– Нет, попробую выйти в астрал, – сказала Настя строгим тоном. – Помолчи, я пытаюсь настроиться, – шикнула она на меня.

Дверь, ведущая в подвал, распахнулась. Раздались шаркающие шаги.

Вошли несколько мужиков, которые подхватили вынырнувшую из астрала вампиршу.

– Пустите, уроды! Я вам все яйца пообрываю! – кричала девушка.

Моя попытка заступиться за Настю повлекла за собой несколько болезненных ударов по ребрам. Спустя минуту я остался один. Зло сплюнув кровавую слюну, я прислушался. Похоже, прогноз вампирши сбылся. Теперь остаётся лишь два варианта. Или священник возьмёт ее силой, или же будет склонять к сотрудничеству. А какие у него способы заставить девушку стать покорной? Предложить ей место рядом с собой в обмен за спасение. Хм, а это вариант!

Я перебрал в голове несколько вариантов развития событий и признал свое полное бессилие в данной ситуации. Я грязно выругался, потер затекающие руки и принялся ждать. Минуты тянулись невыносимо долго.

Первый час я развлекал себя заунывными песнями, но охранник у двери, вероятно, вдохновленный моими вокальными данными, спустился ко мне и как следует отпинал. Следующий час я придумывал сотни казней для наших мучителей. Мелькнула мысль, что стоило бы исповедаться перед смертью.

Наконец, громыхнул засов. Похоже, за мной пришли.

– Вставай, мешок с дерьмом, настало время страшного суда, – засмеялся старичок в черной рясе, рассматривая меня с брезгливым интересом.

Пинок под ребра.

– Отец диакон пришел, чтобы исповедовать тебя и предложить перейти в лоно нашей истинной веры, – произнес верзила охранник, награждая меня парой новых зуботычин.

– А если я откажусь? – спросил я, сплевывая кровь.

– Тогда, еретик, тебя очистит священное пламя господа нашего! – завизжал в порыве религиозного экстаза диакон.

– Пожалуй, я все же откажусь и выберу огонь костра, чем стану подстилкой для вашего священника, – покачал я головой.

Новая серия ударов.

– Выводите его на улицу и собирайте народ! – заверещал священник на столпившихся в подвале подручных.

Меня подхватили под руки и потащили наверх. Ноги бессильно волочились по песку. Перед глазами стояла кровавая пелена, сквозь которую я наблюдал, как меня привязывают к столбу, обложенному вязанками хвороста. На руках звякнули металлические кандалы. Запахло топливом.

Стряхнув туман перед глазами, увидел священника. Толстяк сидел на троне и улыбался. У его ног, словно покорная собака, сидела Настя. Огнепоклонники не постеснялись раздеть вампиршу до исподнего. На шее девушки сверкал ошейник. Похоже, вампиршу решили подчинить с помощью магии. Подняв руку и призывая людей к тишине, отец Онуфрий начал свою речь.

– Чужак! Ты обвиняешься в нападении на нашу общину. Уничтожении частной собственности.

– Смерть ему! Пусть познает пламя костра!

– Тихо! – рявкнул священник, призывая толпу к порядку. – Подлой ворожбой ты превратил невинную деву в упыря.

– Нет! – попыталась было крикнуть Настя, но ошейник на ее шее сомкнулся, перекрыв доступ кислорода.

Девушка схватилась за горло и упала на землю.

– Презренная покаялась в своих грехах и получила шанс на искупление, -произнес священник, наблюдая, как девушку поднимают с земли и уносят в дом. – Признаешь ли ты свою вину? Готов ли ты отказаться от служения ложным богам?

Священник нес откровенную чушь, поэтому, когда он сделал небольшую паузу, я крикнул:

– Нет, я не признаю свою вину! Вас всех настигнет справедливая кара!

Отпустите меня и мою спутницу, иначе вас поглотит ваше же священное пламя!

– Богохульник, да как ты смеешь?! Подкиньте в костер сырых дров, чтобы у еретика было время раскаяться в своих словах! – провизжал Дьякон на парочку подручных.

На ноги упало несколько вязанок хвороста. Похоже, хотят мучить меня на медленном огне, понял я. Наверняка толстяк-священник таким образом собирает прану для своего покровителя.

– Да свершится божий суд, – провозгласил отец Онуфрий, стукнув о землю массивным посохом. – Пламя не навредит тому, кто невиновен и чьи помыслы чисты. Зажигайся, костер! Да восторжествует справедливость! – произнес священник, с рук которого полилось жидкое пламя, охватившее дрова у основания столба.

Я поджал ноги в надежде, что огонь их не достанет.

– Смотрите, смотрите, он грешен! Он боится истинного пламени! – раздались довольные крики в толпе.

Священник злорадно ухмыльнулся и прекратил творить волшбу.

Вспышка боли. Рев пламени. Запахло палеными волосами. Огонь, достигнув пропитанных топливом дров, яростно пыхнул и охватил мои ноги.

Синтетическая ткань брюк тут же начала плавиться, причиняя мне нестерпимую боль. Я забился на столбе, пытаясь вырваться.

– Это пляска грешника, дети мои! Смотрите и бойтесь! – вешал священник. – Ибо предначертано, что истинное пламя терзает лишь грешные…

Отца Онуфрия отбросило вместе с его троном куда-то в темноту. Загрохотали автоматные очереди. Раздался лязг оружия. Застучал тяжёлый пулемет, превращая в месево разбегающуюся толпу. Раздались редкие хлопки ружейных выстрелов. Огнепоклонники, имевшие оружие, организованно отступали к церкви.

– В храм, дети мои! В храм! – визжал из темноты священник.

– Там мы спасемся от еретиков.

Я заорал, пытаясь растолкать хворост у основания столба.

– Вот же урод, – рыкнул я. – Живучий, гад.

Стоп! А почему я больше не чувствую пламени? Взглянул на свои ноги. Огонь замер и превратившись в лёд. Из темноты ко мне метнулась Настя. Рядом просвистела шальная пуля, выбившая веер щепок из столба к которому я был прикован. Не добежав до меня пару метров, Настя упала.

Ошейник на шее вампирши сжимался подобно удаву.

– Мать! – выругался я, заметив массивную фигуру в черном камуфляже.

Выстрел. Пуля разбивает кандалы. Кувырок. Позади заревело пламя. Я зашипел от боли в обожжённых ногах.

– Целителя сюда! Быстро! – рыкнул мой спаситель, выпуская короткую очередь в сторону разбегающихся огнепоклонников.

К нам подбежали несколько бойцов и, прикрываясь ростовыми щитами, оттащили меня и девушку куда-то в темноту.

Деревня горела. То тут, то там было видно зарево пожаров. В нашу сторону, гудя роем рассерженных ос, прилетела целая россыпь огненных шаров, которые рассыпались, столкнувшись с пленкой защитного барьера.

– Уничтожьте жреца! – рявкнул спасший меня маг, посылая в сторону храма десяток ледяных кристаллов.

Послышались крики раненых.

– Помоги! – просипела вампирша, пытаясь снять ошейник.

Лицо девушки было лиловым.

– Помогите ей! У нее артефакт на шее! – заорал я на бойцов, которые тащили меня подальше от поля боя.

На мой крик отреагировал лишь предводитель этого отряда. Маг льда метнулся к девушке. Ухватил ее руками за горло, будто собирался задушить.

Хруст льда. Настя вскрикнула. Ошейник разлетелся веером осколком.

– Эту тоже к порталу! – рявкнул он, кивая на девушку.

Бойцы прижали нас к земле и, прикрываясь щитами, начали организованно отступать. По всей округе раздавались звуки выстрелов. Похоже, отряд, напавший на деревню огнепоклонников, был многочисленным. Из темноты выбегали все новые и новые бойцы в черном камуфляже. Хищные движения. Слаженная тактика. Неизвестные действовали как отлаженный механизм. Взгляд на оставшегося нас прикрывать мага.

– Первый и второй взвод, рассредоточиться! Всем остальным, зачистить территорию! – рявкнул маг.

Хлопок магической защиты. Нескольких бойцов отбросило взрывом мощного фаербола. Из темноты шагнула объятая огнем фигура.

– Познайте истинную суть очищающего огня, – зарычал отец Онуфрий, толкая нам на встречу волну пламени.

Священник буквально горел. В местах, куда он ступал, тут же загоралась земля. Казалось, он был жидким пламенем. Кулон на его шее пульсировал, напитывая его ауру силой.

Раздался грохот автоматов, но священник лишь рассмеялся. Пули не причиняли ему ощутимого вреда. Грохот пулемета. Короткий крик, и на крыше дальнего дома заметалась объятая огнем фигурка.