Бровь хозяина взлетела вверх. Пришлось объяснять, чтоб плохого не подумал.
— Ну, там еду приготовить, бельишко постирать…
Масленников презрительно махнул ладонью.
— Невместно воину бабскими делами заниматься. У нас — дела, а у них — делишки….
Не теряя интереса к девушкам, Байчитар покивал.
— А невесту, получается, еще не нашли? Потому и к нам?
— Нет не нашли пока… Тут не все так просто… — значительно сказал Гаврила. — Есть у нас пророчество- княгиней станет не просто жена князя, а та, у которой есть реликвия — какая-то из вещей старых богатырей.
Только тут Масленников обратил внимание на несообразность в разговоре. На вопрос «потому и к нам?»… Он запнулся.
— А у вас тут, что тоже невесты есть? С реликвиями?
Киевлянин оглянулся, хотя точно знал, что ни одного женского лица тут не увидит.
— У нас Колодец. Хотя и от принцессы не откажемся, если найдется…
Вино тут наливали хорошее, крепкое и богатырь, представив на мгновение колодец, забитый женщинами, словно бочка мочеными яблочками, а наверху, словно сливки — пяток разномастных принцесс, передернул плечами. Мысль мелькнула острая, как давешний холод и пропала.
— Как-то вы с ними… Неправильно это. Какие бы небыли, но в колодце держать.
— Не колодец, а Колодец, — поправил его хозяин.
Он сказал это так, что все, кто этого не знал, поняли, что то, о чем говориться пишется и произносится с большой буквы.
— Никого мы там не держим, — он вздохнул. — Нам принцессы для другого нужны…
Он еще раз внимательно оглядел девушек.
— Пустой колодец нынче… А раньше и вода там была и желания он выполнял.
Пришел черёд Гаврилы вопросительно поднимать бровь.
— Любые? — подался вперед киевлян.
Хозяин переглянулся с кем-то и ухмыльнулся во все зубы. Что-то веселое вспомнил. Под это дело за спиной у Гаврилы кто-то сдавлено засмеялся.
— Вообще-то да. Самые — самые… Сокровенные. Иногда даже такие, в которых человек себе сам не признается.
— Это как так?
— Да вот так. Захотите- попробуете…
Широкий рукав расшитого золотом халата пролетел мимо, шевельнув зависший в воздухе запах жареного мяса.
— Об этом после поговорим, если разговор сложится… Лучше расскажите, как вы сами-то в темницу попали? Неужели и там невесту найти хотели?
В голосе явно слышалась насмешка. Вроде как взрослые люди, а уловки у вас — как у детей малых. Могли бы и получше что-нибудь придумать.
— Не от хорошей жизни, — признал его правоту Гаврила. — Обидеть нас хотели — пришлось сбежать. Мы чуть-чуть одну из княжеских дочерей не сосватали, как какой-то мерзкий колдунишка нас убить попробовал.
— И?
— Не вышло у него ничего.
— Только не вышло?
— Ну почему только… — Масленников качнул кулаком. — Мы на мелочи не размениваемся. Убили гада, чтоб под ногами не мешался, не вредил добрым людям.
За спиной прокатился шум, остановленный движением руки Байчитара. Кто-то там то ли охнул, то ли ахнул. Короче, удивился и обрадовался. Да и сам хозяин подался вперед.
— Совсем убили?
— А что его по головке, гладить? — ответил вопросом на вопрос Исин. — Не сразу, но надолго…
Хозяин вздохнул, и Гаврила мог бы поклясться, что услышал во вздохе разочарование.
Пока они разговаривали, за спинами их поднялась суета, зазвенело серебро и золото, зашелестела материя. Когда хозяин гостеприимно махнул туда рукой, Гаврила обернулся и увидел то, что и ожидал — накрытый стол.
Отдавая должное искусству поваров, они продолжили разговор. Сколь хмеля в Масленникове ни нашлось, а голова оставалась ясной, а вот хозяин, похоже, с отвычки довольно быстро захмелел. Движения стали плавными, и рука не всегда попадала туда, куда нужно. Кубок с вином уже пару раз ставился на стол так, что только прислуга спасала Гавриловы портки от промокания.
— А сам-то ты как в скале заперт оказался?
— Тот же колдун постарался. Хотел многого, не по чину…
— И? — с тем же выражением, как недавно сам Байчитар, спросил киевлянин. Видно было, что тот приготовился надуть губы и что-то легкомысленное выдать, но прошлое не дало ему это сделать.
— Он сильнее оказался… — честно признался хозяин пещер. — Только я держался. Не пускал его сюда.
После этих слов Гаврила с Избором переглянулись и на два голоса расхохотались.
— А зачем ему сюда-то? Мы у него гостили, так там не хуже, чем тут. Да и на воле как-то, ты уж извини, поудобнее будет.
— Так я и говорю — Колодец!
Он сказал это так, словно это все объясняло. Гаврила запнулся, пытаясь связать одно с другим. Вроде получилось.
— Да… С водой в пустыне плохо… А ему вашей речки, ну в которой твои люди нас нашли, мало показалось?
— Ему не вода нужна, а Колодец, — втолковывал ему Байчитар. — Колодец пустой. Он не для воды. Я же говорю — желания выполняет. Пойдем, покажу… Все пойдемте…
После двух кувшинов вина, эта мысль показалась очень здравой. Отчего не посмотреть в пустой колодец, тем более, если хозяин не против?
— Точно! Пойдем!
Вина выпили уже достаточно, съедено тоже немало и Гаврила пришел в то благодушное настроение, следствием которого могло стать либо гулянка в совсем уж неразумных пределах, либо потасовка с хозяевами, либо еще что-то, требующее движения. То, что предлагал Байчитар, было хорошим выходом.
— А пойдём!
Отчего не попользоваться чужим простодушием?
Проход стал шире. В нем они выстроились почти в ряд — в первом ряду Байчитар, так и не покинувший удобного кресла, рядом шествовали Гаврила с Избором, а следом за ними, вместе с толпой приближенных двигались Исин и девушки.
Измолчавшийся за время подземного сидения хозяин не переставал говорить и гости вскоре поняли, что встретили на своем пути очередное чудо. Колодец оказался действительно Колодцем. Когда-то в нем не иссякала живая вода, успешно справлявшаяся с болезнями и ранами, но в какой-то момент Колодец высох. Чудодейственная вода ушла, но оставила вместо себя чудо еще похлеще. Став сухим, Колодец начал исполнять желания. Как он это делал — никого не интересовало, но — исполнял. Нужно было только дойти до него и высказать просьбу в колодезную пустоту.
— Так просто? — удивился слегка отрезвевший Гаврила. — Просто сказать?
— До него еще надо дойти, — ехидно подтвердил Байчитар. — Ну и просто сказать… Колодец, он сам разбирается, что ему с кем делать. Найдите его, а уж он решит, помочь вам или нет. Красавиц своих не потеряйте…
Они уже остановились, и Байчитар кивнул вперёд, где, едва видимая в темноте, вставала каменная стена. В ней еще более темными пятнами обозначились провалы. Пять вовсе уж мрачных нор в глубину камня. Там словно жила сама ночь — беззвездная, беззарничная.
— Так куда тут идти?
— А это вы сами должны решить, — усмехнулся Байчитар. — Если в правильную сторону пойдете, все у вас получится. Если нет… Одно обещать могу точно- все живы и невредимы останетесь. На каждого по желанию…
По бокам неровный, в выступах камень, сверху — теряющийся в темноте свод, а впереди — темнота. Темнота черная как самый черный уголь, только казалась она не каменно-плотной, а какой-то колышущейся, словно черный туман, движимый ветром. Байчитар с довольным видом сидел, покачиваясь в такт какой-то мелодии, что напевал себе по нос. Для него это было развлечением.
— А колодец где?
— Там… Идете вперед и он сам разбирается с тем, что вам нужно. И нужно ли…
— Все вместе?
— Как хотите. Колодец поумнее нас всех. Сам распорядится, как и чем вас испытать. А будет нужно — сам и поделит.
Так оно и вышло. В темную нору они вошли все вместе, но не прошли и двух десятков шагов, как Исин вскрикнул и исчез. Избор сделал несколько шагов вперед. Темнота, стелившаяся по полу, уплотнилась, стала совсем черной, как беззвездное небо.
— Где ты, хазарская морда? — обеспокоенно крикнул воевода. — Отзовись…
— Тут я, — донеслось из-под земли.
— Где этот «тут»? — с явным облегчением выдохнул Избор.