– Откуда тебе знать? – поинтересовалась светловолосая девушка, занявшая стратегическую позицию у колодца.
– Книги умные надо больше читать! Помолчите лучше, а?!
– Думаешь, с тобой эти дозорные будут разговаривать? – ехидно спросил Рилан.
– Почему нет? – Вздернув бровь и хищно потянувшись, девушка выудила из-за пазухи колечко и со вздохом нацепила его на палец.
Отогнув ворот рубахи, переколола на видное место родовой медальон дроу.
Шаманка затаила дыхание, ошеломленно взирая на разыгрывающееся представление. Даже тошнотворная слабость слегка отступила.
Ой, что сейчас будет, думала Лина, принимая самый гордый вид, на какой была способна. Тилан сделал страшные глаза, указав ей за спину. Девушка быстро развернулась, выпятив подбородок, и спросила будто соткавшегося из воздуха темного, затянутого в черный кожаный камзол – ширн:
– Aesh issa reallan, seshaen? [25].
Силуэты, воздвигшиеся на фоне темнеющего неба, на миг замерли, готовые обрушиться на наглецов. Но, повинуясь жесту командира, спешились и растворились в темноте, окружая лагерь. Дроу спросил, внимательно и чуть брезгливо оглядывая замерших людей:
– По какому праву вы задаете вопросы? Кто вы и что делаете на землях, подчиненных Тириту?
Вот такого снисходительно обращения Лина не переносила. И взглядов таких тоже. Очаровательно и бестрепетно улыбнувшись, она подняла руку, поправляя волосы. Взгляд темного мгновенно зацепился за кольцо Сил, красующееся на пальце. Янтарные глаза полыхнули непередаваемой смесью раздражения, удивления и досады.
– По праву Вестницы… гейнери. Майл’эйри Эйден,– представилась ведьмочка, чуть склонив голову.
– Страж Южного форпоста Вьессан дель Ха’Исс. Итак?
Дроу выразительно поднял бровь, нетерпеливо постукивая носком сапога. На темной коже плясали отблески костра.
Не торопись, красавец!
– Я и мои спутники, путешествуя по собственной надобности, обнаружили чуть к западу от этого места почти целую сотню безвременно почивших орков и двух виновников сего происшествия. После чего оказали им посильную помощь…
Дроу мрачно кивнул. В лощинку спустился еще один темный, при виде которого Лина в восхищении вытянула губы трубочкой. Тот, зло фыркнув, доложил стражу:
– Сто два тела, полная эххараи [26]… только без шамана.
И резко обернулся, вперив недоверчивый взгляд в девушку, сладким голоском пропевшую:
– Как поживаете, гейнери мастер?
Тьеор дель Солер’Ниан, мастер-алхимик, недоверчиво прищурился и искренне оскалился:
– Ты-ы!
– Мое почтение,– склонилась ведьмочка в полагающемся случаю поклоне.
– А я так надеялся, что тебя давным-давно в Ледяных пещерах прикопали! – как-то тоскливо пробормотал дроу.
– Вы знакомы? – чуть удивился страж.
– Мы даже принадлежим одному Дому,– похвасталась Лина.
– Ррр!
– Ах, мастер, не нервничайте! – небрежно махнула рукой девушка.– Вы отстали от жизни и плохо следите за новостями. Наверное, с самой зимы в степи гуляете?
Ведьмочка добавила в голос каплю участия. Хотя сомнения в правильности того, что она говорит, ее посещали, остановиться девушка уже не могла. Молча сопящие за ее спиной некроманты красочно, но про себя желали ей провалиться. Жизнь дается один раз, и ее бездарный конец от рук одного разъяренного дроу их вовсе не вдохновлял. Конечно, слов темного наречия они не понимали, но весь вид темного был весьма красноречив. А Тьеор быстро зверел, в его глазах зажглось алое сияние. Он прорычал что-то неразборчивое, а девушка, чуть отступив в сторону и уходя с линии возможной атаки, познакомила своих спутников с темными эльфами по всем правилам:
– Позвольте вам представить, студенты Ронийской школы искусств, господа Тилан и Рилан Дилар, княжна Милава Светлая, некроманты, члены моего малого личного круга,– и добавила на ронийском еле слышным шепотом: – А это тот самый алхимик, я рассказывала…
– Эти? – Окатив ребят ледяным презрением, Тьеор демонстративно отвернулся и обратился к стражу с каким-то вопросом.
– Чего это он? – подозрительно прошептала Мила.
– Не верит, что вы хорошие некроманты,– пошутила Линара, решив немого разрядить обстановку, и ради собственной безопасности отошла еще на шаг.
– Ах вот как! – повысила голос княжна и выступила вперед, уперев руки в бока.– Не верит?! Да я сейчас…
Она сложила пальцы в концентрирующее кольцо.
– Не надо зомби! – в один голос завопили близнецы.
Тщательно игнорирующие людей эльфы вздрогнули.
Тил и Рил дружно принялись успокаивать девушку, обещавшую поднять всех окрестных мертвецов в доказательство своей профессиональной пригодности. У Милавы, между прочим, сил на это вполне хватило бы. Линара, представив себе последствия в виде сотни неаппетитных орков, разом поднимающихся с земли, отбросила маску спокойствия и добавила шуму, пригрозив, что упокаивать их не будет.
– Как подниму, так и упокою! – грозно надвигаясь на близнецов, вопила Мила, уже не обращая внимания на тихо обалдевающих эльфов.
Чего ведьмочка и добивалась. Когда по уровню звукового воздействия на окружающих скандал достиг уровня базарной склоки, она набрала в грудь побольше воздуха и крикнула:
– Тих-ха!
Теперь уже некроманты ошеломленно замерли. Их удивление перевалило за всякие пределы, когда они увидели круглые от удивления глаза обоих дроу.
– Прошу вас простить моих людей, гейнери, за столь неподобающее поведение, они незнакомы с правилами этикета,– витиевато извинилась Лина на темном наречии, пряча улыбку.– Княжна Светлая всегда очень переживает, когда кто-то пренебрегает ее особой. Так на чем мы остановились? Ах да, что же вы здесь делаете? – не давая эльфам вставить ни одного слова, продолжила она.
В такой ситуации самое верное – это быть самой наглой и самоуверенной, напирать, не давая собеседнику возможности сосредоточиться на обдумывании ситуации. Если вас в результате не убьют, то станете обладательницей некой толики полезной информации. К тому же вы совершенно официально приходитесь одному из собеседников как минимум «родственницей» и находитесь под высочайшим покровительством. Это гарантирует вам некоторую безопасность… может быть.
Страж и Тьеор переглянулись с одинаково кровожадным выражением на красивых лицах. Убить такую себе дороже! Она и с того света доставать будет!
– Наш форпост зарегистрировал всплеск Силы непонятного происхождения, а также неожиданный обрыв ритуала во время кульминационной Песни Степи, вызвавший разрушительную по возможным последствиям бурю.
Интерес-сно, протянула Лина мысленно. Песнь Степи… Разберемся. Вслух она добавила, указывая на затаившую дыхание шаманку:
– Отлично, так вы заберете этих?
– Не-эт! – протянул страж довольно.– Это не входит в мои полномочия. Все, о чем следует доложить, мы узнали, а со своими проблемами сами разбирайтесь!
– Как это мелко с вашей стороны! – промолвила девушка.– Но я все-таки осмелюсь посоветовать вам запросить Тирит насчет дополнительных указаний, когда вернетесь на форпост. А эту пару придется забрать с собой…
Каким может быть ответ из дворца, девушка имела некоторые предположения, но расстраивать эльфов еще больше не сочла благоразумным.
– Хм, и для чего тебе эти… лиссэ? – равнодушно поинтересовался Тьеор.
– Для опытов! – огрызнулась ведьмочка.– Ну и, разумеется, я категорически против бездарной растраты Силы. Они здесь умрут, и довольно быстро, а того количества энергии, что я на них потратила, хватило бы на пару полномасштабных «огненных колец».
Трое некромантов с интересом наблюдали за разговором с наиболее безопасной, по их мнению, позиции. В случае чего все они разом успеют нырнуть в колодец…
– А ведь за ними не одна сотня орк’ха двинется… – заметил алхимик, провожая задумчивым взглядом растворившегося в темноте стража.– И, кстати, если ты еще раз посмеешь так унизить меня в присутствии посторонних, я убью тебя,– спокойно продолжил он, с удовольствием отметив, что эти произнесенные ровным тоном слова сбили воинственный настрой недоучки.