Избор, задрав голову, понюхал воздух. Нужна река, подумал он, лучше большая и быстрая…. Несколько часов вдоль по течению, а там в сторону, в чащу, и ищи их, но… Он с досадой ударил по мухомору, что вылез почти на самую дорогу. Будь он волшебником, он просто сотворил бы летучий корабль или, на крайний случай, лошадей, но волшебником он не был.
— Опять дорогу менять надо, — сказал в спину Гаврила. — Найдут…
Избор молчал, не желая сбивать дыхания. Он только кивнул, соглашаясь.
— Есть у них там, видно, светлая голова. Колдует…
— Это не колдовство, — бросил Избор, вспомнив, как блестел талисман на траве.
— А тебе, что легче от того?
Он остановился, что бы ответить, но вдруг предостерегающе поднял руку, а потом, ни слова не говоря, упал на землю. Исин, не понявший его движения отпрыгнул в сторону, не давая лучнику прицелится, но он ошибся. Опасности не было. По крайней мере, той опасности, на которую можно было указать пальцем. Гаврила зашипел, запрыгал на отдавленной ноге, но, увидев Избора, прекратил плясать. Он понял, что что-то неладно.
— Что там?
За меч он еще не взялся, но уже зверем смотрел по сторонам. Избор покачал пальцем, призывая к тишине, и быстро ответил.
— Лошади. Много. Следом за нами…
Гаврила оглянулся, прикидывая куда встать, что бы встретить преследователей. То, что это не друзья никто не сомневался. Вот уже неделю как друзья за ними не гонялись.
Избор уже натягивал тетиву.
— Уйти не успеем? — спросил Исин
— Попробуем… Только дадут ли?
— Может, не заметят?
— Ничего если и заметят… — плотоядно усмехнулся Гаврила. — Я их тогда так огорчу…
Исин хлопнул его по плечу.
— Подожди. Может и обойдется?
— Ага. Неприятности и не у нас?
Гаврила покачал головой. Он шагнул назад, в кусты и уже оттуда добавил.
— Скажи спасибо, что в этот раз против нас людей выставили, а то с дождем да с пожаром не повоюешь.
Топот копыт стал явственнее.
— А то ты знаешь, кого там несет…
— Люди, — заметил Гаврила. — Да их там не так много. — С десяток, а то и меньше. Странно.
Шум нарастал. Сейчас они слышали только стук копыт и ничего больше. Копыта били по земле, наполняя воздух мягким гулом и в нем не было ни одного резкого звука — ни человеческих голосов, ни звона металла. Этот шум не только не рождал никакого ощущения опасности, напротив, от него веяло чем-то деревенским.
— Ничего не понимаю, — сказал Исин.
Гаврила тоже ничего не понимал, но не терял надежды разобраться.
— Погоди малость. Сейчас покажутся, тогда разберемся…
— Может колдовство?
Избор посмотрел на хазарина и тот умолк. Вопросы были лишними, ведь спустя несколько секунд все станет ясно.
Через несколько мгновений на поляну выскочила первая лошадь. За ней еще несколько, но Избор смотрел только на первую. На ней сидел мальчишка. Через мгновение Избор понял, что ошибся. Скорее это была маленькая женщина. Остальные лошади не несли всадников. Ощущение опасности сменилось удивлением. Лошади закружились по поляне. И тут Избора ждал новый сюрприз. Всадник оказался не мальчишкой и не женщиной. На первой лошади сидел маленький, маленький старичок. Привстав в стременах, он оглядел поляну.
— Эй, добрые люди! — негромко позвал он. — Стрелять не вздумайте. Я хороший.
Удивленные и настороженные люди молчали. Прошло несколько томительных секунд. Скрытые листьями они ничем не выдали своего присутствия.
— Да вылезайте же… — раздраженно крикнул старик. — Вижу ведь вас…
Голос его звучал громко, словно он был уверен, что для них тут нет никакой опасности. Избор вскинул лук. Сквозь просветы в листьях старик виднелся как на ладони.
— Хрен он нас видит. — пробормотал Гаврила — Нашел дураков…
Избор оттянул тетиву, мгновение подержал и опустил лук к земле.
— Чего тебе надобно, старче?
Старик, не слезая с коня, завертелся в седле, отыскивая говорившего взглядом.
— Вы и нужны.
Избор знаком послал Гаврилу в сторону, а сам вышел на поляну. Старик рассмотрел его, прикидывая, нашел ли он тех, за кем его послали, и удовлетворенно кивнул.
— Подарки привез, — объяснил он.
— Подарки? — Избор даже не удивился. — Что за подарки еще?
Старик похлопал свою лошадь по шее.
— Да вот лошадок вам подарю.
На другом конце поляны затрещали ветки, и оттуда вышел Гаврила. По его спокойствию Избор понял, что опасности с той стороны нет. Старик приехал один.
— Кто же это в этом лесу такой добрый, что такие подарки делает? — спросил Масленников. В его голосе не было издевательства. Он весело смотрел на лошадей, заранее радуясь, что теперь к своим двоим, он вновь присоединит еще четыре лошадиных ноги.
Старик оскалился.
— Есть и тут добрые люди. Наш князь вас лошадками жалует. Вы ему помогли, он — вам.
— Какой еще князь?
— А вы его сегодня от лютой смерти спасли. От дерева отвязали.
Исин засмеялся.
— Это подвиг. А то бы он всю жизнь с белками по дереву лазил.
Старик не ответил на колкость и лихо гикнув в ухо лошади умчался прочь. Лошади дернулись, было, но они удержали их около себя. Одинокий перестук копыт запутался в стволах и унесся следом за лукавым стариком.
— Как он нас нашел? — спросил Гаврила, когда старик исчез.
— Следы, — подумав, ответил Избор. Он сунул руку за пазуху, вынул ковчежец и показал ему, что тот закрыт.
Это было просто, но не правдоподобно и Гаврила ему не поверил.
— Одни мы, что ли в лесу? Это же, как искать надо.
Он провел по лошадиной шее, растер что-то в пальцах.
— Лошади-то не заморенные. Нет. Он знал дорогу. Знал куда ехать.
Избор пожал плечами, не зная, чем объяснить случившееся. Из них троих только Исин все понимал.
— Волшебство… — сказал он со значением. — Чего проще? Сказал нужные слова, посмотрел в зеркало или в кадку с водой.
— Волшебство… — протянул Гаврила. В его голосе не было ни уверенности, ни понимания. — Еще чего… Ты что думаешь, у магов остроголовых волшебство слабее, чем у этого… бородатого мальчишки?
Даже не сомневаясь, что все это должно объясняться как-то по-другому он отрицательно качнул головой.
— Как же это так? У одних не вышло, а у других получилось….
Вопрос повис в воздухе. Ответить на него никто не мог. Они молча смотрели на лошадей, не решаясь ни сесть на них, ни прогнать.
— А нам что лошади не нужны?
Хазарин был по-своему прав. Лошади стояли перед ними не как соблазн, а как реальная возможность двигаться к цели быстрее, чем было до сих пор.
— Сам ведь говорил — «В лесу первая заповедь: нашел — подбери!»
Гаврила почесал в затылке.
— Если бы мы их нашли, а то ведь они нас….
Избор заскочил в седло.
— Ну, тогда пусть они нас подбирают. Поехали. Дорогой доспорите. Даже если это от врагов, то все равно возьмем.
— Это как? — не понял Гаврила.
— Врагам от этого урон и посрамление, а нам помощь, а как доберемся до городка, поменяем. На всякий случай.
Они ехали без дороги, понимая, что скоро упрутся в реку. Ее присутствие все чувствовали по становившемуся сырым воздуху, по уткам, что иногда проносились над их головами. Потом ехавший первым Гаврила наткнулся на звериную тропу, и люди двинулись по ней в надежде, что она приведет их к броду.
Так оно и случилось.
Река в этом месте разлилась широко, и ее берега были сплошь усеяны звериными следами.
Гаврила первым переправился на другой берег. Избор и Исин смотрели, как его лошадь легко идет вперед, разбивая копытами спокойную воду. На середине она поплыла, и Гаврила потащился за ней, ухватившись за хвост. Через несколько саженей лошадь остановилась, и Гаврила повел ее на берег.
Исин дернулся за ним, но Избор остановил его.
— Подожди. Дай осмотреться.
Гаврила вскочил на лошадь и скрылся. Спустя несколько минут он появился снова и замахал рукой. Опасности на том берегу не было.
Избор и Исин не мешкая, перебрались следом. Хотя солнце еще стояло высоко, но все знали, как быстро темнеет в лесу. Обтирая коней, Избор посмотрел на оставленный берег. Над соснами, что спускались с самого берега, поднималось темное облако. Гаврила настороженно поднял голову.