— Мы нашли людей, много, они успели закрыться на посадочных платформах, но нужно ещё освободить от лиан рукава, — сказала Крис. — Доктор Мейсон и ещё двое мужчин пойдут к тебе, только без оружия. Мы смогли выдать им ножи.

— Спасибо… — Марго откашлялась и тут же охнула. — Люди на посадочных платформах? Там же нет кислородной атмосферы без припаркованных кораблей.

— Доктор Мейсон перенастроил им подачу кислорода и экраны, но радиация всё равно была. Так что у медиков много дел в будущем.

— Да уж, — Марго тяжело выдохнула. — Скоро доктор Мейсон придёт?

Кристина пожала плечами.

— Как смогут, я не знаю. А где Ричард и Тиана?

— В оранжерее. Пытаются уничтожить корень этой гадости, — Марго шмыгнула на той стороне связи. — Побудьте со мной кто-нибудь, не отключайтесь. Это кошмар.

На пути Ричарда и Тианы встали те же проблемы, что и перед другими: шахта лифта, который должен был доставить их в оранжерею, была набита лианами. Лифт работал, но сдвинуться с места не мог, однако и выбирать было особенно не из чего. Ричард по примеру Марго, хотя ещё и не знал, что она так сделала, воткнул нож в баллончик с эфиром и забросил его на крышу лифта через люк. Лианы пронзили воздух диким визгом, зато лифт пополз вверх и очень скоро оказался на нужном уровне. Ричард вышел, то и дело оглядываясь на Тиану, и невольно вспоминая, как когда-то привёл сюда Нину. Вроде бы совсем недавно, а в то же время будто бы в прошлой жизни.

По дороге к прозрачному балкону они расстреливали лианы, использовали все возможные средства, чтобы избавиться от них. Дверь в оранжерею оказалась сдвинута, проход свободен. Видимо, Ауро вообще не любили чужих закрытых дверей. Ричард вошёл первым, Тиана следом: они спустились по широкой лестнице и оказались в саду живых растений, усыпанных спорами. Всё здесь сильно изменилось с тех пор, как Ричард входил сюда последний раз. Помещение достроили, стеклянные перегородки покрылись вьюнками, ползунками и лозами всякого рода и вида, повсюду стояли горшки, клумбы, подвесные кашпо, а самое главное было в центре — основа всего этого — растение, похожее на вьюн, разросшийся, мутировавший, но вьюн. Те самые лианы тянулись из него во все стороны, стелились по потолку, ползли, обвивали соседние растения. Ричард и Тиана пошли прямо к нему, безжалостно кромсая цветы и травы, склоняющие к ним свои жуткие лепестки и листья. Ричард прицелился в основание вьюна, настроил бластер.

— Осторожно! — возглас Тианы разнёсся по оранжерее, она толкнула Ричарда, и тут же оказалась сбита с ног лианой. Второй удар снёс её медальон, а третьим выпадом лианы схватили её и скрутили в кокон, подвесив высоко над полом.

Ричард ткнулся носом прямо в клумбу, от близости его защиты вьюн взвился, задёргался, с тал хаотично разносить лианами всё вокруг. Они будто бы оказались в центре вселенского кошмара, когда вокруг хаос, а вы стоите, ожидая своей участи. Ричард снова поднялся на ноги и обернулся. Одна секунда, чтобы оценить ситуацию — взгляд по лиане вниз, и сердце пропустило удар, а потом забилось так, словно собиралось выломать грудную клетку. Лиана, которая схватила Тиану, вовсе не принадлежала вьюну, это была лиана его матери, она вилась у неё из спины, как несколько других. Его мать, Елена Нейтан, которую он знал с детства, стояла перед ними. Её строгое лицо ничем не отличалось от прежнего, взгляд смотрел с тем же беспокойством — как могла она быть Ауро? Как могла она желать убить его или подсадить в него это проклятую аур-эсинада? Но, может, то была лишь иллюзия? Лишь его личное желание видеть в ней любящую мать.

— Здравствуй, Риччи.

Грудь сдавило, в глазах встали слёзы, но можно ли было позволить себе слабость?

— Мама, — прошептал Ричард и тут же вскинул бластер, заявляя твёрдо и дерзко. — Отпусти её!

Елена усмехнулась, и лианы стали сжимать кольцо вокруг Тианы, та пискнула, но больше не смогла произнести ни звука.

— Так выстрели. Убей меня! — сказала Елена со всей серьёзностью.

Ричард прицелился. Её глаза, её лицо… она пела ему колыбельные, собирала в школу… она потакала ему во всём, защищала от отца, помогла получить «Ястреб»… Она — монстр. Она не его мать и никогда не была ею. Но почему же так дрожит рука? Почему?

— Стреляй! — крикнула Елена. — Стреляй!

Ричард зажмурился, поднял палец, чтобы коснуться панели бластера, и коснулся, но в последний момент отвернул руку, и пуля врезалась в основания вьюна. Лианы завизжали, забились в приступе агонии, покрылись волдырями и стали исчезать.

— Дурак, — тихо произнесла Елена. Она размахнулась и бросила Тиану себе за спину, а потом метнулась к Ричарду.

Тиана пролетела несколько метров, сгребая за собой растения, предметы, раздирая руки в кровь. Она упала на пол — удар выбил весь воздух из её лёгких — и замерла, глядя в потолок. Елена в этот момент неистово кидалась на Ричарда. Ценой двух потерянных лиан она стащила медальон с его груди и вцепилась в шею, сжала ворот защитного костюма до хруста. Елена подтащила Ричарда к себе и прошипела ему прямо в лицо.

— Ты отвратительный… — она произнесла нечто на языке Ауро, но Ричарду не нужно было объяснять, что это значит, по интонации считывалось всё. — Я ненавидела тебя. Ненавидела. Ты так орал, когда я убила твою мать, что мне пришлось использовать свои отростки, чтобы заткнуть тебя, приручить. Я чуть было не бросила это всё… Человеческие дети ужасны.

Ричард задыхался и одновременно разрывался на части от отчаяния, горя и невозможности принять то, что она говорит. Одно дело было слышать это от Антона, от советников, и совсем другое, увидеть воочию, услышать от неё, её голосом. Смотреть в глаза самого близкого человека, и понимать, что ты никогда ничего не значил для него. Елена говорила что-то ещё на языке Ауро, но Ричард уже не слушал — краем глаза он заметил Тиану. Сначала она лежала на спине, не двигаясь, но потом нашла в себе силы перевернуться, достала нож, хотела встать на ноги, но не смогла, и поползла на четвереньках.

— Ты умрёшь, — проговорила Елена. Ричард взглянул на неё и снова невольно на Тиану. Та уже подкралась достаточно близко, замахнулась ножом и метнула его прямо в Елену. — Тварь! — зашипела Елена, бросила Ричарда и развернулась. Хлёсткий удар повалил Тиану на пол, но нож достиг цели. Правда попал не в спину, а в плечо, рассёк кожу, выпуская из-под неё серебристый эфир. Елена зашлась пронзительным визгом, ещё раз хлестнула Тиану и Ричарда лианами и кинулась к выходу.

— Держи её! — крикнула Тиана. У неё по лбу текла кровь из-под линии волос, но она лишь вытерла её кулаком и села.

Ричард лежал, хватая ртом воздух — горло саднило, лёгкие горели огнём, и ему совсем не хотелось никого догонять, стрелять, убивать.

— Пусть… идёт… — прохрипел он, — помоги мне, надо вколоть вакцину.

— Но она… — возмутилась Тиана.

Ричард заставил себя приподняться на руках, подполз к клумбе, бывшей только что домом для жуткого вьюна, и привалился с нему спиной.

— Пусть идет!

Лар дождался восстановления и стабилизации двигателя шаттла, ещё раз проверил все системы и перезагрузил ядро управления, а потом ввёл координаты, однако оказалось, что попасть напрямую в эти координаты теперь нельзя. Там по какой-то причине срабатывала защита ригелианских полей. Лар промучался ещё добрые сутки, пока, наконец, не допёр, что надо бы проверить сводку новостей конфедерации — оказалось, «Новая Земля» временно защищена многоуровневым полем обороны Ригеля. Пробиваться через эту структуру официально было бы абсолютной потерей времени, учитывая, как именно его выставили с «Новой Земли» и за что. Нужен был другой подход.

В целом, Лар мог и не возвращаться. Он хотел быть с Марго, он чувствовал, что так правильно, но всё-таки сомневался, а не последовать ли за «Пегасом», не начать ли выполнять волю брата в самом деле? Сомнения одолевали его до тех пор, пока он не вспомнил то, что за всем эти безумием почему-то вылетело у него из головы. А может, развеялось действие какого-то эффекта. Тот, кто ввёл его в беспамятство первый раз и, возможно, заставил убивать, был человеком — советником До Хань Линем. В первый миг Лара это до ужаса напугало, но потом он припомнил ещё детали и осознал вещь ещё ужаснее, чем воздействие на себя самого — Ауро нашли способ пробраться в самое сердце человеческой цивилизации, что его — полукровку-флёрсарин — специально убрали с дороги. Ведь он мог им помешать и сделал бы это. Но как они подчинили его? Ничто не влияло на флёрсарин, ничто не могло бы прицепиться к ним, в том числе и такая липучка как аур-эсинада.