглянулась и увидела воина в черных доспехах, в рогатом шлеме и с рыжими волосами. Глаза его были пустыми, лишь изредка в них вспыхивали искры ярости и злобы. От воина веяло холодом и смрадом сырой земли. За рыжеволосым стояли еще десять воинов и смотрели на Матильду пустыми глазами.
– Мертвый солдат? – спросила ведьма. – Что ты сказал?
– Я узнал, что Избранник покинул Золотую башню, и пришел сюда, чтобы сказать об этом Антессеру.
– Избранник покинул Золотую башню? – удивилась Матильда. – Ты ошибаешься, солдат. По всем сведениям он в башне и не покидал ее. И скоро начнется штурм.
– Не знаю, – ответил рыжеволосый. – Я только что из-под земли. Могильные черви сказали мне это, а они никогда не ошибаются.
– Могильные черви? – Матильда задумалась. Она знала, что могильные черви действительно знают все и никогда не ошибаются.
– Это они сказали об этом?
– Да. Избранник и его телохранители идут сюда в Черную башню через подземный мир.
– Через подземный мир?
– Да.
– Ловко придумано. Ведь там никто не ждет его. Но тогда кто же находится в Золотой башне?
– Не знаю. Может быть там не настоящий Избранник.
– Подделка! – воскликнула Матильда. – Ты молодец, солдат! Как твое имя?
– У меня много имен. В Древнем Риме я был гладиатором Кассием, и меня сожрали львы. В ладье конунга Райналда меня звали Ормом Рыжим, и я утонул в холодном океане. В стране Мортавии меня звали Весельчак-Редрик, и я был повешен, потому что некто рыцарь Кристиан заставил меня нарушить долг. Здесь, где мы с друзьями недавно ездили на мотоциклах, меня боялись под именем Безумный Макс, и сюда опять пришел рыцарь Кристиан и снова убил меня. И теперь моя очередь убить его.
– А при чем тут Избранник? – удивилась Матильда. – Ведь тебе нужен не он.
– Избранник нужен тебе, а Кристиан в его охране. И он нужен мне. Один, без твоего колдовства я с ними не справлюсь.
После этих слов Матильда окончательно поверила солдату.
– Молодец, Редрик Весельчак. Если правда то, что ты мне поведал, и если ты поможешь мне схватить Избранника, мы с Антессером вернем тебя в мир живых.
Редрик поклонился и холодными ледяными губами поцеловал руку Матильды.