А еще эти выразительные глаза… В их форме было что-то азиатское или кошачье. Вокруг черного, слегка вытянутого зрачка, расходились зеленоватые лучики, сама же радужка, обведенная ровным черным ободком, напоминала холодное осеннее небо.

Лиза нервно сглотнула, обескураженная столь продолжительным молчанием мужчины, и, желая сгладить неловкую паузу преувеличенно живо заговорила:

– Вы… вы, наверно, охотник или лес рубите? Я – Елизавета Морозова, женский доктор. Приехала сюда, чтобы наблюдать девушку, живущую в местном поселке. Вы не оттуда, случайно, может, подскажете, далеко мне еще идти?

Незнакомец взмахнул длинными черными ресницами, и сердце Лизы невольно забилось быстрее.

– Значит, ты тоже доктор? – вкрадчиво спросил он, подходя ближе.

У него был глубокий сильный голос, исходящий, казалось, из самого центра мощной груди, обтянутой серой футболкой, видневшейся из-под распахнутой армейской ветровкой. На широком ремне у его бедра Лиза вдруг заметила внушительные ножны, откуда выглядывала чуть изогнутая рукоять ножа. «А может, где-то здесь снимают исторический боевик…»

– Что значит «тоже»? – удивилась Морозова, невольно попятившись.

– Распусти волосы! – Слова мужчины прозвучали тихо, но с явной угрозой.

– Что? – Лиза широко распахнула глаза и приоткрыла рот в полном изумлении.

– Сейчас же распусти свои волосы, иначе я сделаю это сам и тебе может быть больно! – властно приказал незнакомец.

Она медленно сняла с плеча и поставила к ногам небольшую дорожную сумку, потом подняла руки к волосам, не спуская с зачарованного взгляда со странного типа.

«Какой-то психбольной, мне говорили – у них тут клиника в лесу, возможно, девушка тоже не совсем нормальная, потому и платят за наблюдение так много. Что мне теперь делать? Хоть бы оставил живой…»

Лиза очень медленно распутывала пряди волос, вытаскивая тонкие шпильки из объемного пучка.

«Может, скоро подъедет водитель и спасет меня, надо бы выиграть время…»

Но вокруг стояла гнетущая тишина, на лес надвигались сумерки. Грозный красавец находился совсем близко, с мрачным торжеством наблюдая за тем, как под дрожащими руками женщины на ее плечи спадают все новые белокурые завитки.

Когда наконец была вытащена последняя шпилька, и Лиза слегка тряхнула головой, отводя от лица волны пушистых волос, Брис стремительно шагнул вперед, обхватил ее голову своими большими руками и зарылся лицом в ее локоны. От такой пугающей наглости у нее разом отнялись ноги и перехватило дыхание, она точно упала бы, если бы незнакомец не поддержал за плечи.

– Не бойся, я ничего плохого тебе не сделаю, – тихо прошептал он прямо возле ее уха, – я же понимаю, ты – не она.

Лиза зажмурилась, чувствуя как к ее щеке прижимается висок с нервно бьющейся жилкой. Потом почувствовала прикосновение теплых губ к своей шее.

– Пожалуйста, отпустите, мне страшно, – от ужаса голос ее сорвался до мышиного писка.

В эту минуту она невольно подумала о Руслане. Он, пожалуй, мог бы защитить ее, наказать этого извращенца, с его-то пристрастием к единоборствам. Но Руслана и прежде никогда не бывало рядом в самые нужные моменты, и сейчас Лиза вынуждена была терпеть агрессивные ласки чужого мужчины посредине глухого леса.

«Нужно расслабиться и не злить его, тогда он получит свое и оставит живой. Надеюсь, бить не будет, мне бы только добраться потом до лагеря… Господи, почему до сих пор нет машины!»

Она всхлипнула, по щекам побежали ручейки слез. Брис тут же приблизил к ней свое лицо, в красивых глазах светилась легкая досада и даже желание успокоить:

– Я тебя не обижу. Не плачь.

Лиза несколько раз моргнула, набрала в грудь побольше воздуха и высказала все, что думает о данной ситуации, впрочем, стараясь не вызывать гнева у психически неуравновешенного человека. Действуя скорее интуитивно, она начала увещевать его как непослушного ребенка:

– Как не плакать? Мне страшно. Вам бы понравилось, если бы кто-то схватил вас в охапку и стал тискать без вашего разрешения? Пожалуйста, прекратите издеваться. Я надеялась, что вы проводите меня до лагеря, я рассчитывала на вашу помощь. Мужчины должны защищать женщин, а не пользоваться тем, что они… что я слабее. Это бессовестно, подло! Вы взрослый симпатичный человек, а ведете себя как… преступник, простите.

Брис медленно отстранился от нее, в холодных глазах появился заинтересованный блеск.

– Я кажусь тебе симпатичным?

Лиза неуверенно кивнула, уже искренне жалея о своих словах.

– Тогда почему сопротивляешься? Почему ты меня боишься?

«Боже! Он точно псих… Надо действовать осторожно».

– Может, мы познакомимся для начала? Как вас зовут?

– Я – Брис.

– Брис – это имя или фамилия, простите?

– Так меня зовут.

– Ага! Понятно. Брис… Хорошо. А я – Лиза.

– Лиза… Эльза… – он недобро усмехнулся, плотоядно облизывая губы.

– Нет же, меня зовут – Лиза! Елизавета Морозова. Я приехала сюда помочь девушке по имени Мария. Она ждет ребенка. Я должна осмотреть ее.

– Медведь сделал ребенка своей женщине? Здорово! Волк мне говорил что-то такое, но я не поверил. Значит, это правда… значит, возможно…

От его последней фразы Лиза впала в ступор.

«Или это дурной розыгрыш или я попала в сумасшедший… лес».

– Так вы проводите меня до базы? Уже темнеет, я немного боюсь идти одна, а машина когда еще догонит, – тихо спросила Морозова, смутно надеясь на благоприятный исход этой жуткой встречи.

– Конечно, я тебя провожу, – задумчиво ответил новый знакомый, будто разом потерял интерес к попутчице, ушел в себя.

Маша развешивала за домом выстиранное белье, когда заметила, что из леса в ее сторону направляется молодая женщина с дорожной сумкой на плече.

Незнакомка часто оглядывалась, будто опасаясь преследования. Ее длинные светлые волосы были распущены и небрежно переброшены через свободное от сумки плечо. Маша бросила прищепки в пластиковое ведерко и поспешила навстречу.

– Добрый вечер! У нас нечасто бывают гости. Вы, наверно, заблудились? Хорошо, что до ночи выбрались к жилью. Это поселок «Северный» на территории Заказника.

Понимая, что опасное путешествие подошло к концу, Лиза рассматривала симпатичную девушку с карими глазами.

– Здравствуйте, сюда мне как раз и нужно. Мы с утра добираемся, но здешняя дорога просто жуть. Наш «вездеход» застрял, и Владислав Валерьевич остался ждать помощи. Я – Елизавета Морозова, женский доктор.

– Ах, вы наконец приехали! Как хорошо! А я – Маша Русанова. Давно вас поджидаем.

Лиза с некоторым удивлением наблюдала, как девушка захлопала в ладоши, едва не подпрыгивая на месте.

«Странные все же тут люди, лишь бы не мешали работать нормально!»

Маша продолжала счастливо улыбаться.

– Вы даже не представляете, как я рада вас видеть, и что вы именно такая. Я боялась, что строгая бабушка приедет… в очках. Ну, ерунда, конечно! Понимаете, здесь нет моих ровесниц, не то чтобы не с кем было поговорить, но все-таки хорошо, что приехали именно вы. Простите, я все болтаю, а вы устали, конечно, пойдемте в дом. Неужели добирались пешком, не боялись одна идти вдоль леса?

– Вообще-то меня проводил один такой занятный тип… странный товарищ…

– Кто-кто? – Маша заметно насторожилась. – Хати, так его зовут?

В ее взволнованном голосе Лизе послышалась надежда и неподдельное участие к судьбе этого самого Хати.

– Нет, он сказал, его имя – Брис. И он был немного… как бы сказать, бесцеремонный, грубый. Опасный!

– Да? Видите ли, он давненько живет в лесу один, я полагаю у них у всех с манерами беда. Очень жалко, если он вас напугал. Я тоже, когда впервые встретилась с Игнатом… ох, было сложно, – затараторила Маша, явно пытаясь заступаться за Бриса.

Лиза с сомнением покачала головой, снова опасливо глянув на потемневшие в сумерках деревья. Вспомнив недавнюю встречу, она рассеянно слушала Машу.