– Молоток! Отлично держишься.
И вот долгожданный миг наступил. Последний номер кончился, и занавес закрылся, и ребята стали расставлять на сцене нужные им вещи. Работа отвлекла их, и волнение немного спало. Дело есть дело. Его надо делать независимо от того, что ты переживаешь.
– А теперь перед вами выступит несравненный Дэвид Копперфильд из пятого «Г»! – вдруг неожиданно громко и торжественно объявил конферансье Саша.
Раздались оглушительные аплодисменты. Видимо там за занавесом этот номер ждали уже давно. В школе не надо делать рекламу. Она там делается сама. Главное, чтобы это было достойно рекламы. Занавес стал открываться, ребята едва успели занять свои места.
Режиссер дал знак, и звукооператор включил фонограмму, под которую должны были выступать фокусники.
И выступление началось.
Все было как на генеральной репетиции, только в десять раз лучше. Потому что репетиция есть репетиция, а выступление есть выступление. Женя благополучно показал все свои фокусы, сначала распилил Машу, потом сжег ее на глазах у изумленной публики, при чем Маша вернулась из-за кулис живая и невредимая. Успех был невероятным. Зал просто сотрясался от рукоплесканий публики, которая такого конечно не ожидала.
Напоследок Женя показал трюк с сундуком. При чем связать его было предложено желающим из публики. На сцену тут же выскочили несколько старшеклассников и связали мальчика так, что было видно, что никакого обмана или жульничества тут не было. Тем не менее через пять минут Женя благополучно освободился. Когда он вылез из сундука, зал несколько мгновений молчал, а потом взорвался овациями. Аплодировали и дети и взрослые. Даже самые строгие учителя и те хлопали и кричали «Браво». А громче всех хлопал и кричал директор школы Александр Меркурьевич.
Такого успеха друзья не ожидали. Несколько минут их просто не отпускали со сцены, а один папа даже подарил Маше огромный букет цветов. Откуда он его взял? Было непонятно. Финал получился эффектным.
К Жене подбежал Дима Заречный. Его лицо просто светилось от счастья.
– Отлично! Великолепно! – сказал он и поклонился публике.
Женя и его друзья пошли за кулисы. Тут к ним подбежал Дима и схватил Женю за руку.
– Константинов, куда это ты собрался? – закричал он. – Разве так можно?
– А что такое?
– Как что такое? Зрители требуют повторить номер. Разве ты не слышишь?
В зрительном зале действительно скандировали:
– Еще! Еще! Браво! Бис!
– Ты слышишь, тебя зовут на бис? – воскликнул Дима. – Быстро на сцену!
И он потащил Женю обратно.
– А что такое на бис? – спросил мальчик.
– Это значит, зрители просят повторить номер или показать что-нибудь еще. Ты можешь еще какой-нибудь фокус показать?
– Еще? – обрадовался Женя. – Могу.
Но режиссер уже убежал, оставив его на середине сцены одного. Женя посмотрел на зрителей, которые продолжали ему хлопать, и вдруг поклонился и широко улыбнулся.
– Вы, в самом деле, хотите, чтобы я показал еще что-нибудь? – громко спросил он.
– Да! – дружным хором ответил ему зрительный зал.
– Точно?
– Точно!
– Ну, хорошо, – великодушно согласился Женя. – Я покажу. Только давайте сначала погасим свет. Мой фокус требует темноты.
– Погасить свет? – всполошился Александр Меркурьевич. – Ни в коем случае. Это запрещено техникой безопасности. Я запрещаю!
– Свет! – кричали в зале. – Погасите свет!
Но Дима Заречный, услышав ответ директора, не решался погасить свет на сцене. Женя посмотрел на него, потом снял с головы цилиндр и кинул его в зал. Цилиндр полетел как летающая тарелка, пронесся над залом, ребята пытались его поймать, но ни у кого это не вышло. Головной убор сделал широкий круг и вернулся в Женины руки. Словно бумеранг.
Зал зааплодировал.
Женя хлопнул в ладоши, и свет на сцене вдруг погас сам собой. Погас он и в коридоре и везде, где горел. Все погрузилось в непроницаемый мрак. Вся школа.
От неожиданности все сразу перестали шуметь, и стало тихо.
– Сейчас вы увидите звездное небо! – звонко объявил Женя. – Посмотрите наверх.
Все посмотрели на потолок и разом ахнули. Над ними было небо. Чистое ночное звездное небо. Только одно облако висело в нем, но как только все на него посмотрели, оно отплыло в сторону, и на его месте осталась луна. Ее свет тут же залил актовый зал мягким серебристым светом. Сразу стало красиво и таинственно.
Яркий золотой огонь начал загораться на сцене, и все взоры снова устремились к фокуснику. Тишина стала гробовой. Никто не понимал, что происходит, но у всех было ощущение рождающегося на глазах чуда.
А на сцене происходило нечто невероятно. Прямо на глазах она заливалась солнечным светом и превращалась в непроходимые сказочные джунгли. Словно опять показывали кино. Только посреди этих джунглей стоял Женя Константинов и осторожно водил руками перед собой. Раздался рев, и ломая деревья на сцену трубя в хобот вышел слон.
– Опять слон, – воскликнул Александр Меркурьевич. – Опять слон.
– Слон, ей богу слон! – подтвердил и недалеко от него сидевший физрук Борис Васильевич.
Слон подошел к Жене и остановился, раскачиваясь на толстых могучих ногах. Уши его отгоняли назойливых мух. И слон смотрел на людей добрыми и мудрыми глазами. К мальчику со всех ног бежали, ползли и летели и другие обитатели джунглей. Олени с ветвистыми рогами, грациозные лани, кабаны с кабанятами, волки и лисицы, гималайский медведь, стаи обезьян прыгающих с ветки на ветку, красочные птицы большие и маленькие, все они собрались на сцене вокруг Жени и начали играть, словно маленькие звери в вольере молодняка в зоопарке. Все происходящее было настолько реальным, что были слышны каждое рычание или звериный визг, дыхание животных и шелест травы и листьев, скрип деревьев. Ощущались даже упоительные запахи тропических цветов, не говоря уже о запахе, что шел от зверей и птиц.
Никто из животных не пытался выйти за пределы сцены, и зрители наконец поняли, что видят какой-то особенно грандиозный и фантастический фокус, и стали хлопать в ладоши.
А Женя был похож на Маугли из мультфильма. Звери носились вокруг него, и мальчик смеялся от счастья.
– А где Шерхан? – спросил он.
Раздался оглушительный и страшный рев, от которого зрители вжались в свои сиденья, и на сцену вышел огромный полосатый тигр. Оранжевый как пламя лесного пожара. И он тоже подошел к Жене, и мальчик, все ахнули, кто это увидел, а видели это все, сел ему на спину и погладил по усам.
Дети были в восторге от этого зрелища. Директор, учителя, родители и милиционеры сидели и просто не знали, что им делать. Они были потрясены и просто отказывались верить своим глазам.
То же самое было и с Катей Константиновой. Она сидела и не могла тронуться с места, хотя ее жгло одно единственное желание. Броситься на помощь брату. Но тот вроде как бы и не нуждался ни в чьей помощи, и девочка сидела и смотрела. В отличии от всех, кто здесь был, она была единственная, кто понял, что видит не фокус, а самое настоящее волшебство. Когда-то все это она видела в Стране Остановленного времени, когда проезжали по Каньону Единорога. И все равно это было настолько невероятным, что она от потрясения потеряла всякую способность что-либо предпринимать.
Катя была не единственной, кто понял природу происходящего. В зале был еще один человек, который сразу увидел и понял все. Это был Серый человек. Но и он не собирался ничего предпринимать. Он все глубже и глубже вжимался в свое кресло и таял буквально на глазах. Но никто естественно этого не видел, потому что все смотрели только на сцену.
Женя немного покатался на тигре, потом отпустил его, и джунгли пропали, словно их и не было. Мальчик снова был на обыкновенной школьной сцене. Но прошла буквально секунда, и опять все изменилось. Мальчик стоял за штурвалом огромного старинного корабля, а вокруг до горизонта простилался океан. Зрители не сразу поняли, что и они тоже находятся на этом же корабле. Вокруг шумят огромные волны, скрипят мачты, гудят от ветра вздувшиеся паруса, под ногами ходуном качается палуба. Ощущение было настолько полным, что у некоторых сразу началась морская болезнь.